Сяо Тай, специалист по переговорам - Виталий Абанов

семьи — плавно, словно плывет над землей. Тетушка Чо только за голову успела схватиться. Поистине она оказалась между тигром и драконом! Глава сам сказал ей, что нельзя наказывать новенькую плетьми или иным способом, оставляющим следы на теле! Однако и ослушаться юную госпожу Лилинг она тоже не может! Отрывать Главу от дел ради такой мелочи она не посмеет, а потому придется самой принимать решение. Кроме того, двадцать плетей… старик Вэйдун, мясник и разнорабочий, по совместительству также исполняющий обязанности и палача семьи для слуг — не станет бить вполсилы. Тетушка Чо видела, как молодые сильные парни теряли сознание после пятого, а эта… совсем худая еще, толкни и сломается. А ну как помрет под плетьми? Тогда и ей не сдобровать!

— Да за что мне двадцать плетей?! — возмущается эта идиотка Сяо Тай: — я ж поклонилась! И не возражала!

— Ой, да заткнись ты. — говорит тетушка Чо и вздыхает. Потом думает, что лучше, наверное, ей объяснить, а иначе дурочкой и останется. И потом — жалко дуреху, вместо обучения у учителя Джу, ей сейчас под плети идти.

— Нельзя юной госпоже Лилинг в глаза смотреть, да еще и так дерзко. — говорит она: — горюшко ты мое.

— Да не смотрела я на нее дерзко! — возмущается эта несносная девица: — обычно посмотрела и все!

— Пэээ… — протянула тетушка Чо, совсем как ее бабушка, когда находила что младшенький описался в кроватке: — да ты как не глянь, все получается дерзко. Вообще людям в глаза не смотри и все. Приличная девушка в глаза не смотрит. А у тебя глаза… — она помолчала. Что толку. Вот что с ее глазищами сделаешь? Пронзительные, да еще и синие, словно лед в горном озере. Действительно, как не глянь все дерзко получится, с такими вот глазами.

— То колодки, то под плеть… — ворчит девушка и ежится: — гостеприимный у вас тут мирок, как я погляжу. Нет, надо контроль в свои руки брать. А старик Вэйдун — это местный мясник? А куда бить будут — по спине или по заднице? Я ж потом не сяду, какая учеба.

— Не знаю я, куда Вэйдун бить будет, но обычно по спине. — вздыхает тетушка Мо: — да и какая уж потом учеба. Пошли. Надо тебя переодеть и масло приготовить, спину смазать потом.

— Спасибо, что заботитесь обо мне, тетушка Чо. — кланяется девушка: — я знаю, что вам трудно. Приказы у вас противоречивые, вы как между Сциллой и Харибдой сейчас.

— Что? — тетушка понимает, о чем она, но какие странные имена.

— Между двух огней. Вам же Глава давал распоряжение чтобы плетьми меня не били, а юная госпожа наоборот — распорядилась высечь. — говорит эта несносная: — как быть? Вот помру я под плетьми — как отвечать будете?

— Да мне и самой не хочется. — признается тетушка Чо: — а что делать? Ослушаться юную госпожу я не могу! А ей в открытую перечить… Глава распорядился никому про особые приказы в отношении тебя не говорить. Вот и … теперь если что я за все отвечаю, а все из-за тебя, тупая ты голова! Была бы на месте вовремя и не случилось бы ничего!

— Ваша правда, тетушка Чо, моя вина. — понурилась девица и тут же подняла голову: — но у меня есть мысль! Можно же как-то оба приказа исполнить, чтобы вы ничей не нарушили.

— Да как тут так сделаешь? Один сказал, чтобы не секли, а другая — чтобы высекли.

— Я же была при разговоре. Господин Вон Ми сказал, чтобы «не было следов на теле», — поднимает палец эта несносная Сяо Тай: — а юная госпожа, чтоб ей пусто было, сказала чтобы «двадцать плетей». То есть, если уважаемый господин Вэйдун высечет меня так, чтобы следов не было на теле — то вы и тот приказ выполните и этот.

— Да как это возможно, высечь так, чтобы следов не было? Это ж как плеткой погладить.

— Уверена, что господин Вэйдун, или как его зовут друзья — старый Вэй — знает, как это сделать. А юной госпоже просто надо свое доминирование над слугами выразить, ей надо чтобы я вечером пришла как побитая собака и в ногах у нее валялась. Что же… — тут эта несносная произносит короткое слово на незнакомом языке, явно нехорошее слово, судя по интонации.

— Что же, — повторяет она: — поваляюсь, от меня не убудет. Хорошенькую девочку растит себе наш глава, угу. Милая такая и добрая.

— Знаешь, что, Сяо Тай, не пытайся мне мозги пудрить. Я не кухонная прислуга, что уже с руки у тебя ест. Я — старшая в доме! — упирает руки в бока тетушка Чо: — мне и принимать решения!

— Вот я и говорю — тетушка Чо обязательно решение найдет. — тут же кивает несносная девица: — вы же решительная и сможете сделать так, чтобы выполнить все приказы. Кто бы другой исполнил один, а второй — не исполнил. Так поступили бы все обычные слуги. Но вы, тетушка Чо, вы настолько выше нас, обычных домочадцев семьи Вон Ми, вы непременно найдете способ!

— Ой лиса. — прищуривается тетушка Чо: — ой лиса…

— Давайте я со стариком Вэем сама поговорю? — предлагает Сяо Тай: — все ему объясню. А потом и с юной госпожой Лилинг вечером.

— Вот узнает она, что я…

— А не узнает. Кроме того, если что вы и не в курсе. Отвели, приказали высечь. Это к старому Вэю могут претензии быть. А я с ним поговорю.

— Иногда я смотрю на тебя, несносная Сяо Тай и поражаюсь, куда ты свой рыжий хвост прячешь. — говорит тетушка Чо: — пошли уже. Поговорим со стариком Вэйдуном.

Глава 5

Все эти дни Виктор прожил будто во сне, плывя по течению и стараясь восстановиться. Тело, в которое он угодил — действительно было девичье. Определить возраст тела было затруднительно по причине худобы и маленького роста. Вот кто его знает, сколько этому телу лет — то ли четырнадцать, то ли двадцать. Тем более, если азиатка. Тут внешний вид во многом даже не от возраста зависит, а от образа жизни. И пару раз он видел свое отражение в бронзовых зеркалах, качество которых оставляло желать лучшего. Ничего особенного, девчонка да девчонка.

Тем более становилось непонятно, зачем тогда старший Вон Ми, господин Баошу, — вызволил ее из колодок на площади. Темна вода в облацех… но сейчас Виктор жалел не о том, что не изучил мотивы поведения