Результат ошибки - Vladarg Delsat

class="p1">— Я буду ждать… И Гарри будет! — сообщила ей мисс Лавгуд. — Пока тебя не будет, я буду от него внимание отвлекать, хорошо? Или просто покажу, где можно спрятаться…

И таким холодом веяло от каждого слова беловолосой девочки, что Гермиона даже передернулась, уезжая домой с тяжелым сердцем. Обо всем этом нужно было переговорить с папой. Кудрявая девочка верила, что хотя бы родители на ее стороне, даже не задумавшись, насколько достоверно для них будет звучать рассказываемое ей.

Глава 5

Стоило Гермионе уехать, и Аленка поняла, что должно позаботиться о Гарри, поэтому девочка показала ему места, где можно надежно спрятаться от палачей. В отличие от своей подруги, мальчик мало того, что внимательно выслушал рассказанное ею, но и быстро нашел параллели в своей жизни. И вот найденное ему не понравилось, просто совершенно.

— Значит, говоришь, бьют, еды мало… — Гарри вспоминал свое детство, принимая правоту Луны. — Получается, действительно из другого лагеря…

— Наверное, тебя там не стали убивать, чтобы здесь убить, — со знанием дела объяснила Аленка. — Так бывает, когда на уничтожение переводят.

— За что?! Что я им сделал?! — воскликнул мальчик.

— Наверное, за то, что родился, — равнодушно пожала плечами девочка. — Мы для них не люди, понимаешь?

И тут Гарри понял: у Волдеморта же были последователи или слуги, они точно хотят отомстить за гибель своего… Значит, Луна права? И никому нельзя верить, кроме Гермионы и этой так много знающей девочки. Мальчик понял, отчего Луна так пугается — она просто ждет, когда начнут мучить и убивать. Но Гарри не хотел умирать… Этот разговор еще и изменил восприятие директора в душе мальчика. О том, что волшебники умеют стирать память, он знал, и теперь понимал, чего надо бояться.

Случайно встретивший мисс Лавгуд профессор Снейп остался незамеченным, вот только то, что ему удалось увидеть в голове девочки, когда она на не видела профессора, Северус еще долго не мог принять. Поговаривали, что Лавгуды умеют видеть будущее… И вот с этой точки зрения, вырванные из головы ребенка картины, были страшны. Профессор увидел себя в какой-то черной плетью в руке, избивающем какое-то воющее, покрытое кровью тело, вторая картина — толпа бегущих по снегу голых людей, и последняя — какая-то печь, полная огня, открытые створки которой медленно приближались к нему. Голова профессора закружилась, поэтому он счел нужным вернуться в свои покои, совершенно забыв куда и за чем шел.

А Аленка просто проживала день за днем, стараясь не попадаться на глаза палачам. Рядом с ней был и Гарри, а так как Рон также уехал домой, то рыжий совершенно не мешал их общению. Девочка напоминала мальчику об уроках и своевременном питании, понимая, что сам он не догадается, а заставлять волноваться Гермиону не хотелось. Гарри не раздражался от этой заботы, теперь уже понимая, чем она вызвана. Да и не мог мальчик раздражаться от этих жалобных глаз…

Гермиона, конечно же, сильно беспокоилась и о Луне, и о Гарри, осознав правдивость информации, сообщенной мисс Лавгуд. Именно поэтому она решила поговорить с родителями в ключе «я слышала, что», а не «девочка рассказала». Гермиона родителям, конечно, доверяла, но Луна уже заразила ее некоторой подозрительностью. Поэтому разговор прошел спокойнее, чем мог бы…

— Папа, скажи, пожалуйста… — начала кудрявая девочка, отвлекая отца от газеты. — А может ли такое быть, когда одни люди не считают других людьми?

— Это называется «нацизм», Миона, — ответил мистер Грейнджер. — Считается, что его искоренили, но на самом деле, далеко не полностью.

— А могут те, которые с «нацизмом» желать убить? — спросила Гермиона.

— Такое уже было полвека назад, — мистер Грейнджер решил не уточнять, что «такое» процветает и сейчас. — Вон книжка, почитай.

И Гермиона села читать книгу, с обложки которой улыбался какой-то мужчина с усиками. Зачитавшись, девочка не замечала времени, потому что написаны были там страшные вещи, но вот… И в Мире Магии, и в рассказах Луны, Гермиона находила созвучие тому, что читала. Становилось все страшнее, потому что девочка понимала — родители не помощники. Защиты просто нет и Луна права во всем.

— Папа, а я могу перевестись в другую школу? — поинтересовалась Гермиона.

— Ни в коем случае! — очень жестко ответил мистер Грейнджер, подтверждая выкладки девочки. — Ты должна учиться в Хогвартсе до самого конца!

Если бы отец Гермионы знал, о чем та думала в этот момент, то построил бы предложение иначе, а так… Девочка поняла это «до самого конца» по-своему. Умирать не хотелось просто до слез, хотелось пожить еще хоть немножко, но, наверное, выбора у нее не было. И осознание этого факта Гермиону ударило, как ничто другое. В книге было написано и о концлагерях, где с людьми делали все то, что описывала Луна…

Возвращалась Гермиона в очень подавленном состоянии. Ощущение собственной беззащитности било в самую душу, поэтому всю дорогу до школы девочка искала выход и не находила его. Гермиона теперь понимала, что большинство школьников не соображают, что обречены, но что с этим делать не знала. В книге было написано о восстаниях в лагерях и чем они заканчивались…

Аленка увидела, в каком состоянии приехала мама Гарри, поняв это состояние по-своему. «Видимо, на этих каникулах Гермиону очень сильно мучили, за то, что она мама», — подумала Аленка, еще раз поразившись героизму совсем не выглядевшей героем кудрявой девочки.

— Видишь, что с Гермионой сделали на каникулах? — тихо сказала Аленка Гарри. — Обними ее, ей сейчас это очень нужно. А я посмотрю, чтобы никто не помешал.

— Хорошо, — кивнул мальчик, тоже убедившийся в ее правоте. В глазах никогда на его памяти не плакавшей Гермионы застыли слезы. Представить, что с ней сделали, мальчик не мог, но обнял кудрявую девочку, всеми силами стараясь поддержать.

— Ты… Ты была права… — только и сказала Гермиона беловолосой девочке. — Нас всех убьют здесь.

— Я смогу вас защитить! — воскликнул Гарри. — Ну, или хотя бы буду рядом…

— Это очень много, Гарри, и очень важно, когда умираешь не в одиночестве… — прошептала Аленка.

И будто холодным ветром обдало всех троих от этих слов первокурсницы. Первокурсницы, что, как Гермиона уже убедилась, знала, о чем говорит. А когда Гарри спросил Аленку о Роне, та объяснила мальчику, что такое «капо» и почему