Свободный ритм - Ольга Дервиш

красный седан приветливо мигнул сигнализацией. — Залезай.

— Может, я еще погуляю, пока ты с родителями…

— Ты думаешь, я тебя вот так тут одну обставил бы? После всего, что между нами было!? — театрально выпучил глаза.

Ася улыбнулась его актерскому мастерству, но не могла не сказать:

— Между нами ничего не было и нет. И не будет… — добавила на всякий случай.

— Погоди, у нас же сейчас свидание, разве нет?

— И что?

— Это значит, что между нами УЖЕ что-то есть.

— Просто гуляем, — пожала плечами.

Макар бережно взял ее за эти самые плечи и прижал к красному корпусу машины, нависнув всем своим ростом.

— А если с поцелуями, будет не «просто»? — потянулся губами к ней.

Рахманова нервно хохотнула и попыталась выскользнуть из щекотливой ситуации. Парень передвинул руки, преграждая пути к отступлению.

— Макар, ну, я же тебе уже все сказала. Чего ты добиваешься?

— Тебя!

— Бесполезная затея.

— Почему? Ты замужем?

— Нет, — рассмеялась Ася неожиданному, с ее точки зрения, предположению. Ей почему-то совершенно не приходило в голову, что так могут интерпретировать ее поведение. — Я бы тогда и на свидание с тобой не пошла.

— Ты… — Мак посмотрел в небо в поисках идеи, — черт, я не знаю, что еще можно предположить. Ты, прости, если обижу, болеешь чем-то?

— Нет! — еще веселее причина. Мда…

— Я устал угадывать! — он смотрел на нее своими бездонными глазами, пытаясь понять.

— Не надо ничего угадывать. «Нет», это просто «нет». Мы слишком разные…

— Ладно, — как-то подозрительно быстро отступил от намерений все выяснить Макар. Но все же наклонился и сорвал быстрый поцелуй с ее губ.

— Может, мне лучше на автовокзал? — послышалось робкое.

— Ага, щщас!

У меня нет ничего плохого на уме,

Не ломайся, милая, поехали ко мне[6]

Глава 5

Коварные планы

Асе отчаянно хотелось домой, это ведь ненормально — знакомить с родителями на первом же свидании! Насколько Ася знала, сейчас так никто не делает. Однако просьбу подвезти ее к автовокзалу, Макар проигнорировал. Пара кварталов, и остановился в небольшом дворе с молодыми липами, покрытыми свежей весенней листвой. Хлопнул водительской дверью, молча дождался, пока выйдет Ася, поставил авто на сигнализацию и, махнув ей следовать за ним, направился к одному из ближайших подъездов. Рахманова шла следом, как на казнь.

Квартиру на первом этаже открыл своими ключами. Оба в молчании разулись, вытянул из ее рук рюкзак, положил на обувницу, оставив с букетом в руках…

Почему он молчит? Лучше уж тогда действительно отправил бы ее на автобусе. К чему это всё? Может, она в тягость? Неприятное чувство… Высказать ему? А толку?

Ася чувствовала себя крайне неловко. Нет, все же надо было уехать самой. А еще лучше, не соглашаться приезжать.

— Проходи, я сейчас, — указал ей на одну из комнат, а сам скрылся за неширокой дверью в конце коридора. Наверное, в туалет… Тоже выйдет заплаканным? Не получилось переспать с девчонкой, жизнь не удалась?

Рахманова улыбнулась. Чего только в голову не придет.

Сделала было шаг в комнату и услышала, как в дверях поворачивается ключ. Замерла настороженно.

В квартиру вошла немолодая пухлая женщина в очках, отчего-то румяная, запыхавшаяся. Увидела гостью с цветами и тоже застыла.

— Ой, у нас гости? — улыбнулась. — Я и не знала. Вы…

— Я с Макаром, — почему-то вместо имени поторопилась сказать Ася.

— Очень хорошо, — женщина кивнула, скрывая удивление, словно незнакомые люди в прихожей — дело обыденное. Поставила сумку рядом с ее рюкзаком и спросила: — Давно пришли?

— Нет. Вот только.

— Ну, проходите, проходите, тогда… — разуваясь. — Сейчас… быстренько ужин…

— Мы ели не так давно, спасибо.

— Где же вы успели?

— В кафе.

— Мм? — удивилась отчего-то… родительница — наверное, это была она — Макара и посмотрела на букет тюльпанов. — Цветочки в вазу надо, сейчас найду…

— Мама! — подтвердил родство парень, выходя в коридор, на его лице расплылась теплая улыбка.

— Сынка, здравствуй, маленький мой! — потянулась обнять парня, — Давно тебя не было.

Хех, маленький, да…

— Работа, ты же знаешь… Но вот он — блудный я! — развел руки в стороны так, что пальцы коснулись противоположных стен коридора.

— Да не один! — вешая легкую куртку на вешалку, лукаво прищурилась женщина, и Ася тут же заметила, как они похожи. — Отец тебя недавно вспоминал, хотел, чтобы ты что-то ему привез…

— Он звонил, да. — Он указал на гостью: — Это Ася.

— Ася… — повторила задумчиво женщина, но после улыбнулась. — А я Настя. Очень приятно.

— И мне… — кивнула девушка застенчиво.

— Ладно… Я сейчас тут на кухне… А вы пока… тут…

Было заметно, что женщина тоже слегка растеряна. Макар наклонился, поцеловал мать в щеку и успокоил:

— Не торопись. Мы не голодные. Отцу, только если что-то, а нам попозже… — с этими словами он развернулся и легко подтолкнул девушку в одну из комнат. — Пойдем.

Комната, оказалось, принадлежала самому Макару. Всё здесь буквально кричало об этом. Старые постеры популярных когда-то артистов на стенах, полки со школьными учебниками, старенький компьютер на письменном столе. Полутороспальная кровать, заправленная темно-синим плюшевым покрывалом и две подушки, по-старомодному выставленные треугольниками… У одной из стен черное пианино со специальным круглым стульчиком.

— Ты умеешь играть? — удивленно спросила Макара, который остался стоять у дверей, схватившись за турник над косяком, и наблюдал за ней.

— Давно это было… Сыграть не проси…

— Не прошу, — заверила Ася, но внутренне расстроилась. Не то, чтоб она собиралась просить, но вдруг бы он сам… Для нее все эти ноты — китайская грамота, и подобные знания вызывали у девушки уважение!

Над инструментом на стене нашелся красивый натюрморт с фруктами. Девушка заворожено изучала картину. Мазок к мазку. Маслом.

— Мама рисовала в молодости, — прокомментировал Мак.

— Красиво! А еще есть ее картины?

— Есть, но немного. В гостиной, на кухне… Потом покажу.

— Ты — музыкант, мама — художник… а папа? — осторожно спросила, но ответ все равно оказался неожиданным:

— Папа филолог. Книги пишет. Писал… И я не музыкант… — добавил небрежно. — Так, фигня.

— Почему?

— Я уже забыл, чем бемоль от диеза отличается, — хмыкнул, садясь на кровать и сминая покрывало двигаясь, чтобы прислониться к стенке. Скрестил длинные вытянутые ноги.

Ася огляделась в поисках, где бы тоже присесть. Кроме стульчика ничего не нашлось.

— Иди сюда, — похлопал рядом с собой, и, увидев, что она сомневается, устало проговорил: — Да, не трону я тебя!

— Я чувствую себя неловко, — сказала, присев на краешек кровати и тут же почувствовала, как ее тянут назад, окончательно сбивая покрывало.

— Почему? — Мак посадил