Запретная. Моя - Элла Александровна Савицкая

лезть в дела Руслана, а с другой – он все—таки мой друг. И все это время был рядом.

Закусив губу, разворачиваюсь к нему лицом.

– Я тебе сейчас кое—что расскажу, но ты обещай не психовать.

– Тааак, – он в ожидании складывает руки на груди.

– Я все—таки пошла в ту ночь к магазину, который грабил Руслан с его дружками.

По тому, как меняется выражение лица Славы понимаю, что скандала не избежать, поэтому быстро продолжаю дальше.

– Сняла их на камеру. Но … всё нормально. Они мне ничего не сделали. Тогда…

– Что значит тогда? – наполняется его голос металлом.

– Руслан так обыграл, что якобы поговорил со мной. Кассету я ему отдала. Но сегодня те двое приехали к университету и… в общем собирались беседовать со мной сами.

При одном воспоминании о мерзких намеках того Варшавина, меня передергивает.

– Я очень испугалась, – обхожу Славу и сажусь на край кровати. Расческу кладу рядом. – Думала, что всё…

– Они сделали тебе что—то? – пристальный взгляд карих глаз теперь уже с большим вниманием проходит по моему телу. – Даша!

– Нет. Не успели. Приехал Руслан.

Слава шумно выдыхает.

– И что?

– И забрал меня. Только… кажется, теперь у него будут проблемы. Потому что они говорили о каком—то Тихом, который и отдал приказ на счёт меня. А Руслан его не выполнил. И я теперь за него переживаю.

– Что ты делаешь? – взрывается Слава. – Переживаешь за Руслана?

Рыком разворачивается и опускается передо мной на колени.

– Ты себя слышишь, Даша? Тебя сегодня чуть по кругу не пустили, а ты блядь за Руслана переживаешь?

– Зачем ты так, Слава? – вздрагиваю от резкости его слов.

– Как "так"? – зло парирует он. – Я называю вещи своими именами. В этих бандах все так и происходит. И я не удивлюсь, если тот же Шмель точно так же "беседовал" с другими телками, которые попадались им под руку.

– Ты что вообще несёшь?! – ошарашенно смотрю на него. – Ты же знаешь Руслана!

– Не знаю! – грубо отрезает он. – Больше не знаю. А если он связался с Тихим, то тем более. Я же просил не ходить туда, дура ты!

– Еще раз назовешь меня дурой, пойдешь отсюда к чертовой матери, понял меня? – резко встаю и отхожу к окну.

Переживания, что успели улечься под воздействием близости Руслана сейчас поднялись на поверхность и закручивают с новой силой.

Слышу, как Белозеров медленно выдыхает, встает и подходит ко мне сзади.

– Прости. Это вырвалось. – произносит сдержанно, – Но только потому, что я за тебя переживаю.

Обхватываю себя руками, бесцельно смотря на темную улицу. В висках долбит паника, сердце не на месте.

– Кто этот Тихий? – спрашиваю, не оборачиваясь.

Повисает гнетущая пауза.

– Это зэк бывший. – нехотя объясняет, – Местный «смотрящий», который курирует весь мелкий криминал в городе. Батя говорил, что чел он непростой. Они за ним и братвой его давно охотятся, но пока взять кого—то не удалось. – останавливается, а потом с неверием выдаёт: – Пиздец… я думал Рус сам по себе промышляет, а он связался с этим уёбком. Ты хоть знаешь, на что он способен, Даша?

Могу только догадываться. Всё, что я знаю о криминале, почерпнуто из книг и фильмов. А сегодня я имела возможность прикоснуться к этому миру лично.

И мне это не понравилось.

Зачем это было нужно Руслану, Боже?

– И что Шмелев? Забрал тебя и отвез домой? – спрашивает Слава, так и не дождавшись от меня ответа на прошлый вопрос.

– Да.

О том, что было в промежутке распространяться я не хочу. Это касается только меня и Руслана.

– Ну хоть не совсем без мозгов остался. Ты запомнила их? Можно отцу заявление накатать.

– С ума сошел? Если мой папа узнает, он меня из дома не выпустит.

– И что? Оставить их шляться по городу дальше?

– Я все равно не видела их лиц. Они в масках были.

Вру, пока не понимая зачем. Просто шестое чувство подсказывает, что из—за меня Руслан и так уже влип по уши, а если я еще и заявление подам на его подельников, то станет в разы хуже.

– Жаль. Можно было бы их прижать.

– А Руслана? – резко оборачиваюсь к нему.

– Что Руслана?

– Его тоже прижать?

Славик недовольно сжимает губы.

– Он, между прочим, в ограблении участвовал. Непосредственно.

– Он – твой друг, между прочим, – последние слова выделяю другой интонацией, потому что не понимаю его сейчас.

– Был другом, если ты забыла. А потом слинял. И от тебя тоже, кстати.

– Я в курсе. Но, в отличие от тебя, не отворачиваюсь от людей, которые мне когда—то были близки.

– А я, в отличие от него, был рядом с тобой, – резко повышает тон, – Пиздец, Даша, давай еще посрёмся из—за него!

Я выдыхаю.

Внутри всё бурлит, как перегретый чайник, вот—вот и сорвёт крышку. Но я знаю, откуда это раздражение. Это тревога за Руслана. И если отбросить субъективную точку зрения, в чем—то Слава прав. Вот только мы оба знаем, что просто так Руслан бы не начал всем этим заниматься.

И он пообещал бросить. А значит он это сделает.

– Ладно, прости, – сдается первым Слава и обняв меня за плечи, прижимает к себе. – Я волнуюсь за тебя.

Утонув в его объятиях, тоже пытаюсь успокоить сорвавшийся пульс.

– Не злись, – просит Славик, проводя носом по моим волосам. – М?

– Я не злюсь, – сдаюсь. Еще пару дней назад я точно также кричала на Руслана, когда переживала за него. Поэтому причины для злости Славы мне очень хорошо понятны.

– Сильно испугалась сегодня, Даш? – он отстраняется и заглядывает мне в лицо.

Во взгляде забота и волнение.

– Было немного. Но уже все позади.

– Давай я буду провожать тебя до универа и встречать после пар. Хотя бы какое—то время, – его палец касается моей скулы, а я мотаю головой.

– Вот еще. Не надо. Ничего они мне уже не сделают. Руслан все решил.

В карих глазах вспыхивает короткая, злая искра. Он, кажется, хочет что—то возразить, но дверь в комнату без стука открывается. Папа заглядывает внутрь и тут же тормозит.

– Извиняюсь, дети. Не вовремя.

Я представляю какая картина перед ним открывается и быстро выбираюсь из рук Славы.

– Всё нормально. Мы уже собирались к вам.

Проходя мимо отца, замечаю, как он подмигивает Белозёрову. Папа спит и видит нас вместе. И, наверное, сейчас в глубине души просто ликует, приняв наши дружеские объятия за нечто большее.

Глава 9

– Ну, вроде у нас неплохо получается, – с гордостью заявляет отец, окидывая взглядом результат проделанной работы.

Не могу с