Семья волшебников. Том 3 - Александр Валентинович Рудазов

от первого брака… то есть это я дочь от первого брака. Потом маму отбил папа, и у них родилась Вероника.

Вероника уже ходила по гостиной и всюду совала нос. Ее очень заинтересовал стеллаж с книжками, потому что там были общие книжки, которые группа договорилась держать здесь, чтобы можно было брать и читать. Астрид тоже для этой библиотечки пожертвовала все, что прихватила из дома… хотя она не очень много прихватила, она же не ежевичина, у которой кроме книжек и радости-то нет в жизни.

Но детского там было немного. Только томик «Старых сказок», «Девочка в Тумане», которую Вероника знала почти наизусть, да «Хрестоматия для юных волшебников», выпуск от позапрошлого года. Целую полку занимал многотомный «Рыцарь Парифат», в углу притулились Ктава и «Тригинтатрия», были еще какие-то книжки по садоводству, птицеводству и пчеловодству… Вероника ничего нового для себя не нашла.

— А ты что делаешь? — спросила она у старосты, который разлиновывал большой лист бумаги.

— Стенгазету оформляю, — ответил Ромулус, ведя черту вдоль длинной линейки. — Я староста группы и состою в редколлегии «Эфирного хронографа».

Он сказал это так важно, словно состоял в ученом совете Мистерии.

Хотя Ромулус действительно гордился, что его приняли, хотя он только первокурсник. Все-таки «Эфирный хронограф» — это не пустяк, а общеакадемическая стенгазета, которую совместно делают студенты всех институтов и возрастов, от совсем зеленых школяров до без пяти минут лиценциатов.

— Она выходит раз в луну, — увлеченно рассказал Ромулус. — Мы все пишем и рисуем что-нибудь интересное, познавательное или смешное, а потом старшие редакторы все это сливают в головном образце и размножают, чтобы в каждом холле висела копия… только мне никто не помогает!

Его укоризненный возглас пропал втуне. Ромулусу тут единственному нравилось возиться со стенгазетой.

Но у маленькой Вероники сразу загорелись глаза. Она вскарабкалась на стул и с надеждой предложила:

— Я могу помочь!

Ромулус с воодушевлением посмотрел на сестру Дегатти. Конечно, ей всего пять лет, но какая разница?

— Ты правда хочешь помочь? — спросил староста. — Давай! А то мне никто не помогает!

— А что делать? — спросила Вероника.

— А ты писать умеешь?

— Умею, но пока не очень…

— А рисовать?

— Умею! — обрадовалась Вероника.

— Тогда я буду писать статью, а ты нарисуй картинку. Вот тут, в верхнем правом углу. Для оформления.

— Какую?

— Ну… нарисуй тут какую-нибудь волшебную палочку или посох… и еще комету. Да, точно. Чтоб был посох, и из него вылетала комета.

Вероника схватила цветные карандаши и принялась старательно рисовать. Писала она по-прежнему медленно и с ошибками, зато рисовать и чертить умела отлично. Она даже исписала нарисованный посох рунами из книжки Фурундарока, и тот немного засветился.

Астрид тем временем закончила отчитываться перед мамой и получила наказ присматривать за сестрой, пока мама за ней не пришла, подошла ближе и стала смотреть на ту чепуху, которой ежевичина занималась вместе со старостой.

Вот им делать нечего. Картинки, статейки… минуточку. Папа и Тифон, например, каждый день читают газету, и Астрид тоже читала, когда была главой семьи. А «Эфирный хронограф» — это, конечно, не «Вестник», его читает не вся Мистерия, а только Клеверный Ансамбль… но это в чем-то еще кудеснее!

Астрид заинтересовалась. Астрид подошла еще ближе. Астрид с минуту таращилась на буквы, появляющиеся из-под пера старосты, а потом невзначай предложила:

— А я тоже могу помочь. Если нужно.

— Правда?! — ужасно обрадовался староста. — Тогда напиши статью!

— На какую тему? — деловито спросила Астрид. — Про волшебство?

— Да не, это ж стенгазета! Она не о магии, о магии учебники! О дружбе напиши.

— О дружбе?.. Ладно… а что?..

— Напиши, как новый коллектив помог тебе, демону, научиться дружить! — увлеченно предложил староста.

— Но я и так это умела! — возмутилась Астрид. — У меня и до этого были друзья! Мне что, наврать?!

— Нет, не надо. Расскажи тогда… про что захочешь. Про своих дошкольных друзей.

Астрид на секунду задумалась. Просто чьи-то друзья. Так ли уж это интересно будет широкой публике?

Нет, она знает, что написать. Про свои подвиги. Во всяком случае про те, о которых остались какие-то свидетельства. Их не очень много, но они есть.

Да. Это будет отличным стартом. Со скромной школьной стенгазеты Астрид начнет свой путь.

Она начала было описывать, как всего за пару часов очистила курятник и хлев, а потом убила того демона… как же его звали?.. но остановилась. Нет. Тоже не то. Это не относится к школьной жизни. Надо школьную жизнь.

Так что она все-таки начала про дружбу. Про толерантность. Про то, как девочки разных видов уживаются в одной спальне и не конфликтуют. Уважают привычки и границы каждого.

Да, это лучше. Так Астрид Просветительная будет нести со страниц стенгазеты свою мудрость, а не просто хвастаться.

«…Вот так полный достоинств демон, напыщенный высокомерный эльф и совершенно обычный, даже скучный человек успешно разделяют среду своего обитания без лишнего драматизма, кровавых женских драк и попыток ночных убийств», — дописала Астрид.

Она перечитала статью. Да, это хорошо.

Староста с ней согласился. Он тоже прочитал с искренним восхищением и сказал, что редколлегия точно поместит это в номер. И написал заголовок: «Дружба — это волшебство».

— А когда номер выйдет? — спросила Астрид.

— Они по Бумажным дням выходят.

— Сегодня Бумажный день.

— Ну да, так что через луну. В следующий номер напишешь статью?

— Подумаю, — скромно сказала Астрид. — Смотря как публика воспримет мой дебют.

Астрид незаметно для себя всерьез увлеклась журналистикой, зато Веронике это быстро наскучило. Она бегло прочла статью старшей сестры и хотела немного покритиковать, но передумала, потому что им с Астрид еще много лет быть сестрами.

Так что она незаметно переместилась к ребятам, играющим в карты. Играть в карты Вероника любила, но дома с ней играть никто не хотел. Ей слишком везло.

Однако эти ребята об этом не знали и разрешили Веронике с ними играть. Только один толстый мальчик противно сморщился и сказал, что тут не первый класс храмовой школы, чтобы нянькаться с малявками. Но Копченый, который тоже тут сидел, велел Федеру завалить хлебальник и усадил Веронику рядом с собой.

— Мы в «Вашество» играем, — сказала рыженькая девочка, соседка Астрид. — Ты умеешь?

Вероника не умела, но ей быстро объяснили правила. Игра оказалась гораздо веселее, чем «Воля Небес». Все карты просто делились поровну, и каждый по очереди кидал одну на стол. И вот тут начиналось самое интересное, потому что на каждую карту надо правильно реагировать.

— Если кинули меч — надо отдать честь, — объяснила Свизанна. — Если спираль — приложить персты. Если корону —