Ребёнок от звёздного мальчика (СИ) - Катя Лоренц

окончательно расслабляюсь. Забыв о правилах приличия смеюсь Серёгиной шутке. И плевать, что на меня все косятся. Мне просто замечательно. Ник не перестаёт на меня смотреть с вожделением и восторгом. И мне параллельно даже если я встречу овцу Анжи.

Ника уводят к стенду. Делают несколько снимков не фоне множества известных названий фирм.

— Отлично! — восхищается фотограф. — А теперь вместе с супругой.

Позируем, Ник обнимает меня. После фотограф просит, чтобы снять меня одну. Ник отходит в сторон, меня продолжают снимать. Ник смотрит за мою спину, шепотом матерится, проводя по лысой голове. Я оборачиваюсь и моя улыбка слетает с лица.

К нам подходит Анжи Стоун, в точь таком же платье как и у меня.

— Боже, Агния! Простите. Конфуз то какой! Обычно я покупаю вещи в Милане, а тут решила, что мне лень мотаться так далеко. Вот и купила первое попавшееся. Привет, — сверкает своей голливудской улыбкой и целует меня в щеку, оставляя липкий красный след на щеке.

Камеры фотоаппаратов часто снимают. Анжи обнимает меня за плечи.

— Итак. Давайте рассудим. Кому оно больше идет? — веселится она. Голос пропитан сарказмом. Ведь если честно, на ней оно сидит лучше. Да и грудь у нее больше, хоть и не своя. А еще нет таких широких бедер.

Пока эта овца чешет мне в ухо, я с ненавистью смотрю на мужа.

Он это специально сделала. Выставил меня идиоткой, мельком бросает взгляд на эту зеленую жабу. Не зря я не любила подобного рода вечеринки. Как чувствовала!

Ая

— Анжи, скажите. Какие отношения у вас с Агнией? — задает вопрос журналист. — Ведь не секрет, что многие журналисты приписывают вам роман с Ником Звездным?

— Сплетни желтой прессы! Просто тот трейлер, что вы видели — всего лишь игра. Я уважаю Ника, у нас прекрасные дружеские отношения. Я часто бываю в доме у Звездных. Прекрасно общаюсь с их сыном — Даней. А с Агнией — мы близкие подруги. Почти сестры, — она обнимает меня. Я чувствую, как еще чуть-чуть и дым пойдет из ушей. — Ник! — зовет она. — Иди к нам. Сделаем пару фото.

Муж угрюмый. Знает поганец, что стоит только остаться нам вдвоем, я его просто придушу.

Ник встает рядом со мной. Анжи обходит и встает с другой. Нас снимают. Подозреваю, что у нас с мужем лица как у семейки Адамс. Он молча терпит это, я не хочу устраивать скандал. Зато актриса отрывается. И грудью то прижмется и бочком. Создается ощущение, что она перепутала Ника и пилон. А улыбается так, что скоро губы потрескаются, что я ей искренне и от души желаю.

— Простите. Я на минуточку, — еще секунда и для журналюг будет похлеще сенсация, чем соперницы в одинаковых платьях. Я ее оттаскаю за космы. Клянусь! Так пальцы чешутся! И лишь то, что эта выходка может бросить тень на Даню и мою репутацию, останавливает меня. Тогда все скажут, что я неуравновешенная истеричка, обидела невинного ангела. От такой сам Бог велел увести мужа.

— Ая, стой! — за мной бежит Ник. Я зло вколачиваю в красивый паркет шпильки. Не хочу разговаривать, я сейчас не совсем адекватно себя чувствую. Внутри бурлит вулкан, того гляди — взорвусь и спалю все на свете. Ник догоняет меня у самого туалета.

— Огонек… — разворачивает меня лицом к себе и звонкая пощечина тут же прилетает по наглой физиономии.

— Как ты, черт возьми, мог так со мной поступить? Заставить меня надеть то же платье, что и у этой курвы?

— Я этого не делал! Неужели ты думаешь я на такое способен? Зачем тогда было тащить тебя сюда? Чтобы унизить?! Ты моя жена, мать моего ребенка, я тебя очень люблю!

— Тогда как? — и делаю вывод сама. — Она помогала тебе выбирать?

— Нет! Я попросил помощи у Китти. Она посоветовала мне бутик. Мы вместе листали каталог. И когда я увидел его, понял что оно идеально подходит тебе. Твоим красивым глазкам, — комплимент пролетел мимо меня.

— Значит Китти помогла ей. Сказала какое платье ты выбрал мне.

— Бред! Ты в каждом поступке Анжи видишь вселенский заговор.

— Удивительно, что ты так ослеп и ничего не хочешь замечать. Любовь застит глаза?

— Ая, прошу не будем ссориться? Нет у меня никакой любви к ней. Только работа. Хотел привести тебя сюда, чтобы показать всем, что люблю, что у меня семья. Чтобы они все заткнулись. Огонек, — жалостно тянет он, хочет обнять. Я отступаю.

— Не смей меня трогать. Мне надоели твои похотливые взгляды в ее сторону. Даже при мне ты не стесняясь глазел на её сиськи.

— Не было такого! Я просто был в шоке!

— Возможно все так как ты говоришь. Я очень на это рассчитываю, что эту злую шутку устроил не ты. Иначе… нам просто нет смысла продолжать нашу семейную жизнь.

— Что это значит? Ая! — я нырнула в туалет. Оттуда как раз вышла девушка и покосилась на Ника. За мной, в женский туалет, он не рискнул пойти.

Опираясь руками об раковину, опустила голову, тяжело дышала. Я такого позора не испытывала со школьных времен. И эта нахалка еще утверждает, что мы с ней подруги! Гадина!

Впилась в раковину ногтями. Мне так хочется домой. Обнять Данечку, сжечь поганое платье, которое я теперь просто ненавижу. Но я не могу уйти. Я не доставлю ей такого удовольствия.

Значит эта овца объявила мне войну? И это поле битвы. Мне нужно взять себя в руки, погорюю завтра. Необходимо показать, что меня ни капли не задела ее выходка. Я поднимаю взгляд на зеркало. На щеке красуется алый след помады. Стираю поцелуй Иуды, поправляю макияж.

— Ая, пошли домой? — встречает меня Ник.

— Пойдем, — беру его под руку.

— Сейчас я попрощаюсь со всеми.

— Нет. Пойдем веселиться, сниматься. Сделай мне одолжение, — скриплю зубами.

— Какое?

— Не смей глазеть на неё. Сможешь?

— Хорош, Агния! В сто тысячный раз повторяю, не смотрю я на нее!

— Ая, Ник! — встречает нас радостной улыбкой звезда. — Вы где были?

— В дамской комнате, — прижимаюсь к Нику и смущенно улыбаюсь. У нее начинает дергаться глаз.

— Вдвоем что ли? — продолжаю широко улыбаться. Догадываюсь о чем она подумала, но не тороплюсь развенчивать ее предположения.

— Прости. Мы пойдем пообщаемся с другими гостями.

Мы с Ником пробуем закуски, общаемся с его коллегами, журналистами. То и дело ловлю на себе хмурый взгляд Анжи. Думала я из-за такой ерунды как платье слезы буду лить? Пожалуй рассчитывала, что я свалю, а она останется с Ником. А вот выкуси! Улыбнувшись этой курице,