Расплачивайся. Сейчас. - Екатерина Юдина

он тогда на меня смотрел, как называл шлюхой, как тащил по коридору, явно показывая, что ему плевать, даже если я упаду или со мной произойдет что-то значительно хуже. Он ведь и хотел собственными руками устроить мне это «хуже».

Я не знаю сколько так ревела. Наверное долго. До тех пор, пока Матео не начал стучать в дверь и спрашивать, как я. Не дождавшись от меня ответа, сказал, что сейчас выбьет дверь. Мне пришлось быстро собрать себя по кусочкам и какими-то неведомыми силами заставить себя все таким же холодным, сухим тоном, ответить, что со мной все в порядке.

В день выписки, я уже полностью вернулась в прежнее состояние. Хотя бы физически. Меня больше не шатало. Голова не кружилась. Исчезла слабость. Лишь временами я еще покачивалась и перед глазами темнело. Но это происходило настолько редко, что я на подобное не обращала внимания.

Я собиралась вернуться в общежитие. Просить там поменять мне комнату, но Лонго увез меня в свою квартиру.

Пока что он, к счастью, держал расстояние, но легче от этого не становилось. Мы находились на одной территории и из-за этого некоторые соприкосновения были неизбежны. Хоть и я пыталась их пресекать. Если Матео заходил в комнату, я ее покидала. Если он за ужином заставлял меня садиться с ним за один стол, я опять молчала, смотрела куда угодно, но не на Лонго, практически ничего не ела. После больницы у меня так и не появилось аппетита.

И ночью я ушла спать в гостиную на диване. В полной темноте и тишине, я чувствовала, что Лонго вошел в комнату. Долго стоял около дивана, а я, лежа на боку, делала вид, что сплю. Хотела лишь одного – чтобы он поскорее ушел. Находиться рядом с Лонго было больно.

Так прошло несколько дней, во время которых я опять появилась в университете. Это были последние дни перед началом каникул и мне следовало слишком многое закрыть.

Там я и услышала про исчезновение Сандры. Кажется, об этом даже в сети писали – про пропажу молодой, но уже популярной актрисы.

Я бы могла зайти в сеть и почитать статьи, но не стала этого делать. Было глубоко плевать на то, что произошло.

***

Наступили каникулы и я, какое-то ненормальное успокоение начала поучать от книг по экономике. Купила несколько в книжном и постоянно их читала. В этот период мне хотелось лишь одного – закопаться в новой информации. Хоть и нутром я понимала, что это было сродни желанию убежать. Закопаться в собственном крошечном мире, который все равно трещал по частям.

И окончательно все порвалось в первый день каникул. Уже была полночь и я опять лежала на диване. Читала. Услышала тяжелые шаги, но не подняла на Лонго взгляд. Надеялась, что он пройдет мимо, но Матео остановился около дивана.

- И когда это закончится?

- Что именно? – это был один из немногих раз, когда я ему ответила.

- Ты уходишь из комнаты, когда я туда захожу, смотришь на меня, как на какое-то ничтожество и не разговариваешь со мной. Хватит, Мира. У нас с тобой отношения и я дал тебе достаточно времени. Ты возвращаешься в нашу спальню.

- Я не…

Я не договорила. Лонго сдернул с меня плед, отбросил в сторону книгу и подхватил меня на руки. Я начала вырываться. Даже, кажется, поцарапала его, но Лонго уложил меня на постель и, когда я уже собиралась вскочить на ноги, он положил ладонь мне на живот, удерживая на месте.

- Нет. Чтобы не происходило, но мы будем рядом друг с другом. Ты никуда не уйдешь.

- Может, ты меня еще привяжешь к кровати?

- Если нужно – привяжу.

Это было последней каплей. Тем, что копьем врезалось в грудную клетку и я поняла, что больше так не могу.

Лонго этой ночью так и не тронул меня. Мы просто спали на одной кровати, но, когда он на следующий день куда-то уехал по делам, я начала собирать свои вещи. Кидала их в мусорные пакеты. Туда отправила даже телефон. Вообще все, что в этой квартире имело ко мне отношение. И, в итоге, я эти пакеты оставила на кухне около мусорного ведра. Пусть Матео их позже выбросит. Все равно, практически все эти вещи когда-то купил именно он.

Себе я оставила только те вещи, в которые переоделась. Когда-то у меня отлично получалось быть невидимкой и сейчас, я этим пользовалась. Сняла линзы. Надела очки, которые держала просто на всякий случай. Свободные джинсы, свитер, горловину которого я натянула практически до носа. Волосы собрала в небрежный хвост. Естественно, этого было мало для того, чтобы пройти мимо людей Лонго, которые уже теперь окружали меня еще больше, чем раньше, но я знала кое-какие пути из этого дома.

На первом этаже находилась кухня. Там готовили для тех жильцов дома, которые предпочитали уже готовую, но свежую еду. Я прошла через эту кухню. Словила на себе несколько недовольных взглядов и даже возмущений, но все-таки успешно покинула здание, оказываясь в небольшом проулке между двумя домами.

Пока я шла по тротуару, прекрасно понимала, что в любой момент меня могли поймать люди Матео, но почему-то совершенно не было страшно. Словно уже было глубоко плевать абсолютно на все.

Время шло. Я уже успела покинуть квартал, но меня так и не нашли. Может, еще не начали искать. Матео ведь вернется минимум через несколько часов. В итоге я села в автобус. Сама не знала куда еду, но вышла лишь на конечной.

Сидя на бордюре и, смотря на небо, я рвано дышала и пыталась понять, что делать дальше. Решение убежать было спонтанным, но, казалось, что без него уже никак.

Но куда мне теперь идти?

Я понимала, что не могу обратиться к Лучиане и другим девчонкам. Не хотела их подставлять.

Конто? Он предлагал помощь, но я понимала, что не пойду к нему даже, если мне будет угрожать смертельная опасность.

В итоге, еще долго захлебываясь своими мыслями, я понимала, что у меня лишь один вариант – уехать куда-нибудь. Снять себе квартиру и пока что побыть в ней.

Но… Я почему-то сделала иначе. Поехала к Авелин – к бабушке Матео.

Дорога до нее была очень долгой. Несколько пересадок и часы ожидания на автовокзалах. Никакого сна. Усталость.

Оказавшись в нужном городе, я в первую очередь направилась в магазин посуды Авелин. И как раз там ее застала.

Бабушка