Лишь тот... - Сергей Викторович Вишневский

него выклянчить хотя бы стальной прут для тренировок.

— Погоди, не торопись. Сначала надо что-то сделать с его именем.

— А что с ним не так? — нахмурился парень.

— Понимаешь, в нашем ордене принято правило, что имя должно быть коротким и односложным.

— В смысле?

— Гош, Снек, Роб, Щекл, Даг, — принялся перечислять клирик. — Это во-первых, удобно, а во-вторых, стирает все классовые и национальные предрассудки. Так проще и... это правило ордена.

— А ты у нас Арифей, — кивнул Гош. — По этому надо сократить.

Парень сначала нахмурился, а затем произнес:

— Мать меня всегда Ари звала.

— Вот! Другое дело, — хлопнул по плечу послушника паладин. — Будешь Ари!

— Да, это вполне подходит, — кивнул клирик и тоже поднялся. — Я пойду к настоятелю и попробую у него выпросить приличный псалтирь. Начинать все равно будем с азов.

— А мы к кузнецу. Надо подготовить парня к завтрашнему походу.

— Какому походу? — тут же спросил Ари.

— Завтра мы с караваном отправляемся на приграничную заставу. Там солдаты короля пухнут с голоду. Продовольственные караваны перехватывает ковен, — коротко объяснил паладин и улыбнулся. — А ты что думал? Мы будем сидеть тут и учить тебя? Практика и еще раз практика! Будешь учить молитвы, пока мы будем чистить хлебальники темным ублюдкам!

— Гош! Он ребенок! Прекрати сквернословить! — раздраженно произнес Снек.

— Я посмотрю на твою рожу, когда он солдат слушать будет! Ну? Чего расселся? Пошли!

***

— А зачем мы силки убрали? — спросил Ари, глядя на зайца в руках Гоша. — Утром же еще можно было проверить.

— Утром мы уйдем с рассветом, — пояснил паладин. — Не до силков будет. А вот оставлять их нельзя. Мы уйдем, а в них зверушка попадет и помрет почем зря.

Они вышли на поляну, где расположился караван. Монастырь смог собрать всего шесть телег. Этого было мало, но большего он позволить себе не мог.

— Свежевал раньше? — спросил воин, протягивая добычу послушнику.

— Доводилось, — кивнул парень, принимая зайца.

Они дошли до костра, возле которого задумчиво сидел Снек. Парень тут же достал выданный ему нож и собрался уже начать потрошить зверька, но тут недовольно проворчал клирик:

— А молитву?

Парень замер с ножом в руках, кивнув, положил мертвую тушку и отправился за выданным псалтирем.

— Зря его так муштруешь, — хмыкнул Гош.

— Пусть сразу привыкает, — ответил напарник.

— Ты чего смурной такой? Второй день идём. Вроде, тихо всё.

Вместо слов клирик поднял руку с цветком на ней.

Белоснежная ромашка с желтой серединой выглядела прекрасно. Если не считать темной крапинки на ее лепестках.

— Темные уже рядом. Или они, или их твари, — не отрывая взгляда от цветка, произнес Снек, после чего поднял взгляд на напарника. — Будь внимателен.

— Ну, подумаешь, Закарбу «Лазутчицу» тьмой отметило, чего сразу паниковать? Ты где ее нашел?

— В овраге. В других местах она не растет.

— А может там природный выход силы или еще чего?

— Я все проверил. Нет никаких признаков источника тьмы, — спокойно ответил клирик. — Это тьма наведенная. Ковен рядом.

В этот момент вернулся Ари, который открыл псалтирь и принялся зачитывать молитву, иногда запинаясь и произнося слова по слогам. Когда он закончил, то отложил книгу в сторону, взял нож и принялся потрошить добычу.

— Ну, хотя бы этому его учить не надо, — хмыкнул Гош.

Когда парень закончил, Снек отнес зайца к общему котлу, а паладин, загадочно улыбаясь, достал подобие короткого меча.

— Эту хрень использует ковен, — взвесив в руке железку, произнес он. — Не знаю, на что рассчитывают пехотинцы ковена с этой железкой, но не суть. Она будет изображать наш полуторник.

Ари взял оружие и, не понимая, что с ним делать, уставился на учителя.

— Ну, взмахни им, проверь, как по руке...

— Я никогда меч не держал, — пожал плечами парень. — Я понятия не имею, каким он должен быть.

— Вытяни руку с оружием вот так, — показал паладин. — Тяжело?

— Да, но не сильно, — повторил движение Ари.

— А теперь делай вот так... — произнес паладин и сделал несколько быстрых и четких движений.

Парень, пыхтя, криво и с большим трудом попробовал повторить показанные движения.

— Да нет же! — возмутился Гош. — Вот так!

Снова резкие и сложные движения, и очередная попытка парня их повторить.

— Это никуда не годится! Смотри! Вот так! — воин опустил меч к земле, а затем без всякого замаха крутанул его в руке, одновременно поднимая ее вперед.

Подуло ветром, послышался свист, и оружие замерло напротив головы воображаемого противника.

— Понял?