40к способов подохнуть. Том 12 - Hydra Dominatus

Точно, – моргнув и зажмурившись, мужчина протянул руку вперёд, после чего сомкнулся пальцами с рукой девушки. – Всё наладилось, а дальше будет ещё лучше.

Открыв же глаза, Король Демонов вновь сидел на троне, что был ему противен. И был окружён тем, что осталось от его мечты наяву. Лисса вновь устроилась у ног, словно рабыня, но касание её кожи, покрытой язвами и извивающимися щупальцами, было всё равно приятным. Ради этого можно было и потерпеть всё то отчаяние, что она пережила. Тем более в этот момент ей слегка становилось легче, пусть и ценой тяжести для самого Короля Демонов.

– Ты не помнишь, но когда мы впервые увиделись ещё когда были детьми. Ты летела на своём шаттле, смотрела на владения своего отца, после чего увидела маленькую деревушку. Ты удивилась количеству домов, которых было в десять раз больше, чем людей. Урбанизация много таких поселений убила. У нас же и электричества порой не было, – рассказывал Король Демонов, глядя в пустоту.

Он всё помнил. И хоть очень сильно ненавидел дворян в силу своего положения и слабости, но когда юная принцесса сошла в грязь деревни, запачкав платье... он удивился. Удивился сначала тому, что она пошла дальше, не переживая за свою одежду, а затем вернулась уже со своими слугами, выкупив один из домов.

Она была ребёнком, который не знал работы и не должен был знать. Но увидев столь тяжкое и скверное положение дел в глубинке... она вдруг поняла, что может не станет лучшим генералом как её средний брат или адмиралом как старший, уж точно не будет экономическим гением как младший, да и до воплощению женственности старших сестёр ей было далеко, но... что-то всегда можно сделать, как и найти своё место.

– Даже не думал, что организовать этих селюков, которые только о самогоне своём думают, у тебя получится так быстро... – улыбнулся Король Демонов. – В глубине душе я на тебя всё равно злился, ребёнком был. Ещё и глупым. Но после в построенной тобой школе учился, у учителей, которых ты привезла с собой. Жаль, что я тебе тогда всё не сказал, но я вернулся, чтобы долг отдать, признаться в том, как глуп был, извиниться. А потом и вовсе понял, что никого подобной тебе и не видел.

Лисса ничего не ответила. Слаанеш забрала всё лишнее, а также запретила лишнему появляться. В результате всё что Король Демонов рассказывал сразу же забывалось. А любая попытка изменить Лиссу обращалось сначала адскими мучениями для неё, а затем прахом. Что только за столько времени он не перепробовал...

Однако единственным решением было закончить всё. Но на это у него не хватало сил. Потому он надеялся, что хватит у Видара, который шёл в ловушку, сам не понимая на что напорется. Стыдно было Рыцарю за это... но и сам Рыцарь изменился с того времени сильно. И малодушие его побеждало.

– Пусть уже кто-то другой понесёт всю эту ношу, – устало произнёс Король Демонов, закрывая глаза и ожидая, когда свою проверку проведут Нисса и Мисса.

Глава 419

Гигантский вихрь объял место бойни, бессчётное число душ разрывалось тварями варпа, но на их место приходили новые. Религиозная доктрина давала о себе знать, как и идеологическая обработка создавала тех, кто даже после смерти готов был продолжать борьбу. Никто из них не знал как и что надо делать, никто не видел конечной цели и не был уверен в том, что всё получится.

Но они шли во тьму и сердца их пылали огнём, а решимость изменить привычный уклад измерялась не словами, но поступками. Поступками, что гремели в физическом мире и продолжали звучать эхом в этой битвы.

– За мной! Осталось ещё немного! – кричал Джон Грамматикус, что без страха вошёл в варп с другими полчищами, понимая что не вернётся назад.

На мгновение он ощутил то, что всегда видел в своём товарище. Прямо Святой Олланий... он возглавлял воинство и на него смотрела как на лидера. И он вёл их, используя все свои знания, хитрость и силу, которая позволяла менять законы реальности. Однако сколько бы боёв не выигрывалось, исход будет решаться лишь одной битвой.

Я продолжал пробиваться вперёд, идя по уготовленному пути. Наваждение отчаяния сгорело в пламени, перестав тянуть меня назад. Более эта сила не возымеет на меня столь же сокрушительного эффекта. И хоть я понимал, что Король Демонов специально давал мне шанс побороть слабость, но от этого в корне ничего не менялось.

С каждым шагом я становился всё сильнее и какие бы трудности не вставали на пути – я их проходил. И пусть кричали мне о лицемерии в спину, но раз за разом я принимал тяжёлые решения, делая правильный выбор. Пусть и приходилось каждый раз чем-то жертвовать, из-за чего меня называли слабым. Но своим принципам я всегда оставался верен, двигаясь к главной цели – сбросить ярмо раба.

Как вдруг ярмо стало слишком тяжёлым.

– Ты такой же как мы... просто врёшь себе...

– Раб Тзинча, лицемерный лжец...

– Где были твои принципы, когда ты игрался чужими жизнями?

Призрачные руки, внутри которых играли всевозможные цвета начали хвататься за ошейник, пытаясь заставить меня упасть на колени, а затем принять позу скотины. Используя невежество и демагогию, они пытались найти уязвимость в моём мышлении. Пытались выставить мои хорошие поступки за плохие, вызывать чувство вины.

Да, я ставил эксперименты над людьми, я приносил в жертву души, я убивал и приказывал убивать ещё больше. Это было правдой, вырванной из контекста по глупости или намеренно? Точно я не знал природы той силы, что воздействовала на меня, ведь сила постоянно менялась.

– Мои земли терзались друкхари, миры пали в их власть... – шипел я, пытаясь сорвать с себя ошейник. – Ценой жизни десятков тысяч преступников, педофилов и маньяков, убийц и насильников... я всех их принёс в жертву, чтобы жили миллионы. И я сделал бы так ещё раз, представься случай. И где же здесь я вру себе? Где лицемерю?!

С криком я начал выпрямляться, а мир вокруг меня стал серыми горами. Хребты без снежных шапок, суровые и беспощадные, они были куда больше меня, выше и прочнее. От битвы с ними затрещали скалы под моими ногами, ноги начали разрезаться острыми краями. Под треск камня я начал уходить вглубь, прямо в разлом, что раскрывался подо мной.

– Лицемер-лицемер-лицемер! –