Семья волшебников. Том 3 - Александр Валентинович Рудазов

я буду заниматься, потому что я ничем не лучше других.

— Это уж как хочешь, — равнодушно сказал Гробаш. — Мои уроки можешь не посещать, прогулы ставить не буду.

Следующая физмагия была только через четыре дня, третьим уроком. На ней не было сферомахии-кутерьмы, на ней Гробаш опять гонял всех на снарядах. Но Астрид молча выполняла все упражнения, не обращая внимания на грузики. А когда прогудел колокол — осталась на площадке, продолжая делать подъем корпуса.

— Урок окончен, Дегатти, — сказал Гробаш.

Астрид молча переместилась к турнику и стала подбрасывать себя кверху. И раз, и два, и три, и четыре…

— Ну-ну, — усмехнулся классрук, садясь на корточки. — Я тебя еще доконаю, демоненок.

— Чем большим испытаниям ты меня подвергаешь, тем, возможно, больше у меня будет возможностей и причин тебя убить, — сказала Астрид, спрыгивая с турника. — Просто имей в виду такую возможность в будущем.

— Но когда ты станешь великой и мудрой волшебницей, то поймешь, что все эти испытания были для твоего же блага, — сказал Гробаш, подходя ближе. — И преисполнишься благодарности к своему старому учителю.

Астрид подумала, что такое тоже возможно… а Гробаш тем временем подвесил ей еще пару гирек. На пояс.

— Эй! — выпалила Астрид, которую резко потянуло к земле. — Ну вот так я точно грыжу заработаю!

— Ничего страшного, — добродушно сказал классрук. — Вот я грыжи не боюсь. Знаешь, почему? Потому что все мои внутренние органы окутаны магическими экранами. Этому тоже учат на защитном факультете.

— Так мои же пока не окутаны!

— Ах да, точно. Я забыл.

И он убрал эти гирьки. Астрид распрямилась и злобно принялась подтягиваться на кольцах. Побоку. Она будет заниматься. Она станет сильнее всех.

— Сейчас, вообще-то, неурочное время, — напомнил Гробаш. — Разве у тебя не должно быть других занятий вроде плетения косичек или чем вы там занимаетесь, женские особи?

— Иди. В задницу. Корграхадраэда.

Астрид сказала это и испугалась, что сказала так классному наставнику. Это уже перебор. Он сейчас разозлится и добавит еще гирек!

Но он не разозлился. И гирек не добавил. Чешуя Гробаша стала какой-то изумрудной, и он довольно сказал:

— Это хорошо. Мы еще пробудим в тебе злость. В тебе кроется мощная демоническая сила. И я выпущу ее наружу.

— А зачем пробуждать мою демоническую силу, и кто это — «мы»? — насторожилась Астрид.

— Мы — это я и ты. А пробуждать — чтобы ты стала настоящим демоном. Злым, опасным, кровожадным.

— Зачем?!

— Тогда тебя точно отчислят, и я от тебя избавлюсь.

— Нет, я хорошая! — сквозь зубы процедила Астрид. — Уж получше тебя!

— Повторяй себе это почаще, — уселся прямо на траву Гробаш.

Он достал из поясной сумы большой платок, расстелил его перед собой, и там медленно проступило блюдо с огромной дымящейся отбивной. Классрук впился в него зубами и прочавкал:

— Ужин из-за тебя пропускаю, а режим питания важен. Надо восполнять энергию. Ты не хочешь, кстати?

Астрид сглотнула. Да, что-то она совсем с этой физмагией голову потеряла, в столовой уже ужин накрывают. Наверное, надо все-таки прерваться… но это будет все равно что признать поражение! Не на глазах у Гробаша!

— Будешь? — протянул ей палочку шашлыка Гробаш.

Астрид втянула носом мясной аромат. Настоящее! Не сотворенное!

— Нет, — через силу выдавила она. — От тебя не приму. Наверняка там отрава.

— А вот это было бы уже преступлением, — заметил Гробаш. — Травить учеников — это дорога в Карцерику.

— Тогда давай! — выхватила шашлык Астрид.

Тот оказался вкусным. Очень. Астрид слопала его прежде, чем успела что-то сообразить. Гробаш хмыкнул и протянул ей еще палочку.

— Ты мне не нравишься, Дегатти, — сказал он, пока девочка пожирала добавку. — Но режим питания очень важен. И регулярные тренировки.

Астрид что-то промычала. Она хотела сказать, что Гробаш ей тоже не нравится, но она растущий демоненок и ей все время хочется есть, а сотворенная еда слабо удовлетворяет ее запросам, так что она в целом ему благодарна, хотя он и урод.

Но она ничего этого не сказала.

В день Бамбукового Скорпиона она тренировалась до заката, а Гробаш с любопытством за этим наблюдал. Но в конце концов огромный хомендарг поднялся и сказал:

— Довольно на сегодня, Дегатти. Иди в общагу и набирайся сил. Завтра я снова буду тебя мурыжить.

Астрид и сама уже давно хотела уйти, но из упрямства не покидала площадку, пока на нее смотрит учитель. Он явно тоже это понимал, поэтому и не уходил. Тут шло настоящее соревнование воль, шел незримый поединок терпения — и Астрид победила! Гробаш уходит первым!

От радости она схватила камень и швырнула Гробашу в спину!.. но тот, конечно, отлетел от защитного поля.

— Правильно, — кивнул классрук, не оборачиваясь. — Не оставляй попыток. Однажды у тебя получится меня убить. Верь в это.

— Я буду верить, учитель, — сказала Астрид.

Глава 25

Вечером Бумажного Скорпиона Астрид сидела за письменным столом и грызла ногти. Сегодня у них были исчисление, метафизика и художество. Исчисление было привычно унылым, на метафизике им впервые пришлось записывать и зарисовывать кое-какой материал, отсутствующий в учебнике, а вот художество… Астрид когда-то полагала, что это будет самый простецкий предмет из всех.

Как же она ошибалась. По правде вышло, что это не просто рисование, как в начальной школе, а целая академическая наука, пусть и данная студентам Риксага в сжатом виде. Их учили видам симметрии и основам линейной перспективы, что оказалось довольно… сложным.

— Уравнения, природа реальности, чертежи… — ворчала Астрид. — Я хочу быть магом, а не инженером! Когда нас уже будут учить цепным молниям?!

— Нас — никогда, — закатила глаза Витария. — Мы в Ингредиоре, а не Элементурии… или будут?

Она задумалась.

— Я думаю — будут, — подала голос Свизанна. — Ну хотя бы на факультативах.

— На факультативах что угодно можно изучать, — жеманно ответила Витария. — А на общем курсе?

— Я думаю, что будут молнии, — предположила Астрид. — Как без молний-то? Для чего тогда все наши страдания?

— Мы на Ингредиоре, мы будем изучать магические поля…

— …Из молний!!!

— Это беспредметный разговор, — сказала Витария.

Сегодня исполнилась ровно луна с тех пор, как Астрид начала учиться волшебству. Целая луна, двадцать шесть дней. Из них три праздника и двадцать три учебных. Шестьдесят девять уроков. Вот настолько быстро и легко Астрид научилась перемножать числа.

Она полистала ежедневник. Если не считать маносборчества и аурочтения, у них еще толком не было именно магии. Это прискорбно.

Конечно, так у всех. У папы так было, и у Мамико с Зубрилой так же. Вообще, это нормально. Первый курс — вводный, на нем в основном