Любимая, (не) моя - Диана Рымарь

сыночек. – Они обмениваются поцелуями в щеку.

Свекровь проходит, усаживается на диван, кладет на журнальный столик объемный контейнер, с которым обычно является к нам в дом.

– Где внук? – интересуется она с прищуром.

– Понятия не имею, где этот пакостник, – пожимает плечами Артем, тоже садится на диван.

А меня коробит. Хочется подойти и дать ему затрещину. Мишка – никакой не пакостник, отличный малыш и совершенно не шкодливый.

– Он в своей комнате, играет в лего, – говорю, тут же посерьезнев.

– А я ему вкусненького принесла. – С этими словами Светлана Игоревна открывает контейнер и важно объявляет: – Капустный пирог с мясом! Пусть полакомится, Шанна же не умеет печь…

Печь я умею прекрасно, но еще ни разу не было такого, чтобы мои кулинарные творения понравились свекрови, что не мешает мужу и сыну лопать их за обе щеки. А вот ее шедевры по вкусу разве что Артему, и то потому, что он с детства к ним привык.

Но плохо не это, плохо то, что ее капустные пироги очень уж пахучи!

Запах ударяет мне в нос будто кулаком.

Невольно морщусь.

Свекровь бросает на меня настороженный взгляд и спрашивает:

– Ты не беременна, часом? Точно так же морщилась, когда ходила с Мишей.

Вот это предположение…

Мое лицо вытягивается.

Больше того, лицо мужа тоже.

Впрочем, он быстро приходит в себя, машет рукой:

– Мы предохраняемся, мам. Она точно не беременна.

И то правда, у нас с Артемом самое надежное в мире предохранение – не заниматься сексом вообще никогда.

Ах да, забыла подчеркнуть, Артем запретил мне кому-либо говорить о его проблемах в постели. Даже мать – и та не в курсе. А впрочем, даже будь она в курсе, тоже наверняка обвинила бы в импотенции сына именно меня.

Меж тем неприятный запах капусты прочно селится у меня в носу, не давая вздохнуть. Недавно съеденный завтрак просится обратно.

– Я на минутку, – спешно ретируюсь в ванную.

Плескаю на лицо холодной водой, стремясь отогнать непонятно откуда накатившую дурноту. Открываю окно, вдыхаю свежего воздуха, и немного отпускает.

Меня прошибает холодным потом от мысли, что могла залететь. Ведь секс-то был! Запретный…

Но я же не могу быть беременна, так? Четко помню, что Виталик пользовался презервативами. Так что нет, не мог он оставить мне такой подарочек при всем желании.

Вспоминаю про Виталика, и по телу бежит дрожь. Даже сама не могу понять, приятная или нет…

С тех пор, как мы с ним в последний раз виделись, прошло две недели. После нашего разговора у ресторана я больше его не встречала и, наверное, уже не встречу.

Никогда не забуду, как он на меня смотрел…

Будто я лично убила его любимую бабушку, а потом станцевала на ее могиле, это как минимум.

Обиделся на то, что я замужем. Но он ведь даже не спросил, свободна ли я. Просто набросился на меня как сомнамбула. А я… А мне просто очень его хотелось. Слишком давно и слишком сильно.

Блядью назвал и при этом звал с собой… В качестве кого? В качестве бляди?

Мне до сих пор больно и мерзко от его слов. А еще чертовски обидно.

Ну почему в мои восемнадцать я не встретилась с ним? Почему на моем жизненном пути встретился именно Артем?

С Виталиком все было бы по-другому.

Но как бы оно было, я уже никогда не узнаю.

Скрепя сердце, выхожу из ванной, приближаюсь к гостиной и замираю у двери. Слышу, как Светлана Игоревна говорит обо мне с Артемом.

– Слишком ты с ней деликатничаешь, жену в узде держать надо. Устроил ее в гостиницу зачем-то, начальницей сделал…

Артем, вот удивительно, заступается за меня:

– Она отличный администратор, мам. Она сама хотела… Дома, в принципе, тоже справляется, и с пацаном нянчится. У меня к ней нет претензий по этому поводу.

– А у меня есть, – тут же заявляет свекровь. – Ты что, не видишь, как паршиво она воспитывает сына? Он у нее как сорняк, классику так и не знает…

– Ему четыре, мам, – вяло отбивается Артем.

– И потом, я не знаю, как ты не замечаешь, но он на тебя совсем не похож. И на Шанну не похож. Он не нашей породы, я теперь это четко вижу. Не Шувалов. Я сравнила его фото с твоими и твоего отца маленького. Ничего же общего, хочу заметить. Может, он не твой, ты об этом подумал?

Ее последняя фраза выбивает из меня дух.

Ведь и правда не похож.

Мишка не походит ни на меня, ни на Артема.

Может он быть не его сыном? Сразу вспоминаю историю Артема про то, что сперма – не проблема. Но если так, он хоть раз да кончил бы при мне, так? Этого не было. Вдруг для ЭКО использовали чужую сперму? В теории такое вполне возможно.

При таком раскладе мне сразу становится понятно, почему он абсолютно равнодушен к Мишке. Никогда с ним не играет, не гуляет, даже ни разу из садика не забрал.

Больше не могу выдержать нервного напряжения, захожу в гостиную, настороженно смотрю на мужа.

Артем ловит мой взгляд, говорит матери резко:

– Не мели ерунду, эта тема закрыта.

Светлана Игоревна не привыкла к такому тону и тут же обижается.

Уже после того, как мы спроваживаем свекровь восвояси, Артем подходит ко мне, поворачивает к себе лицом. Берет за подбородок и заставляет посмотреть в глаза.

Говорит уверенным голосом:

– Он мой, Шанна. Ты же мне веришь, да? Не слушай мать, Миша – мой сын.

– Ага, – киваю.

Нет, я совсем ему не верю.

И если вдруг Миша вправду не биологический сын Артема, я буду любить моего ребенка еще больше, если такое вообще возможно.

Глава 12. Тест на беременность

Шанна

Я выглядываю в окно кухни, наблюдаю за тем, как Мишка во дворе объезжает новую игрушку – пластмассового коня на колесиках.

Возвращаюсь к плите, помешиваю рагу из свинины, которое заказал на ужин Артем. Делаю медленный огонь, пробую бульон на вкус. Чуть недосолен. Добавляю щепотку, ставлю солонку на столешницу.

В этот момент я краем глаза замечаю, как в кухню входит муж.

Резко оборачиваюсь и вижу, что он отчего-то держит в руке мою раскрытую сумку. Черную, ту, с которой я сегодня ходила на работу.

В его глазах буря, губы изогнуты в злой гримасе.

И тут я замечаю в его левой руке коробочку от теста для определения беременности. Ту самую, что я купила сегодня утром, когда шла на работу.

– Это что, блядь, такое? – орет муж. – Я полез к тебе за жвачкой, а там…

Он кидает мою сумку прямо на пол, подходит и тычет коробкой мне в лицо.

Я идиотка!

Неужели я оставила эту коробочку в сумке? Я точно сегодня не в адеквате.

– Ты что, беременна? – рычит муж, нависая надо мной. – Ты мне изменяешь?!

Нервно сглатываю.

Мозг превращается в вату, отказывается работать.

Будто со стороны слышу свой испуганный голос:

– Это не для меня, я покупала тест для администратора, Верочки. Просто ходили в туалет вместе, она отдала мне коробочку после того, как взяла тест. Я, наверное, машинально кинула в сумку…

Шувалов ни на грош мне не верит.

Я бы, пожалуй, и сама себе не поверила, объяснение-то глупое.

– Что за херню ты несешь? – шипит он.

Дальше все происходит очень быстро.

Артем резко и больно хватает меня за шею сзади, с силой давит, а потом что есть силы пихает меня вперед.

С криком падаю на кафельный пол, больно ударяясь коленкой.

Этого Шувалову оказывается мало.

Он подходит с явным намерением пнуть меня.

– Это просто коробка! – кричу я в панике и отползаю в сторону.

Шувалов тормозит, прожигая меня взглядом. А потом наклоняется, пребольно хватает меня под локоть, поднимает, тащит к стене и прижимает собой. Шумно дышит мне в лицо и… не верит мне. Я вижу это по его лицу.

– Просто коробка, да? – цедит он с издевкой.

– Просто коробка… – тихо шепчу.

Он думает секунду, две, десять.

А потом выдает вердикт:

– Знаешь, как все будет? Я сейчас закажу в аптеке тест с доставкой, и ты его сделаешь при мне. Не бывать такому, чтобы моя жена гуляла на стороне. Ты хоть примерно представляешь, какие