Рожденный в Сейретей (1-92 главы) - Алексей Мойса

класса и потока первого года. А может, вообще ближайших трех лет. Глядя, как Мива Мидори проходит, самому захотелось показать, что не впустую прошли тренировки. Но про себя я сразу признал, что в Хохо я ей не соперник.

Так легко и плавно бежит, реакция, ловкость и гибкость, скорость и даже грация на сверхчеловеческом уровне. Со стороны кажется, что девушка с рождения только и делала, что тренировалась в Хохо, так естественно она двигалась через все, что кидала в нее механическая полоса препятствий. Уверен, пройдет немного времени и она сможет делать сюнпо. Если уже потихоньку не нащупала путь к этому навыку. До чего мне еще далеко.

Вот тебе и неприметная девчонка из толпы… Только что проделала сальто, прогиб в мостик и стойку на руках с вертушкой, пропуская мимо удары манекенов и огромный качающийся топор, все на скорости бега.

Талант, чистый талант. Как и все здесь, в Нулевом Классе. Глядя на всех этих гребанных гениев начинаешь сомневаться в себе и ощущать себя самым обычным человеком.

Никто толком ничего не понял, а девушка уже спрыгнула на землю в конце. Учитель фыркнул, кивнул. Она даже дыхания не сбила.

- Неплохо, - сморщив лицо, как устрица от лимона, вынес вердикт древний Бог Скорости. – Следующий!

Мива пришла обратно. Скрывшись от наших взглядов за одним из рослых парней, она будто в воздухе растворилась. Меня аж подмывало сделать пару шагов назад и глянуть, не исчезла ли она в тени одноклассника, как настоящий ниндзя.

А на полосу уже пошел худой, кареглазый студент с гордой осанкой. Пятого в рейтинге легко было вспомнить. Парень, вчера отсидевшийся на Кидо. Связи с учителем и родители заклинатели из Корпуса Кидо. Фамилия еще такая заковыристая… Камасуро, точно. Камасуро Гио.

Хоть я всегда плохо запоминаю имена, но уж своих одноклассников не знать было бы слишком неловко. Потому почаще воскрешал в памяти их имена и фамилии. Помогало и то, что из-за хобби каллиграфии я понимал значения большинства имен и фамилий.

На самом деле принцип в среднем такой же, как и привык в прошлом. Легко запомнить Кузнецова, потому что от слова Кузнец, потому что предки были понятно кем.

Тут так же, только более поэтично. Только имена у людей чаще в честь событий, времен года, месяца или ближайшего праздника, события, предка или славы прошлого дают. Но чаще всего имя – это пожелание, каким человеком он бы вырос в будущем. Тот же Атсуши – трудолюбивый или сердечный. Смысл имен часто понятен только в семье или самому человеку, с фамилиями куда легче. Они или аналог Кузнецова и Печкина или вовсе ничего не значат.

Если бы я этого не понимал, азиатские имена и фамилии стали бы для меня адом для запоминания. Слава Королю Душ, что все нормально. Приспособился.

- Ксо, после него я, - ругнулся и пробормотал Фумио, нервно потирая живот.

- А потом я, - чисто поддержать, выдал банальность.

Парень со связями в Корпусе и с Высшим баллом за Кидо не посрамился и на уроке Хохо. Он проходил как первый, только медленнее.

- Вот гад, - хмыкнул с весельем Фумио.

- Что?

- Присмотрись, - щурится лисом Рао. – Вот… сейчас. Видел?

В этот момент Камасуро пригнулся и манекен с мечом впустую ударил воздух, вместо того чтобы проломить парню голову. Загвоздка была в том, что проделал он это будто у него глаза на затылке.

Не только меня это озадачило. При таком шуме на полосе он бы удар не услышал. Касуми склонила голову вбок.

- Он сделал это снова. Как он?.. О, я поняла. Он как вы! Сенсор.

- Сенсор, - довольно кивнул Фумио. – И умелый, очень умелый. Раз он чует самые опасные удары из слепых зон, знаешь, что это значит?

Тут бы и ёж понял, я кивнул.

- Как минимум на опасных для жизни ловушках есть кидо. И если ты не полное дно как сенсор, то полосу ты, считай, прошел.

- Фу-у-ух, ксо, - с диким облегчением выдохнул Фумио, прижимая ладонь к груди. – Я пройду этот стальной ад.

Пятый прошел почти за десять минут, лишившись только рукава на правой руке.

- Следующий, - неприязненно косясь на кидо-мальчика, командует учитель.

Похоже, ему не понравился метод сенсора. Ну, ограничений он таких не выставлял и реацу ученикам не запечатывал, так что сам виноват. Что не запрещено – разрешено.

- Да поможет мне Король Душ, - слышу бормотание от уходящего Фумио.

Мы с Касуми остались вдвоем.

- Он же не дерьмо в Хохо, верно? – не скрывая беспокойства, интересуется блондинка.

- Сейчас и узнаем.

Оказалось, не хуже Камасуро. Чуток осторожнее, но наш товарищ прошел полосу даже без царапин на одежде.

- Моя очередь, - прошептал я, идя после команды учителя.

Мандраж? Мандраж. Почему, черт возьми, не после?! Обязательно коленки должны трястись до. Соберись, ты видел кое-что похуже!

Это неожиданно помогло. Паршивые воспоминания прошлого стали для меня прививками перед испытанием настоящего. Когда я подошел к лязгающей сталью и шестеренками полосе препятствий, пальцы уже не дрожали, а сердце спокойно качало кровь мощными толчками.

Я глянул на учителя. Старик даже не смотрит в мою сторону.

Полоса препятствий, когда лично стоишь на старте, кажется вдвое больше, сложнее и опаснее. Но я уже шесть раз видел со стороны, как ее проходят.

Один вдох и прыжок вверх, время пошло. Ноги коснулись старта, ловя привычное равновесие. Эта палочка, покрытая лаком, с которой должны наворачиваться воробьи, для меня после всех издевательств дедушки Генширо как асфальтированный проспект.

Мешки с песком качаются и сталкиваются, чтобы хаотично лететь в стороны, но всегда неизменно над дорогой. За ними чувствуется немалый вес, под который не хочется попадать.

Я не обратил на них внимания, пройдя напрямик и словно чудом попав в ритм, когда в меня не летело ни одного мешка.

Колышки, паршиво установленные. После моих дома? С таким же успехом я мог пройтись по пенькам вековых дубов.

Бревна на цепях потребовали пригнуться дважды, встать разок на секунду и втянуть живот почти до позвоночника. Признаю, тут я чуть не подумал на мгновение, что сейчас заденет. Пронесло.

Что-то с аурой мягкости и одновременно остроты покалывает шею сзади. Пригнулся! Меч манекена разрубил воздух и задел прядь волос. Энергия кидо будто специально сильно завышена, для моих чувств оружие манекенов кричало «я здесь!». А может и специально, кто знает. Но пары миллиметров волос