Стивен Дэвис - «Watch You Bleed»: Сага о Guns N’ Roses

Когда Эксл вернулся в Лос-Анджелес, группа пыталась работать в «Rumbo Sound». Но взаимопонимание участников испарилось. Слэшу стало лучше, но Дафф из-за развода пил сильнее, чем когда-либо. Иззи Стрэдлин спокойно завязал с выпивкой и наркотиками, так что ему уже не нравилось тусоваться с обдолбанными товарищами. Последний раз он выпивал с Китом Ричардсом и Роном Вудом. Иззи объяснял: «Я просто достиг той черты, когда говоришь: „Это убивает меня. Зачем умирать из-за такого дерьма?"» Иззи отправился туда, где нельзя было достать наркотиков, и переломался. «Потом я начал пить, но спустя несколько месяцев бросил. Алкоголь плохо влияет на американо-индейскую кровь, текущую во мне. Я больше не мог позволить себе обдалбываться. Я израсходовал все свои карточки „освобождение из тюрьмы"[25]». Большую часть года Иззи провел в путешествиях. Он посетил Германию, Испанию, Англию, Амстердам, Париж. Друзьям он признавался, что порой тоскует по наркотикам, «но не по тому дерьму, которое они привносят в жизнь: поиск дозы, приходы, ежедневные скандалы».

А Стивен Адлер мучился в пучине наркозависимости. В студии Слэш с отвращением смотрел на старого приятеля, когда тот пытался играть на барабанах. Несмотря на свои фирменные оправдания, что он не употребляет героин, Стивен клевал носом, буквально засыпая за установкой. И при этом продолжал утверждать, что он не под кайфом, а просто устал. Им удалось заставить его кое-как сыграть одну песню, «Civil War», после чего его отправили в очередную реабилитационную клинику. Она тоже не помогла.

Позже Адлер пытался объяснить: «Я хотел слезть с героина и… Просто я начал употреблять его с парнями [в группе]. На первый день ломки я позвонил менеджеру и сказал: „Чувак, мне совсем плохо". Он отвел меня к врачу, который дал мне блокатор опийных рецепторов[26]… Мне стало совсем хреново, а они требовали, чтобы я пошел и записал „Civil War". Я сказал Слэшу: „Чувак, мне так плохо, что сейчас я не смогу ничего сделать". А он ответил: „Нельзя и дальше терять деньги, нужно записываться сейчас"».

Стивен не мог прекратить употреблять героин, и его жизнь катилась по наклонной плоскости. Он лгал группе и всем остальным. Ему вновь, уже более серьезно, угрожали дилеры, с которыми он так и не расплатился. Участники группы предупреждали его и даже угрожали дилерам, которые снабжали Адлера наркотиками. По совету юристов, Guns убрали Стивена из руководителей товарищества с ограниченной ответственностью и оформили как сотрудника на жалованьи. Самому Адлеру сообщили, что больше он не является одним из руководителей компании. Он был поставлен перед выбором: если он сможет сохранять трезвость достаточно долго, чтобы записаться и провести тур, его вновь сделают полноценным участником Guns N' Roses. Эксл говорил журналисту, что после этого Стивен вскрыл вены. Ничего не помогало.

22 января 1990 года Слэш и Дафф Маккаган появились на церемонии «American Music Awards», которую устраивал ветеран рок-н-ролла Дик Кларк и которую передавала в прямом эфире по всей стране телевизионная сеть «ЛВС». Позже Слэш утверждал, что они даже не знали, что их группе достанется какая-то награда, так что когда «Patience» победила в номинации «лучшее видео», музыканты оказались не готовы достойно принять награду. Дафф и Слэш вылезли на сцену, оба заметно пьяные. Речь Слэша изобиловала шипящими; спускаясь со сцены, он показал залу и миллионам зрителей средний палец. Трансляция шла без задержки, и сеть получила почти десять тысяч звонков с жалобами. Затем Guns удостоились еще одной награды, и Слэш с Даффом снова выползли на сцену, причем Слэш снова матерился. Дик Кларк был в ярости, как и «АВС». На следующий день эта история попала в заголовки газет, и Алана Нивена вызвали на собрание в «Geffen Records». Несколько радиостанций уже сняли песни Guns с эфира. По словам бывшего сотрудника Геффена, Нивену заявили, что лейбл сыт по горло. Нивена проинформировали, что, по всеобщему мнению, он утратил контроль над группой, и Guns могут лишиться контракта, если не прекратят пьянствовать и не запишут чертов альбом.

Репортер спросил Слэша об этом скандале. «Мне очень жаль, — ответил Слэш, — но уж такие мы есть».

Так что группа попыталась вернуться к работе. У них были наброски песен. Иззи принес «Dust N' Bones», «Pretty Tied Up» и «Double Talkin' Jive». С сессий «Appetite» остались «You Could Be Mine», а также главные баллады Эксла: «Don't Cry» и «November Rain». Также у них имелись «The Garden» и «Yesterdays», обе написанные с Вестом Аркином и Делом Джеймсом. Казалось, что даже скабрезная «Back Off Bitch» увидит свет. Проблема состояла лишь в том, что не было ударника. Эксл говорил другу, что у него было ощущение, будто группу нужно заново начинать с нуля.

«Он просто не мог играть, — рассказывал Слэш про Стивена. — Так торчал, что не мог записать партии ударных. И он лгал нам. Мы пошли к нему домой и нашли в туалете за бачком наркотики».

В конце января Эксл дал интервью британскому метал-изданию. В это время он жил в уютной квартире с двумя спальнями в Западном Голливуде, где враждовал с соседкой. Стеклянный кофейный столик, который он разбил год назад, заменили новым, и весь он был завален продуктами жизнедеятельности рок-звезды и переполненными пепельницами. На вопрос о том, почему выпуск альбома так затягивается, Эксл попытался объяснить: «Отчасти причиной являются наркотики. Но помимо этого есть и другая причина: первый альбом строился вокруг того, что Эксл приходил с одной темой или мелодией, или даже с ощущением мелодии, и потом мы строили вокруг этого песню. Или кто-то другой приносил тему, понимаете?

Для этого альбома Иззи принес восемь песен или даже больше. Слэш принес целый альбом. Я принес альбом. Дафф знает весь этот материал вдоль и поперек. Так что у нас есть тридцать песен, которые нам нравятся, и мы хотим выпустить все».

О концертах со Stones: «Я не отменял их, потому что группе слишком много платили. Я не хотел, чтобы Дафф потерял дом из-за того, что Эксл отменил концерты. Но в то же время я не собирался смотреть, как они убивают себя. И это сработало. Слэш сейчас бодрый как никогда. У нас рождаются действительно жесткие песни. Я сочиняю баллады, но Слэш пишет качовые рок-номера. У него есть восемь песен, к которым мне осталось написать тексты, и это отличные песни!»

Февраль 1990-го. Дарена «Диззи» Рида выселяли из квартиры, которую он занимал на севере Голливуда. У Рида, двадцатисемилетнего хард-рок-клавишника из провинции, началась черная полоса в жизни. Он знал Иззи Стрэдлина с тех пор, как оба десять лет назад приехали в Лос-Анджелес. Рид играл в группах, которые никогда не становились популярными: The Wild, Johnny and the Jaguars. (Пять лет назад The Wild репетировали на соседнем складе со старым логовом Guns на углу Сансет и Гарднер.) В 1985-м Диззи едва не взяли в Guns («они со мной разговаривали об этом», — сообщал он), но потом он сломал руку в автомобильной аварии. Теперь, в 1990-м, Guns позвали его репетировать с ними и с новым барабанщиком, чтобы посмотреть, что получится. Эксл рассказывал Мику Уоллу: «Диззи пришел и сыграл три песни, которые до этого не слышал; те песни, в которые мы даже не думали вставлять клавиши, — в духе хеви-метала. Но он наложил на них хеви-металлические клавиши, и это звучало чудесно».

Но у Диззи Рида кончились деньги, и его машину изъяли за неуплату кредита. Его одолевала депрессия, работы не было, не было автомобиля и практически не было дома. Воскресным вечером он позвонил Экслу. «Я ему говорю: „Чувак, я на мели, и с завтрашнего дня у меня не будет телефона, не будет квартиры, еды, ничего не будет. Так что если захотите меня найти, я даже не знаю, где я буду"».

Эксл вспоминал: «Когда я узнал, что Диззи оказался на улице, я позвонил Алану Нивену и сказал: „Позаботься об этом парне, найми его, выпиши ему зарплату и дай аванс, чтобы он мог снять квартиру. Теперь у нас есть клавишник"».

На следующий день телефон Диззи зазвонил. Это был Алан Нивен, который предложил Диззи присоединиться к Guns N' Roses в роли клавишника. Диззи с огромным облегчением согласился и сразу же получил аванс. «Они просто спасли мою хренову жизнь», — признавался Рид «Rolling Stone».

Так Guns N' Roses перестали быть гитарной группой. Теперь у Эксла, как и у Мика Джаггера, был клавишник, который помогал ему попадать в ноты.

Guns репетировали с разными ударниками. Стивену Адлеру было сказано, что он может участвовать в туре, но только если будет в состоянии записать альбом. Вообще-то Слэш и Дафф хотели выгнать Стивена из группы, но Эксл по разным причинам сопротивлялся. Роберт Джон рассказывает: «Я помню, как Слэш во время репетиций и записи жаловался, что он пытается что-то делать, но Стивен слишком обдолбан, чтобы работать. Они все твердили, что им нужен другой ударник, но я помню, что Эксл меньше всего хотел его увольнять. Он считал, что Стивен является важной частью шоу. Но никто, особенно Слэш с Даффом, больше не желал его терпеть. Это разрушало группу».