Утопающий во лжи 15 - Лев Жуковский
Тогда как моё личное вмешательство или участие Себии уже не было столь категорически важно для победы. Армия работала как отлаженный механизм, где каждый знал своё место, каждый выполнял свою функцию.
Хотя, тех же Жнецов инсектоидов мне и сейчас было тяжело уничтожать, эти проклятые твари были воплощением хитрости и смертоносности. Слишком уж коварные создания это были, скрывающие очень ловко своё присутствие, сливаясь с окружающим камнем тёмных затхлых тоннелей и пещер, что даже мой острый взор не мог различить их до последнего момента.
Ещё и атакующие всегда неожиданно — из-за угла, из трещины в стене, из-под груды мусора. Особенно если тварь имела высокий уровень и крупные размеры, их выстрелы шипами, костяными иглами длиной с мой палец, летящими со скоростью, что свистели в воздухе, особенно были для меня болезненны. Каждое попадание пробивало даже мою толстую шкуру, оставляя рваные раны, которые сочились ледяной кровью. На фоне подобных сражений я видел, насколько Себия стала сильнее, и что главное, более могущественна в магическом плане.
Предчувствуя атаки подобных тварей с почти сверхъестественной точностью, удивляя скорее уже их самих внезапностью своих контратак. Рывками через пламя, материализуясь прямо за спиной хищника, разрывая как демоническая бестия их на части своими воистину огромными огненными крыльями. Зрелище было одновременно прекрасным и ужасающим, когда Небесный огонь рассекал хитин, выжигал внутренности, превращал живую тварь в обугленный труп за считанные мгновения.
Причём поначалу я хотя бы был ещё действительно нужен в борьбе с подземными Крушителями, этими чудовищными тварями размером с большой дом, чей хитиновый панцирь был толщиной куда больше чем в локоть. Который хоть немного мог сдерживать пламенные удары крыльев Себии, давая мне возможность проявить себя, атаковать их своим ледяным дыханием, замораживая суставы, делая их медлительными. Однако прошло совсем немного времени, может быть, месяц, не больше, и она научилась врываться буквально в ревущую пасть этих чудовищ.
Уничтожая исполинов, куда больше, чем я, размерами, превосходящих даже мои пятнадцать локтей роста, сжигая их изнутри. Это требовало безумной смелости или полного отсутствия инстинкта самосохранения, нырнуть в пасть, усеянную зубами размером с меч, пролететь по пищеводу и взорваться пламенем прямо в желудке чудовища. Я видел это дважды, и оба раза не мог поверить своим глазам, когда Крушитель начинал светиться изнутри, а потом взрывался, разбрасывая горящие куски плоти во все стороны.
Так что в какой-то момент сладостные увещевания моей наложницы, если эту мелкую козявку можно было так назвать, как любил их именовать мой господин, с той смесью презрения и снисходительности, что была характерна для его отношения к смертным. Так вот, слова Леи Фрет о том, что моя роль в армии всё так же важна, звучали всё более неискренне, всё более фальшиво. К сожалению, я это понимал прекрасно, с горькой ясностью, что приходит с осознанием собственной ненужности.
Себия, пройдя перерождение, превратилась действительно в инфернальную демоницу, в существо, чьё могущество росло день ото дня, час от часа, как и её боевой опыт. С течением времени её поведение чем дальше, тем все больше становилось жестоким, беспощадным, почти садистским в своих проявлениях. На этом фоне крылья, горящие Небесным огнём, этим чистым, почти святым пламенем, что должно было символизировать свет и благодать, выглядели как издёвка Судьбы. Особенно вспоминая, как она карала непослушание в армии, вспоминая крики тех, кого она наказывала. По моему мнению делала она это не хуже настоящих палачей из самой Бездны.
Такого даже господин Таталем Со никогда не делал, он был жесток, да, безжалостен в достижении своих целей, но его жестокость была холодной, рациональной, лишённой эмоций. Он убивал, когда это было необходимо, наказывал, когда требовала дисциплина, но никогда не получал удовольствия от причинения боли. Себия же… в её глазах я видел нечто иное, когда она жгла непокорных. Восторг. Наслаждение. Власть, опьяняющую разум.
Восхищение Себией, которое я испытывал поначалу, видя, как хрупкая человеческая женщина превращается в могущественного воина, очень быстро сменилось истовым страхом перед её мощью. Воистину, это я ощущал лучше других, своими демоническими чувствами, обострёнными долгой жизнью, существованием рядом с действительно могучими повелителями. Страх был не поверхностным, не мимолётным испугом. Это был глубокий, въевшийся в душу ужас перед существом, чья сила превосходила мою собственную и продолжала расти с пугающей скоростью. Ведь господин Таталем Со был другим, он был сильнее сразу, да и я в целом никогда не понимал истинного уровня его силы, с Себией же было всё совсем иначе.
Так вот, чем дальше, тем более дерзко действовала Себия, словно опьянённая собственным могуществом. Намереваясь уже спустя полгода пребывания в мире Ссшорс атаковать не просто ещё одно из гнёзд, где численность инсектоидов измерялась десятками тысяч тварей, обычных, заурядных целей, которые мы брали почти играючи. Она наметила целью полноценный улей, где жуков могло быть и было более сотни тысяч, целый город хитиновых кошмаров, роящихся в бесконечных тоннелях.
Однако даже не в количестве была главная проблема, числом могучих воинов в нашей армии мы могли задавить и такую орду, при правильной тактике и использовании узких проходов. Дело было в другом, в хозяине улья, в чудовище, о которых предупреждал господин Таталем Со своим тихим, но непреклонным голосом: «С ранг — это не просто сильный противник. Это ходячая катастрофа. Одно такое существо может уничтожить армию в тысячи воинов. Не рискуйте без крайней необходимости».
Вот слишком уж сильно в себя поверившая Себия только и твердила, размахивая руками, пытаясь убедить меня в разумности своего плана, что мы только проведём разведку боем и в полной мере втягиваться в сражение не станем. Мол, посмотрим на возможности этой Королевы роя, оценим её силу, и если что-то пойдёт не так, попросту отступим. Вот так вот просто она видела побег от чудовища С ранга.
При том что в её словах имелось и здравое зерно, она не была полным безумцем, ещё нет. Потому как основной лагерь подвергать опасности она не собиралась, оставляя там большую часть сил и все наши запасы.
Вот совершенно только всё пошло совсем по другому сценарию. О котором, Бездна эту демоницу побери! я предупреждал, кричал, требовал отступить ещё на этапе планирования! Но нет, она не слушала, упрямо гнув свою линию, уверенная в собственной непобедимости.
Четыре сотни своих штурмовиков, элиту нашей армии, лучших воинов, которых мы взрастили за месяцы тренировок и битв, я, можно сказать, собственным телом заслонил
