И и Я. Книга об Ие Саввиной - Васильев Анатолий Григорьевич
Настал день, мы поехали в Опалиху. Там на даче жили мама Ии, сестра, отчим и сын. Перед выездом мы предупредили их по телефону, поэтому нас встречали все, выстроившись около ворот: трое взрослых и четвертый — взрослый по возрасту и ребенок по сути — Серёжа. Ия представила меня, и я поздоровался с каждым за руку. Когда здоровался с Сергеем, он широко улыбнулся, как давнему знакомому, и произнес: “Здравствуй, дядя Толичка!" Именно так — через “и".
Пройдет время, и, как нечто очень важное, Сева сообщит мне: “Хорошо, что Серёжа любит тебя". Приятно, конечно, но дело в том, что моей заслуги в этом нет. Ну, может, есть крохотная доля. Главное принадлежит 47-й хромосоме (синдром Дауна). Обладающие ею призваны Природой к любви: любить и быть любимыми.
Из дневника:
Испортилась погода. Через улицу Горького 40 минут ехала на дачу. Сергей был счастлив. Стол красивый сделали, напекли пирогов, всё было славно. Он стал расспрашивать о дяде Толичке, а я не знала, что ему сказать. В общем, домой приехала в 8-м часу. Так отметили Серёжкино рождение.
Ия: У меня в жизни была минута слабости. Когда Серёже было семь, я узнала, что есть отличная лесная школа под Москвой, и захотела отдать его туда. Человек, которому я позвонила — я часто забываю фамилии, но эту запомнила на всю жизнь, Ченцов, — спросил: “Вы хотите отказаться от ребенка?" — “Нет, что вы, как вы могли подумать…" — “Тогда не отдавайте его никуда и никогда". Я так и сделала.
В конце 2009 года, безо всяких предваряющих объяснений, Ия спросила, не соглашусь ли я стать опекуном Сергея. Я дал согласие, даже не пытаясь выяснять: зачем? Раз надо, значит — надо. Позже я узнал, что это была общая идея Ии и Севы. Теперь понятно, что они приводили в порядок свои дела (так стеснительно это называется). И по сей день, как бы выполняя их завет, мы так и живем: я — опекун, Сергей — опекаемый, это юридически, а по жизни он мне — Серёга, иногда — Серый (так любила называть его Ия), я для него по-прежнему “дядя Толичка". Так и живем.
Раньше
В современных гаджетах есть абсолютно завораживающий меня режим-слой: “Спутник". Со спутниковской высоты разглядывается твое местоположение на земле со всем, что вокруг, будь то дома, реки-озера, поля-леса, горы-ущелья и всё-всё. Удивительно! Во времена туманной юности (свежее выражение!) этот эффект подстерегал меня при рассматривании обычных географических карт (процесс, от которого меня невозможно было оторвать). Неизвестным образом в моей голове происходило магическое переключение в 3D, и плоский лист карты приобретал объем, позволяя мне в подробностях увидеть маршруты моих будущих рюкзачно-палаточных путешествий. Именно так я находил эти места, и никогда не ошибался: место, выбранное по карте, всегда соответствовало мечтам о дикой природе, несусветной красоте, бесконечных природных дарах (ягоды, грибы, орехи, рыба) — в общем, кусочек рая на земле.
Вот так однажды, рассматривая карту Тверской области (тогда — Калининская), заприметил манящий лоскут нашей необъятной Родины. Привлекательность его заключалась в следующем: от города Ржева и аж до Селигерских озер идет большак, обозначенный как грунтовая дорога (ну, нам не привыкать!), а рядышком с этой дорогой, то чуть отдаляясь, то почти вплотную приближаясь к ней, течет река Волга. Я так явственно представил себе и это путешествие, и привал на берегу реки, что поспешил расписать мои видения Ие. В ответ — ни секунды паузы: “Поехали!" Тогда у меня еще не было водительских прав, и все шоферские обязанности лежали на Ие; на мне — ремонтно-слесарные. Ее бесстрашие перед любой дорогой, как бы трудна и длинна она ни была, меня иногда даже пугало. Ия за рулем — отдельная песня! Невеликая ростом, она почти тонула в водительском кресле. Это заставляло ее максимально выпрямлять спину и вытягивать шею, задирая кверху подбородок, нос и брови, что всё вместе придавало ей гордый и на всё наплевательский вид. Взгляды попутных и встречных шоферюг расшифровке не поддаются: то ли одобряли, то ли надсмехались. С моего пассажирского места Ия воспринималась удивленно-опасливо. Опасливо, потому что в голове плохо утрамбовывалось: как такие маленькие ручки руководят таким большим агрегатом?
Автострасти-тяготы
Из дневников:
Пошла к машине. Сняли номер — не там поставила.
Милиция с капотом — не сумели закрыть!
Снился угон машины и всякая белиберда.
Толя со студентом пошли налаживать машину. Два часа промудохались, а всего-навсего глушитель забило снегом. Но свечи надо менять.
Просмотр “Аси". Прекрасная картина до сих пор. Потом — в поисках наварных шин [были такие, кто помнит] по кольцевой. Несолоно хлебавши — домой.
Утром — переполненный бак пуст. Бензин на “О". Выкачали! Состояние обосранности. После репетиции — заправляться. Перед носом — бензозаправщик. Гнида! Нервы — зарыдала просто. Поехала на обед. Перед спектаклем заправляюсь, влив 4 литра, обливаю ноги бензином: полный бак! Никто не выкачал, не работает показатель!
На стекле — записка под дворником. “Гр-н владелец а/м № 16–87, вы имеете привычку свою а/м всегда ставить посредине двора. Этот двор жильцов, а не стоянка а/м. Во-вторых, мешаете поезду спецтранспорта. Жильцы". Где — середина двора?
У врача. Герман Николаевич. Держал 2 часа 20 минут. Три синдрома. Взялся лечить. Запретил руль!
Она и раньше тихонько жаловалась: “Только сяду в машину, всё вокруг едет само по себе. Страшно… " Все-таки та авария с медицинским монстром даром не прошла. Пришлось мне с пассажирского места перебираться на водительское, то есть учить дорожную разметку и знаки “разрешающие", “запрещающие".. Короче, сдавать на права.
Но это позже, а пока — она за рулем, и мы грохочем по грунтовке от славного города Ржева к сказочному месту, которое мне привиделось при рассматривании картографической продукции. И оно оказалось действительно сказочным! Три лета провели мы на (как мы ее назвали) “нашей полянке". Три волшебных, незабываемых лета!
Но это позже. А пока мы (Ия за рулем, я — проводником) съезжаем в перегруженной донельзя машине с большака, цепляя днищем землю, и выбираемся на полевое бездорожье. В нос бьет концентрированный, сумасшедший запах мяты. Такого количества дикой мяты нам не встречалось больше нигде, а ту, которую потом высаживала Ия каждое лето в деревне, я в тупом усердии половину скашивал: попробуй усмотри ее в весеннем травостое.
О, мои любимые Майн Рид, Луи Буссенар и прочие приключенческие романтики! Размахивая топором, я расчищаю дорогу, а за мной, натужно подвывая, ползет, руководимый автоамазонкой, бесстрашный “жигуленок". Так доползли до берега Волги, потом чуть вдоль берега. И — вот она! И правда — чудо, будущая “наша полянка". С одной стороны уютно курлычет Волга, а замыкают пространство лесные прелести: березки, черемуха, орешник, аккуратные елочки.
Благоустройство
Прорубаются ступеньки к воде. Там же делаются мостки, с которых воду набрать, посуду сполоснуть, рыбу половить, да и просто в речку плюхнуться. Создается будущее кострище с рогульками и поперечиной для котелков, выкапывается погреб (он же — холодильник), сочиняется подобие стола и стульев-табуреток, развешиваются веревочки между стволами (пригодятся обязательно!), ставится палатка. В первое наше лето — простая армейская палатка-одноместка, подаренная мне растроганным армейским начальством. Растрогано было оно моими творческими подвигами: перед демобилизацией я успел покрыть территорию родной воинской части огромными транспарантами с изображениями бравых летчиков, танкистов, ракетчиков и представителей прочих родов войск.
Со временем мы стали обрастать нужными и не совсем нужными атрибутами заядлых путешественников. Появилась большая польская палатка со спальней и тамбуром. (Да, было время — лейбл “Made in Poland" являлся гарантией красоты и качества.) Появился верхний багажник — хитроумное приспособление на крыше героя “жигуленка", позволяющее наваливать туда несметное количество барахла, столь необходимого в дальних поездках. Но это не всё! Вскоре появился прицеп и — вершина этого погрузочно-разгрузочного безумия — грузовая “газель", предоставляемая нам каждое лето нашими хорошими друзьями из города За-волжска. Так мы добирались до нашего Дорофеева.
Откройте для себя мир чтения на siteknig.com - месте, где каждая книга оживает прямо в браузере. Здесь вас уже ждёт произведение И и Я. Книга об Ие Саввиной - Васильев Анатолий Григорьевич, относящееся к жанру Культура и искусство. Никаких регистраций, никаких преград - только вы и история, доступная в полном формате. Наш литературный портал создан для тех, кто любит комфорт: хотите читать с телефона - пожалуйста; предпочитаете ноутбук - идеально! Все книги открываются моментально и представлены полностью, без сокращений и скрытых страниц. Каталог жанров поможет вам быстро найти что-то по настроению: увлекательный роман, динамичное фэнтези, глубокую классику или лёгкое чтение перед сном. Мы ежедневно расширяем библиотеку, добавляя новые произведения, чтобы вам всегда было что открыть "на потом". Сегодня на siteknig.com доступно более 200000 книг - и каждая готова стать вашей новой любимой. Просто выбирайте, открывайте и наслаждайтесь чтением там, где вам удобно.

