Молочник - Владимир Алексеевич Абрамов

пергаментной бумаге и никак иначе, а конспекты можно писать чем хочешь и где хочешь, хочешь ручкой или карандашом, можно в тетради или блокноте. Пусть перо было заменено перьевой ручкой, но сильно легче от этого не стало.

В середине августа люди перестали заходить в лавку Олливандера. Итак, начался этап варки зелий. Оказывается, для изготовления палочки их нужно приличное количество. Во-первых, зелье для обработки корпуса. Вторым идёт зелье для обработки сердцевины, для всех трёх сердцевин оно одинаковое и из дешёвых компонентов, оно необходимо для консервации сердцевины, чтобы защитить её от порчи. Далее идёт несколько сортов лаков, которые мастер производит самостоятельно.

Как и опасался, до главных заклинаний, используемых при изготовлении палочек, к концу лета мы так и не дошли. А этих заклинаний немного: заклятье для закрепления сердцевины внутри корпуса, чары для улучшения синхронизации корпуса и сердцевины, чары для аккуратного разделения и сборки корпуса, и ещё рунное заклятье для запоминания используемых палочкой заклинаний. Последние в обязательном порядке накладываются по требованию Министерства магии на каждую палочку, которую изготавливает любой мастер палочек.

Вот я и выяснил, что авроры с помощью заклинания Приори Инкантатем могут узнать о последних пятидесяти заклятьях, наколдованных палочкой. Оно вызывает все магические действия в обратном порядке, начиная с последнего. Обычно стражи порядка удовлетворяются просмотром нескольких крайних чар, но в особых случаях исследуют все «логи».

То есть, только сделанная своими руками палочка без встроенного следящего заклятья, даёт хоть какую-то вероятность того, что волшебника не кинут за решётку, если он совершит преступления с помощью волшебной палочки и не успеет затереть «логи». Понятное дело, если нет свидетелей и улик.

В Лютном переулке можно купить краденую или самодельную низкокачественную палочку, но даже в них будут встроены чары памяти для проверки с помощью Приори Инкантатем, потому что Лютный лишь создаёт видимость «Тёмного», а на деле находится под жёстким контролем аврората. Стоит копам узнать, что кто-то решил делать палочки без слежки, как «умник» тут же поедет в Азкабан. А пока «левыми» палочками торгуешь и отстёгиваешь аврорам мзду, торгуй спокойно.

Тут фишка в том, что делать палочки не запрещено, хотя они выступают у волшебников в частности в роли документов, но мало кто умеет их изготавливать, ещё меньше магов делает их. А вот торговля левыми палочками без следилок запрещена. Всё дело в том, что обычным магам «левая» палочка ни к чему, стоимость новой у лучших мастеров копеечная, максимум до десяти галеонов, конкурировать по качеству с тем же Олливандером может лишь его ученик Кидделл. Проще говоря, спрос на палочки низкий, а криминал предпочитает товары с заоблачным спросом и высокими ценами: наркотики, оружие, золото, драгоценные камни и тому подобное.

* * *

Первого сентября отец отвёз нас с братом на вокзал Кинг-Кросс. На этот раз пакеты с едой и мантиями нёс Деннис, сундук в виде шкатулки был лёгким и занимал мало места. Я же тащил свой рюкзак с палаткой.

В поезде мы нашли Луну. Она как всегда выглядела экстравагантно: на ней было надето оранжевое платье из широких лоскутов ткани длиной до пят, не удивлюсь, если она сама его сшила, волосы распущены, а взгляд мечтательный, за ухом торчала волшебная палочка.

— Привет, Луна! — радостно провозгласил я. — Познакомься, мой брат, Деннис Криви. Дэн, эта прекрасная волшебница — Луна Лавгуд, моя хорошая подруга.

— Привет, Луна, — с энтузиазмом и радостной улыбкой на лице произнёс Деннис. — Колин мне много рассказывал о тебе. Я очень рад с тобой познакомиться. Ты действительно красивая.

— Спасибо, мне тоже приятно познакомиться, — ответила девочка, смущённо улыбнувшись. — Здравствуй, Колин. Привет, Деннис. Колин, прости, что не писала. Мы с папой только позавчера вернулись из экспедиции в Эквадоре.

— Ничего страшного. Как экспедиция?

— Замечательно, — ответила девочка. — Мы привезли много сувениров.

— Кстати, о сувенирах.

Я достал из рюкзака чехол для волшебной палочки и набор для ухода, который с большой скидкой приобрёл у Олливандера. Он хотел их подарить, но я посчитал подобное слишком большой наглостью, поэтому настоял на покупке. Вещи тут же были вручены девочке.

— Это подарки тебе.

— Спасибо, Колин, — обрадовалась и засияла Луна. — Мне никто, кроме папы, не делал подарков. Но это, наверное, дорого, — слегка нахмурилась она.

— Колин летом учился у Олливандера, — бесхитростно выдал меня брат. — Так что, Луна, не беспокойся. Наверняка он сам их сделал.

— Дэн, ты обо мне слишком большого мнения. Такие вещи для меня пока слишком сложные. Купил с большим дисконтом.

— Ты учишься у Олливандера? — удивилась Луна. — Он лучший мастер палочек в Европе. Не думала, что он берёт учеников.

— Мастер говорил, что просто никто к нему с такими просьбами не обращается, — пожал я плечами.

— И каково это — учиться у мастера палочек? — Луна была переполнена любопытством.

— Прикольно, но тяжело. В июле мы ходили добывать у единорогов волосы — это было эпично…

Через несколько минут по окончанию пересказа моего приключения с Единорогами, Деннис и Луна слегли от смеха. Они ржали до слёз.

— А я летом заработал кучу денег! — похвалился Деннис, как только перестал ловить смешинки.

— Правда? — вопросила Лавгуд.

— Ага! Папа купил много старых вещей на гаражных распродажах, — начал рассказывать Деннис. — В июле он запрещал мне колдовать, но потом я сумел его уговорить. Уж больно достало работать на ферме. Но поскольку колдовать дома нельзя, папа загружал вещи в прицеп, после чего мы уезжали в ближайший лесок, где я с помощью Репаро их восстанавливал. Отец сказал, что там вещей примерно на десять тысяч фунтов, половина из которых достанется мне. Я за месяц заработал столько же, сколько ферма приносит прибыли за пять месяцев! А Колину в этот раз ничего не достанется.

— Ну и ладно, — невозмутимо ответил я. — Мне хватит денег с продажи сыра, за год несколько сотен фунтов наберётся, так что без карманных средств не останусь.

— Деннис, а в галеонах это сколько? — спросила девочка.

— Тысяча, — ответил Деннис. — Курс пять фунтов к одному галеону.

— Ого! — Луну впечатлила заработанная сумма. — Для волшебника, который ещё даже не учится в Хогвартсе — это невероятная сумма. Наверное, ты очень умный, Деннис, и поступишь на Райвенкло.