Коллекционер душ. Книга 3 - Михаил Липарк

Ознакомительный фрагмент

за это светит? Наверное, это справедливое наказание. Одаренные, которые не могут контролировать себя, должны уезжать на заставу. Иначе в мире будет царить хаос. С такой силой, которая есть у них, без жесткого контроля нельзя.

— А ты что здесь так рано, Ракицкий? — Мирослава Игоревна вырвала меня из собственных мыслей.

Я посмотрел на пейджер. Ни одного нового сообщения.

— Я как раз вас искал, — ответил я.

— Меня искал? — удивилась завуч. — Зачем?

— У вас есть время?

Мирослава Игоревна посмотрела вслед охранникам, уводящим Штыря.

— Сейчас у меня окно. Но нужно десять минут, чтобы все уладить с Илицким, — она задумалась на секунду, а затем протянула мне ключ. — Поговорим в моем кабинете. Возьми ключ. Я разберусь с аристократом и поднимусь.

Уже через пару минут я был в ее кабинете. Он сильно отличался от остальных, которые есть в школе. Тут стоят антикварные напольные часы, дубовый стол. Окна занавешивают плотные бордовые шторы. Из-за них внутри почти нет света. А вместо ламп повсюду горят свечи. Это от них такой сильный запах? Как будто кто-то накупил дешевых вонючек в машину и забыл спустить вниз.

Я растеряно огляделся. Ощущение, словно попал в девятнадцатый век. У такой обстановки, наверняка, есть свои причины. Но, мне кажется, узнаю я их не раньше, чем Мирослава Игоревна начнет преподавать в моем классе.

Я ходил по кабинету аристократки и все время смотрел на пейджер.

Яблоньский не писал. Это плохо. Потому что, если сказать завучу про Кипятка раньше времени, то есть большая вероятность его спугнуть. Мирослава Игоревна захочет немедленно поговорить с одаренным и если я ошибаюсь в том, что он вернулся к запрещенной практике, то Парфенов и на самом деле бросит магию крови. Навсегда. И тогда Яблоньскому придется искать другой способ, чтобы от него избавиться. А мне — чтобы сделать из него человека. Ладно. Выбора нет. Буду тянуть время.

— Так что ты хотел сказать? — уточнила завуч, когда вошла в кабинет и села за свой стол.

Я сидел напротив.

— Ученики, которые нарушают правила. Я имею в виду аристократов. Разве никто из их родителей никогда не обращается к вам, когда вы выносите вот такие приговоры, — я указал головой в сторону выхода, имея ввиду Штыря.

— Скажем так. Я очень принципиально отношусь к этим моментам, — ответила она. — К чему ты клонишь, Костя? У тебя есть что мне рассказать?

Я еще раз посмотрел на пейджер.

— Если я скажу вам, что кое-кто пользуется магией крови. Что будет с этим учеником?

— То же, что и с Ильицким. Каждый одаренный должен понимать, что любое нарушение правил, а тем более, серьёзное, жестоко карается. Кто практикует запрещенную магию?

— Сейчас я не уверен… — начал мямлить я, подбирая слова. — Вам же нужно поймать человека за руку?

— Не обязательно. Ты можешь просто назвать мне фамилию? — завуч поправила очки на своем носике. — Я понимаю, почему ты боишься. И обещаю, что никто не узнает о твоем участии.

— Что? — я усмехнулся. — Я не боюсь, нет. Просто…

Пейджер запищал. Я бросил на него взгляд. Увидел входящее сообщение. Оно пришло от Яблоньского.

Прочитал. Еле сдержался, чтобы не выругаться вслух.

— Просто…что? — завуч внимательно смотрела на меня, ожидая ответа.

— Мирослава Игоревна. Мне тут написали. В общем… Мне нужно идти. Я позже все объясню.

Не слушая, что ответит мне брюнетка, я вылетел из кабинета и поехал прямиком на футбольный стадион.

Да-да. Яблоньский написал мне, что Парфенов с Антроповым просто тренируются. Никакой магии крови. Никакого заговора. Всего добиваются исключительно своим потом. Я не поверил и решил убедиться в этом лично.

Убедился. Целый час, пока мы там были, аристократы просто отрабатывали задания, которые обычно дает на тренировках Арсений Петрович. Расставляли конусы, бегали вокруг них с мячом и без мяча. Потом один пытался отобрать мяч у второго. Наоборот. В общем, самая стандартная тренировка.

Когда мы поехали на учебу, два хулигана из нашего класса еще оставались на поле гонять мяч.

— Они знали, что ты за ними следишь, — заключил я, подсаживаясь в школьной столовой к Яблоньскому и Клаус.

Я поставил поднос на стол. Вдохнул запах борща и макарон с котлетой. Аристократы были, как говорила моя мама, в своем репертуаре. Набрали себе полные тарелки выпечки и взяли по два стакана чая.

Вот дети! Нормально есть надо с раннего возраста, а не эти вот булки. Уж я-то теперь поберегусь от гастрита, который настиг меня прямо к совершеннолетию в прошлой жизни.

— Почему ты решил, что меня видели? — Всеволод щелбаном скинул со стола оставленную кем-то макаронину и принялся за пиццу.

— А ты не заметил, как они скалились? Все время, пока мы там были, они улыбались во все свои двадцать восемь, — я помешал остывший суп и принялся за еду.

— Мне тоже показалось, что Парфенов с Антроповым просто издеваются над нами, — Клаус отпила горячего чая.

Всеволод повернулся ко мне, перекинув ногу через скамейку, на которой мы с ним сидели.

— И, ты думаешь, как только мы уехали в школу они…принялись за дело? — он поднял брови.

— Думаю, нет, — я отложил в сторону тарелку, в которой уже закончился борщ. — Именно поэтому я не стал настаивать на том, чтобы кто-то из нас остался проследить за ними.

— Черт! — прошипел Яблоньский и ударил рукой по скамье. — Теперь они точно залягут на дно.

— Без паники. Еще не все потеряно, — я поспешил успокоить аристократа.

— Ты о чем?

— У меня уже есть новый план.

Одноклассники пододвинулись ближе.

— Рассказывай, Ракицкий. Не тормози, — аристократ весь чесался от нетерпения.

— Турнир, который стартует завтра, продлится два дня. Скорее всего Торпедо выйдет в плей-офф. А матчи на вылет будут играть в воскресенье. Понимаете, о чем я?

Яблоньский посмотрел на Клаус. Та перецепила резинку на своем беличьем хвосте.

— Учитывая, что аристо уже несколько дней прогуливают школу, — сказала она. — Значит им необходимо ежедневно совершать этот ритуал. Он помогает им быть в форме.

— Верно, — я улыбнулся своей догадливой подруге. — Нужно будет, чтобы кто-то спалил отморозков сразу после первого дня турнира в субботу. Перед плей-офф они точно пойдут на риск.

— Согласен! — подхватил Яблоньский и к нему тут же вернулся аппетит.

Он схватил недоеденную пиццу, смачно откусил и спросил с набитым ртом:

— Мне нужно будет снова проследить за ними?

— Нет. Это не сработает. Сейчас они очень внимательны.

— Тогда что ты предлагаешь?

В моей голове промелькнула мысль про тайную способность вселяться в других существ. Конечно, после дневного инцидента пользоваться магией за пределами учебных кабинетов у меня желание пропало. Но, похоже, это

Конец ознакомительного фрагмента

Купить полную версию книги