Разведёнка с прицепом - Ирина Манаева

Хотела Катерина про бумажки напомнить, что летали, да не стала. Вдруг эта сейчас кинется считать и пятёрку не найдет.

— Спасибо за сахар, — сказала и сбежала.

Созвонилась Маша со Светкой, попросила её бассейн присмотреть Антошке, если получится.

— А я тебя деньги потом отдам, — пообещала.

— Да я гляну, ладно. Только не знаю, в эти выходные, может, не смогу приехать. Ты там потерпи.

Конечно, Маша настаивать не стала. Как выйдет.

Вышли на улицу. Так хорошо, солнышко припекает, лето в самом разгаре. Кругом трава бушует, всё в бурьяне. Отправилась в огород, а там чудо. Малина. Спелая, ароматная. Растёт себе, пить есть не просит. Обрадовалась Маша. Вытащила из дома бидончик, Антошку рядом посадила с тарелкой. Сидит мальчишка, малину ест, от солнца щуриться, пока мать ягоду собирает и ему сыплет.

Рассказывает истории разные, и не знает, что снова у неё в доме гости.

Тихо-тихо отворилась калитка, неслышно человек ступает, поднимается по крыльцу и удивляется, что дверь открыта. На столе еда, кажется, дом нынче жилой!

— Есть кто? — спрашивает, но тишина гостю ответом, а в окошке женщина спиной какая-то видна в огороде.

Проскальзывает в комнату-темнушку человек, что шкаф с секретом хранит. Тут же, тут должен пакет быть. Шасть туда-сюда. Никак забылось, куда прятал?

— Погоди, я сейчас, — звучит голос уже на кухне, и застывает в страхе гость. Таится за дверцей шкафа, ждёт, когда свет включат.

— Иду уже, — кричит Маша сыну, выбираясь из дома с кружкой воды.

Снова пытается гость пропажу найти, только нет её. Никак нынешние хозяева увели, и кто такие? Выскочил из дома, уходить надо, как бы ненароком не застигли.

Глава 12

Вечером, когда Антошка уже уснул, Маша отправилась в небольшой закут, отгороженный от кухни шторкой, где у бабы Шуры стояла посуда и банки с крупой, этакий вместительный шкафчик, и достала оттуда жестяную банку из-под чая. Именно сюда она спрятала оставшиеся деньги и серьги, и принялась пересчитывать. Но сколько бы не считала, не выходило, как раньше. За замок она доложила из своих, но вот одной пятитысячной так и не было.

Достав серьги, она подошла к зеркалу, прикладывая их к себе, и вспомнила маму, отчего сразу невыносимо захотелось плакать. Телефон хранил память о ней в специальной папке, так Маша выделила небольшой уголок, в котором всегда могла побыть рядом с дорогим человеком. А вот из папки семья выбыл Эдик, и почти всё оставшееся место занял Антошка. Даже с Машей фотографий было раз-два и обсчитался.

Она села за кухонный стол, не включая света, боясь разбудить сына слезами, и долго сидела, рассматривая снимки, а потом перешла к видео. Как живая! Вот до чего техника дошла. Человека нет, но вот же он, будто снималось всё вчера.

Растирая слёзы по лицу, она вдруг услышала какой-то шорох за окном и испуганно вгляделась в стекло. Луна сегодня плохо освещала, спрятанная за облаками, потому вглядывайся не вглядывайся — ничего не увидеть. Наверное, показалось, или кошка соседская.

Когда загрохотало ведро, которое она оставила почти у самого крыльца, Маша подскочила на месте, слушая, как бешено ухает сердце в груди. Бросившись к двери, проверила, что крючок накинут. Но, если кто-то сильно захочет войти, вряд ли он выдержит. Притаившись около двери, она стояла, превратившись в слух, держа ручку, если вдруг кто-то примется дёргать, но больше никаких звуков не было. Может, и впрямь кошка или собака?

И ещё несколько часов провела Маша, слоняясь по дому призраком, потому что никак не могла уснуть, а на следующее утро пошла смотреть во двор. Ведро стояло там же, но что тогда упало? Она смотрела на него, не понимая, но вывод мог быть только один: это точно не животное. Кто-то ходил ночью по двору и поставил ведро на место.

— Да ладно тебе, может, показалось? — выслушала Светка, когда Маша решила поделиться с ней странностями. — Ну мало ли с чем перепутала.

— С чем, например?

— Да не знаю я. Меня же там не было.

Ей так хотелось поддержать подругу, но что она могла сделать на расстоянии, как не просить, чтобы та себя накручивала.

— И зачем к тебе лезть? Воровать даже нечего.

— Может, кто-то думает, что есть чего.

— Так! — командирским голосом сказала Светка. — Ты там только себя не накручивай. Приеду скоро.

— Ты ж сказала, что не получится.

— Ну а что делать с тобой? Приеду.

Позавтракали они с Антошкой, позанимались немного с буквами и цифрами, и в магазин решили прогуляться.

— А про вас сегодня спрашивали, — медленно произнесла девушка с рыбьими глазами.

— Кто? — не поняла Маша. Она искренне удивилась, услышав такое от продавщицы.

— Мужчина какой-то, — пожала она плечами.

— А почему про меня? Может, не про меня?

— Так пришёл, конфеты покупал, а потом и спрашивает. Скажи-ка, а кто сейчас поселился у Селентьевой. Я сразу не вспомнила, кто такая, а потом он про бабу Шуру сказал. Ну я и говорю: внучка её. Только как звать — то не знаю. А как звать?

— Маша я, — ответила, а у самой чувство неприятное внутри поселилось. Это кто же такой ходит и спрашивает. А если он ночью и был? — Как хоть выглядит?

— Ну как? — пожала плечами девчонка. — Обычный. Мужик какой-то. С бородой. В одежде.

— Молодой?

— Не-е, старый.

— А приметы какие-то есть?

— Да нет, — девчонка пыталась припомнить. — Не знаю. Просто спросил, и про сына вашего спрашивал, потом пошёл, а конфеты оставил, — показала она на пакет. — Странный.

Маша вышла из магазина сама не своя. Кто ж такой ходит и расспрашивает? А главное — зачем? А если захочет ночью снова их навестить? Стало страшно и жалко, что некому защитить. И решила Маша, что ей срочно нужна собака, потому снова пришлось идти к тому, кого Маша знала — Дмитрию.

Наверное, со стороны похоже, что она ищет любые способы подобраться к мужчине, только сейчас Маше было всё равно. Она была напугана странным незнакомцем.

— Собака? — Дмитрий немного удивился. — Обживаться по полной решили?

— Просто, — Маша замялась, не зная, с чего начать, а потом поведала Дмитрию всё, что случилось.

— Да вот собаки у меня нет, — развёл руками, — с местными говорить надо, да и со взрослой проблемы будут, а от щенка толку мало.

Покивала Маша согласием, поблагодарила.

— Пойдём тогда, — взяла сына за руку, направляясь домой, а сама думала, как теперь ночь пережить.

Но ближе к вечеру пришёл Дмитрий. Осмотрел критически замок, потрогал калитку.

— Забор бы