Душелов. Том 3 - Emory Faded

и влиятельных; сам же доступ — только по прямому приглашению от человека, у которого уже есть доступ и который лично ручается за тебя; открывается лишь раз в месяц, в два ночи, и работает ровно до шести утра; каждый раз само место меняется; имеется свой особый дресс-код — для мужчин строгие костюмы, а для девушек платья — и при этом всем нужно при входе надевать специальные маски, что выдаются там же и скрывают большую часть лица; ну и прежде, чем пропустить гостя внутрь, персонал забирает всю технику и любые предметы, представляющие опасность, как для себя, так и для других, после чего уже сами проверяют гостя.

И честно говоря, услышав всё это от Элизабет я даже вновь подумал отказаться от этого — слишком уж муторно звучало, однако всё же решил поехать. Для начала, конечно же, заехал домой и переоделся в костюм. Но уже следом отправился в названное ей место, осматривая по пути необычное приложение, которое она мне перекинула, и которое и является доступом для входа внутрь.

Добравшись до места, я даже не сразу нашёл, куда нужно было идти, ведь, как оказалось, нужным мне входом был спуск в подвал обычного многоэтажного дома. Тем не менее, стоило мне в него спуститься, как я сразу же убедился, что попал в нужное место, — меня встретила девушка в маске из персонала, что, слегка поклонившись, очень вежливо произнесла:

— Прошу, предъявите, пожалуйста, ваш пропуск.

Достав телефон, я открыл приложение и повернул телефон к ней. Она, подняв и поднеся свой телефон к моему, просканировала приложение, после чего, вскоре, вновь слегка поклонившись, сказала:

— Очень приятно видеть нового гостя. Если у вас есть какие-то вопросы — можете открыть приложение и посмотреть там самые часто задаваемые вопросы. Либо же, если желаете, можете спрашивать у меня или у любого другого сотрудника. Если же у вас нет никаких вопросов — я вас провожу ко входу.

Немного задумавшись, я сказал:

— Ко входу.

— Хорошо, — поклонилась она. — Пожалуйста, дорогой гость, следуйте за мной.

После этих слов она развернулась и повела меня куда-то. Буквально через несколько секунд мы оказались около одной из стен, стоило нам подойти к которой… как она начала расходиться в две стороны. А там же, где была часть стены, теперь оказался проход. Причём проход такой, будто это на самом деле другое здание.

Вот так из грязного подвала многоэтажки, мы оказались в том, что своим видом напоминало коридор элитнейшего аристократического особняка. Пройдя же по этому коридору, где уже было множество других людей из персонала, — одетых, кстати, совершенно одинаково, — мы подошли к одной из дверей, рядом с которой стоит стол со множеством масок.

— Выбирайте, пожалуйста, любую на ваше предпочтение, дорогой гость, — указав рукой на стол, произнесла девушка.

Осмотрев маски, я заметил одну вещь: у сотрудников все маски в форме обычного человеческого лица с приятной улыбкой, а те же маски, что лежат на столе, сделаны в форме различных животных и имеют лишь верх маски — судя по всему, чтобы можно было выпивать, не снимая её для этого каждый раз.

Не особо задумываясь, я выбрал маску в форме ворона.

Стоило же мне её надеть, как девушка, уже пройдя к двери, открыла её для меня, сказав:

— Хорошего вам отдыха, дорогой гость.

Кивнув в ответ, я прошёл внутрь, и дверь за мной тут же закрылась.

Внутри же оказалось… всё как я примерно и представлял: приглушённый свет, причём чем дальше от барной стойки — тем сильнее; в целом огромное помещение, в центре которого находиться как раз квадратная барная стойка, за которой профессионально смешивают и наливают выпивку сразу несколько барменов; в разных местах стоят круглые столы со стульями; у стен уже идут места, прикрытые тюлью и с квадратными столами, рассчитанными на более большую компанию.

Что же до посетителей, то… вот тут я уже не угадал. Я думал, что раз попасть в это место так не просто и раз само место такое огромное, то людей будет не то чтобы много, однако… большая часть мест уже занято. А ведь я приехал сюда лишь спустя примерно полчаса после открытия, и наверняка часть посетителей ещё только подтянется со временем…

Обдумывая это, я, осматриваясь по сторонам, попутно оценивая само место и людей, наполняющих его, направлялся к барной стойке. Но ещё не дойдя до самой барной стойки, мне показалось, что я увидел кое-кого знакомого. И подойдя чуть поближе, я убедился, что мне нисколько не показалось… это на самом деле этот человек.

Первая мысль после этого — уйти на другую сторону барной стойки или же вовсе уйти отсюда. Тем не менее, обдумывав всё хорошенько и поняв, что Элизабет почти наверняка специально это подстроила, я наоборот направился к этому человеку, вскоре заняв место рядом с ним.

Ко мне сразу подошёл один из барменов и поинтересовался, что я хочу.

И стоило мне заговорить, делая заказ, как девушка, сидящая рядом со мной, услышав мой голос, обратила на меня внимание, наконец переведя взгляд с почти опустевшего в её руке квадратного стакана, наполненного виски, на меня.

Сделав заказ, я повернулся к ней, осмотрев её: маска лисы; очень откровенное, с полностью открытой спиной, сильно обтягивающее чёрное платье, что даже не полностью прикрывает её большие груди, которые словно норовятся вырваться наружу от любого резкого движения; и на ножках чёрные туфельки с высокими каблуками.

— Привет, малыш… — усмехнувшись, явно уже будучи очень пьяной, проговорила она, мило улыбнувшись.

Глава 8

— Колись, это Элизабет тебе рассказала об этом месте?.. — спросила Виолетта, продолжая ярко улыбаться игривой улыбкой.

И что удивительнее всего — она даже слегка покачивается всем телом от выпитого алкоголя.

А ведь чем сильнее развит Дар — тем сложнее его обладателю напиться. Всё из-за повышенного сопротивления организма к токсинам, вроде того же алкоголя, и регенерации, благодаря которой организм быстрее очищается. Да, даже с Даром девушки всё равно пьянеют легче и быстрее мужчин, однако… у неё Дар развит точно не ниже пятого этажа, а может — даже и больше. К тому же, этот бар открыт всего как полчаса.

Выходит, она либо каким-то образом успела за эти полчаса так напиться, либо… уже приехала сюда, будучи в примерно такой кондиции…

— А ты, якобы, ничего об этом не знаешь? — задал я ей