Путь живого огня: бушующее пламя. - огнеплюй

- «Нет», - мысленно ответила знающая духа девушка. Он не будет подчиняться обычным людям. И, судя по его словам в этом зале, ее отца он тоже принимает за обычного человека, пусть и сильного.

- Ты привела опасного духа в самое сердце нашей страны, не имея железного контроля над ним? Если он решит уничтожить нашу нацию или…

- Он этого не сделает! – не ожидая от себя подобного, резко произнесла принцесса. – Он…

- Довольно, Азула! – прервал девушку лязгнувший металлом голос Озая. – Ты меня разочаровываешь. Раз уж ты не смогла получить под контроль такой инструмент, то я сам это сделаю, используя свои методы.

-«Инструмент», - эхом отразилось слово в голове красавицы, а в голове начали возникать образы тех воспоминаний прошлого, что ей показывал злой дух. Почему-то только сейчас, когда ее отец назвал другое существо инструментом так прямо, ей начало открываться более глубокое понимание этих образов. Образов, где она получала внимание отца только выполняя его указания, в остальных же ситуациях она была ему безразлична. Даже когда она получала травмы из-за того, что не справлялась с возложенной на нее нагрузкой . - «Я тоже для него только инструмент», - от этого появившегося понимания у нее в груди словно что-то разбилось, а глаза начало неприятно резать. – Какие методы? – не показав своего состояния только благодаря самоконтролю, ровным тоном спросила Азула.

- Мои доносчики сообщили, что этот дух находится в весьма близкой… связи с одной из твоих подруг, - подобрал после заминки слово мужчина, при этом девушка видела, как тот едва заметно скривился в отвращении. Похоже, он только что поставил Тай Ли в один ряд с любителями разделить ложе с каким-нибудь зверем. И это… злило. Азула почувствовала столь редкую в сторону отца вспышку раздражения и гнева. Уж она-то точно знала, каким человеком является ее разговорчивая подруга. – Я просто прикажу ее взять под стражу. И если дух не будет слушаться, то на ней будет наглядно показана глубина этой ошибки.

Стоило ему договорить, как Озай резко выкидывает руку вперед, хватая ладонью летящий в него шар огня, после чего разворотом отправляет его в сторону, заставляя рассеяться в воздухе.

- И как это понимать? – с еще большим металлом в голосе, чем раньше, спросил Хозяин Огня, обратив свой взор на вставшую в боевую стойку дочь.

В этот момент на ее лице появилась растерянность, словно она сама этого от себя не ожидала, но мгновение спустя вернула себе спокойный вид и встала ровно.

- Отец, если ты это сделаешь, то всё вокруг будет разрушено от ярости Агни! – вместо ответа произнесла девушка, что хорошо помнила случившееся в том пустынном ущелье. – Позволь, я сама разберусь с этим! У меня есть свои методы.

- …Не подведи меня вновь, Азула, - после продолжительного молчания произнес Озай.

Стоило Азуле выйти из зала, как смотрящий вслед дочери Озай сделал почти незаметное движение рукой. В этот же миг в стенах и потолке открылось несколько ниш, из которых мелькнули тени. Мгновение, и перед Хозяином Огня полукругом в коленопреклонной позе появился десяток человек, одетые в скрывающие их личность облегающие черные одежды с не отражающими свет элементами брони.

Когти Дракона, элитный отряд императорской стражи, что подчиняются напрямую Хозяину Огня, выполняя абсолютно любую работу. И эта десятка была десятью командирами, что специально собрались по приказу своего господина перед встречей с духом.

- Схватите подругу Азулы по имени Тай Ли и доставьте к лучшим пыточным мастерам, - приказал Озай, не собираясь сдерживать своё «обещание». Он не желал рисковать, давая дочери возможность договориться с духом. А потому и желал иметь гарантированный рычаг давления на духа, что точно не встанет на его сторону. Чего мужчина не мог сказать о дочери. Да и его слова о ее силах он хорошо услышал. И это было опасно. Ведь в Народе Огня уважали именно силу, и если в ней возникнут сомнения, то его могут сместить. А терять свою власть он не хотел.

- Что делать с принцессой, если начнет мешать? – спросила одна из фигур.

- Игнорируйте. Похоже, за время, проведенное без присмотра, она почувствовала себя слишком свободно и забыла, кому следует подчиняться, - недобро сверкнули глаза правителя. - Это надо исправить... Идите!

- Есть! – хором произнес десяток человек, после чего размытыми тенями исчезли.

Оставшись один, Озай думал о том, как укажет дочери на ее правильное место. Если же ей помешает всё правильно