Как и ожидалось, когда я перестал врать себе, дела пошли в гору - Тим Офий

Стандарты этой девчонки чересчур завышены.

Потом их целью стала девушка с хулиганистым видом и чёрными кружевными трусиками. Она работала барменом по ночам, это они с клубом выяснили, а вот не подрабатывала ли Кавасаки связным для суперагентов, как делают бармены в американских фильмах, доподлинно установить не удалось. Судя по тому, как тряслась девушка за то, чтобы скрыть, что она несовершеннолетняя, шпионская организация не выдала ей фальшивый паспорт.

И снова Хачиман по щелчку пальцев решил чужую проблему. Задрочи учёбу, получи стипендию, держи своего младшего брата подальше от Комачи – и ты добьёшься успеха. Примерно такой был смысл его совета, и ещё одна пешка подвинулась по его воле. На одного благодарного человека стало больше. Когда-нибудь он сполна взыщет с них все долги… Ну или нет, что более вероятно.

А потом Комачи попыталась играть уже им, надеясь сбагрить непутёвого брата кому-нибудь из одноклубниц. Иногда они слишком с ней похожи. Когда-нибудь его сестра поймёт реальность, в которой живут обычные непопулярные парни: даже если рядом и есть пара девчонок, это не означает, что с ними есть хоть какие-то шансы. А до этого момента Хачиман будет с мудрым видом наблюдать, как Комачи Хикигая достигает просветления.

Время шло, и начались летние каникулы.

Сон до обеда!– Йей!

Игры до ночи! – Йей!

Звонок от куратора клуба! – Оу…

Просто игнорируй эту женщину, Хачиман. Да и вообще лучше поставить телефон в режим полёта, ведь кроме всяких подозрительных спамеров тебе никто не станет звонить. Нет, твой сын не попал в аварию и тебе не нужно срочно искать деньги на взятку. Да, ты знаешь о том, что с твоей карты совершили перевод, спасибо за работу, служба безопасности банка-сан. И, конечно же, нет никакой причины для звонка от одинокой горячей учительницы, которой нечем заняться. Это только звучит интригующе, на деле же его явно хотят напрячь, не особо этого скрывая.

Фух, с выключенным телефоном эта дьявольская женщина до него не доберётся…

Какая же всё-таки благодать! Хачиман с удовольствием упал на диван с книгой. Дома было тихо и только сосредоточенный сон Комачи с книгой, заданной ей для летнего чтения, нарушал блаженную тишину.

Накаркал!

– Братик, Комачи очень старалась с подготовкой к вступительным экзаменам и заслужила награду! – прервала сестра момент покоя.

– И чего ты хочешь…– с показной ленцой спросил Хачиман.

Сестра хотела, чтобы он прогулялся с ней по Чибе. Они добрались до станции, где их ждал минивен и женщина, в которой Хачиман узнал Херосуку. Хех, Херосука, главное ей это не ляпнуть… Парень усмехнулся и повернулся к Комачи:

– Так Предателюс был предателем?

– Прости Хачиман, я не смогла им отказать…

Хачиман неожиданно обнял Комачи и понюхал её волосы:

– Братик… – испуганно произнесла она.

– Предательство пахнет женским шампунем…

– Хачиман! Ты почему не брал трубку? – добралась до него Хирацука.

– Обзвонщики начали часто звонить и будят меня по утрам. Вот я и выключил телефон, чтобы мне не докучали все подряд, – в воздухе повисло невысказанное окончание фразы «только что-то это не помогло».

– Тебе нужно более ответственно подходить к социальным связям. Никогда не знаешь, когда ты можешь понадобиться людям.

Хуюдям. Хачиман мог бы многое сказать этой женщине. Что приносит Хирацука, кроме неприятностей? Она запихала его в клуб, в который он не хотел. Да, потом он научился получать удовольствие от решения мелких проблем учеников, но всё-таки его свободная воля была нарушена и он немного злится из-за этого. Она фактически нагнула его перед Юкиношитой, когда Хачиман пошёл с ней на конфронтацию. И теперь Херосука пытается лишить его законного отдыха! Ладно, начинаем спектакль…

– Конечно, сенсей, – безжизненно согласился парень, смотря безразличным взглядом, которому он попытался придать понимающий вид.

Хирацука хмыкнула и ничего не сказала. Затем день определённо скрасился приходом Сайки. Ну, и те двое из клуба тоже были, более того, это они помогали заговорщикам испортить ему отдых. Хачиман поздоровался с ними в социальной манере и больше не обращал внимания, спросив учительницу лишь о том, не предвидится ли явление Заимокузы.

— А что насчёт Заимокузы?

Хирацука хмыкнула, будто припомнив что-то.

— Я и его приглашала, но он сказал «нет». Упоминал какие-то жестокие схватки, Комикет, дедлайн и всё такое.

– Это, у меня тоже схватки… – нерешительно промямлил я, заранее понимая бесполезность, но желая выразить нежелание ехать.

– Что-то ты не похож на беременного, Хикигая, – отметила Юкиношита, насмешив Комачи.

Да ну их всех. Кроме Тоцуки. И вовсе не потому, что он отец их ребёнка! Хачиман улыбнулся краешком рта.

– Ну, я ещё молод и часики у меня пока не тикают, – с намёком произнёс парень. – Юность это цветочки, бабочки и лучшая пора жизни. Славься император Японии, долгих тебе лет жизни и внуков побольше.

Он и сам не понимал, почему сказал эту фразу. Что-то очень знакомое, но что?

– Хикигая! – разозлилась Хирацука.

– Я что-то не правильно сказал, учитель? – парень посмотрел на неё рыбье-ангельскими глазами, в которых плескалась невинность.

– Да, поменьше сарказма.

– Сенсей, Вы не почитаете императора?

– … – Хирацука его даже не ударила, лишь посмотрела так, что парень понял – ему стоит заткнуться и поберечь своё здоровье.

А что может лучше поправить здоровье, чем старый проверенный способ – Тоцукотерапия?

Ничего.

Глава 6

Их привезли в лагерь, полный мелких гомонящих детишек. Роль клуба помощников на этот раз состояла в пригляде за ними, и это несколько выбивалось из привычной концепции деятельности клуба. Обычно они решали какие-нибудь проблемы, помогали школьникам с трудными вопросами и Хачиману было где проявить свой незаурядный ум и смекалку. Сейчас же их использовали как нянек для младшеклассников.

Сначала они готовили карри и парень старался не отсвечивать. «Вперёд, детрабсила!» – как говорил один белый, считающий себя китайцем.

Впрочем, с ними был Хаяма, который работал громоотводом для внимания детишек. Вот он подходит к одинокой девочке с длинными чёрными волосами и вытаскивает её поиграть со всеми. Ох уж эти их «все». С самого детства сравнение с этой серая масса служит мерилом социального успеха. А ещё эти «все» обладают высокими моральными качествами, слушают маму и едят кашку. Дурак, ты, Хаяма. Если эти самые все кого-то не принимают, не имеет никакого смысла навязывать его им.

Хачиман задумался. Вообще, в детях очень сильно первобытное начало. Они