Слепая судьба - Андрей Михайлович Голов

Синь, и, взяв его тарелку, засунула сразу два последних сяолунбао в рот. Брызнул бульон, и Ван Лин стала похожа на бурундука, но её это не смутило, очень хотелось есть.

«Я куплю нам поесть, вон из той палатки вкусно пахнет», — написал Ши Юн.

Он вернулся через десять минут и принёс соевое молоко и печёный батат. Пока они ели, Хун Синь всё-таки рассказал им свои хорошие новости, но сначала объяснил, как нанимают воинов в охрану дворца.

— Чтобы устроиться в любой дворец, нужно несколько рекомендаций от прошлых нанимателей. В Золотом требуют, чтобы это были известные сановники. Чтобы взяли на службу в Золотой дворец, нужно, чтобы имя воина попало в «книгу событий Пяти городов».

— Это ещё фто? — спросила Ван Лин, пытаясь прожевать побыстрее.

— Книга, куда вносят важные события, что же ещё. Например, если воин победил опасное чудовище, которое мешало жителям какого-то из городов, или банду разбойников, спас ребёнка аристократа. Подвиг. Воин должен совершить значимый подвиг, такой, что повлияет на жизнь в одном из городов.

— Вот демон. Нам надо срочно совершить подвиг.

— Думаю, стоит начать с простого. Мы наймёмся в охрану каравана, что идёт до Красного города. Если повезёт, то вы получите рекомендацию от владельца каравана и в дороге сможете совершить подвиг. Согласны?

— Да, — ответила Ван Лин.

«Да», — написал Ши Юн.

— Что ж, я договорился с одним из таких караванщиков, и сейчас мы с вами сходим к нему. Надеюсь, вы ему понравитесь. Я обещал помочь ему с учётом, так что мой проезд вам оплачивать не придётся.

«Хитрая бестия решил всё за нас», — подумала Ван Лин. Других вариантов она придумать не смогла, а еда сделала её добрее, так что она решила отложить порку Хун Синя на другой раз. Ван Лин подумала, что скоро увидит родной Красный город, и это заставило её сердце биться чаще.

Глава 4

Синий город Ши Юну не понравился. Сотни запахов пробивались даже через повязку, закрывавшую нос. Разило навозом, людским потом, застоявшейся водой, из храмов удушливо пахло благовониями, из уличных закусочных — горелым маслом. Шум от десятков людей и повозок сливался в монотонный гул, от которого очень скоро у Ши Юна разболелась голова. Он потерял все свои обычные ориентиры и был благодарен, когда Ван Лин подала ему руку. Ши Юн ухватил её за запястье, словно человек, попавший в водоворот, хватается за ветку, свисающую над водой. Они шли на встречу с караванщиком, и Ши Юн радовался тому, что им приходится покинуть Синий город.

Ароматы понемногу сменились, лёгкий ветерок принёс запах воды и ила, освежая удушливую вонь города. Дорога из каменных плит оборвалась, и под ногами теперь шуршала мелкая речная галька. Ши Юн понял, что они вышли из города к реке. Тут оказалось довольно шумно, но это не был раздражающий гомон городской сутолоки, а размеренные команды моряков и перекличка грузчиков.

— Чжан-лан, я привёл вам хороших воинов. Это великолепная Ван Лин, её клинки спасли мне жизнь, а это Ши Юн, он владеет магией ветра, что весьма полезно в речном путешествии под парусом. Они оба ученики достопочтенного Дэн Фэя, — сказал Хун Синь.

— Что ж, приветствую вас, воины. Ничего не слышал о вас раньше, но вижу, что вы очень молоды и только начали свой путь, — услышал Ши Юн приятный мужской голос в ответ на речь Хун Синя.

— Может, мы и молоды, но ты ненамного нас старше, а уже водишь собственный караван, — сказала Ван Лин.

— Госпожа красива, но остра на язык. И у сладкой дыни горькая ботва, целиком прекрасного не бывает, — сказал Чжан, и в его голосе Ши Юн услышал усмешку.

— Не сердись на зеркало, коли сам с изъяном, — Ван Лин не собиралась оставлять последнее слово за караванщиком.

— Хорошо, я принимаю вас в охрану, но только с одним условием: деньги я заплачу, если вы проявите себя в пути. Времена сейчас неспокойные. Говорят, после взятия Золотого города все города отозвали свои патрули с дорог, чтобы усилить собственную защиту, и разбойники совсем страх потеряли. Банда «Красные халаты» нападает на путников уже почти у самого Синего города, поэтому мы решили часть пути пройти по реке. Но и у Красного города может быть опасно, и это даст вам возможность заработать свои деньги. Согласны?

Ши Юн написал в воздухе «Да», боясь, что Ван Лин снова начнёт спорить и обзываться. Когда Чжан с Хун Синем ушли следить за погрузкой товара, Ван Лин наконец успокоилась и перестала возмущённо пыхтеть. Ши Юну показалось, что он почувствовал запах дыма, подруга вновь не удержала пламя злости. Они подошли к самой воде, где Ван Лин затушила тлеющие рукава и сказала:

— Ты не представляешь, как тут красиво. На реке джонки с красными парусами, на бортах изображены горы и облака. Их тут шесть штук, на самой большой нарисован красный дракон. Никогда не плавала по реке, я даже рада, что мы не нашли работу в Синем городе.

Ши Юн вдыхал свежий ветер и думал о том, что на реке будет гораздо спокойнее, чем в городе.

«А каков он, наш хозяин?»

— Тоже мне хозяин. Заносчивый тип. Повезло родиться в богатой семье, а в остальном он не лучше нас.

Они сели на берегу, ожидая, когда закончится погрузка судов. Ван Лин достала из дорожной корзины мешочек с обжаренным арахисом, и ждать стало веселее. Ши Юн слушал, как волны Великой реки бьются о борта джонок, как хрустит галька под ногами грузчиков. Ван Лин смешила его, рассказывая, как одеваются девушки в Синем городе.

— Я-то думала, у меня длинные рукава, но нет. Эти едут в паланкинах, а рукава метут плиты. А на голове целые башни из волос и золотых шпилек. Больше похоже на подушечку для булавок.

Когда орехи и истории закончились, вернулся Хун Синь с новостями. Он напевал себе под нос весёлую песню, а от его халата пахло свежей выпечкой.

— Часть пути пройдёт по воде, а потом пересядем на верблюдов. Честно говоря, мне больше нравится первая часть дороги, никогда не любил жару и верблюдов. Мерзкие животные, — сказал Хун Синь, усевшись рядом с Ши Юном.

Через полчаса скомандовали отбытие, и Ши Юн поднялся на джонку. Доски палубы поскрипывали под ногами, над головой шуршали, разворачиваясь, веера парусов. Они с Ван Лин сели в тени навеса, скоро пришёл и принёс миску с лапшой Хун Синь. Похоже, он мог найти себе еду в любом месте.

— Какая красота,