Молочник - Владимир Алексеевич Абрамов

магнитофона, игровой приставки и тому подобное, или в волшебные игрушки, и мы быстренько пойдём дальше заниматься тем, зачем сюда приехали. Но традиция, что ли, такая сложилась? Ни одно посещение Косого переулка не проходит так, как было запланировано.

— Колин, ты зачем вообще связался с гоблинами? — спросил слегка отошедший от суеты отец. — Ведь купить акции проще было через обычных брокеров.

— Ну да… — скептически протянул я. — Если отбросить то, что я несовершеннолетний, то есть тебе бы самому пришлось всем заниматься, то где найти брокера, который продержится на плаву семь лет? А если продержится, то где гарантии, что он не забудет о договоре, заключённом давным-давно или не свалит в другую страну, прихватив наши деньги, когда акции подорожают? В таком случае тебе пришлось бы покупать акции через брокера. Потом самим следить за котировками, в нужный для продажи момент искать другого брокера и через него продавать, затем покупать ценные бумаги. А инопланетные евреи, повязанные магическим контрактом, будут продолжать скрипеть зубами, но сидеть на попе ровно. Гоблины выполнят оговоренные в контракте условия, тебе можно будет не напрягаться, я могу спать спокойно, все довольны.

— Колин, я знал, что ты ботан, но чтобы с тобой было так скучно, — подал голос Деннис. — Это же надо, целых три часа заниматься какой-то ерундой!

— Не какой-то ерундой, а получением халявной банковской ячейки. Дэн, ты хоть знаешь, сколько стоит такая штука? Двадцать семь кубометров сейфа и финансовые вложения в будущее стоят потраченных усилий.

— Да за всё время мы кроме Гринготтса ничего не увидели, а я уже устал там — сил нет ходить по Косому переулку, — возмутился Деннис. — Он уже не кажется таким интересным, хочется скорее вернуться домой, посмотреть телевизор. Сегодня должны показывать новую серию «Утиных историй», между прочим!

— Вообще-то я собирался наведаться к Оливандеру, чтобы прояснить кое-какие моменты. Ещё неплохо бы ингредиентов для зелий прикупить. Да и по лавкам пробежать было бы замечательно. У меня всё ещё осталось сорок галеонов.

— Зря я затеял всё это, — печально вздохнул отец. — Надо было просто положить твои деньги на счёт в банке, чтобы ты мог получить всю накопленную на счету сумму после совершеннолетия.

— Нет! Пап, ты что? Наоборот, хорошо, что ты так сделал. Я даже не подумал о том, что можно неплохо заработать, почти ничего не делая.

— Заработать… — скептически протянул отец. — Ну-ну, посмотрим. Неужели, Колин, ты решил стать финансовым воротилой? Ты же вроде мечтал о ферме.

— И сейчас мечтаю. Только ферма денег стоит, а я не хочу зависеть от кредитов.

— Давайте посидим в кафе, — предложил отец.

— Да! — обрадовался Деннис.

— С удовольствием, — кивнул я.

Мы отправились к кафе-мороженое Фортескью. Возле кафе стоял тент, под которым на открытом воздухе расположились столики. Столики были также внутри заведения. Небо хоть и было хмурым, но дождь не капал, поэтому решили сесть за уличным столиком. Людей в Косом переулке в целом и в кафе в частности, практически не было. Бородатый черноволосый мужчина, похоже, сам Флориан Фортескью, владелец кафе, споро обслужил нас.

Мороженое, плюс кофе со сливками — это самое то, чтобы Колину Криви прийти в себя. Нелюбовь Денниса к молочке не распространяется на мороженое, так что брат с большим удовольствием уплетал свою порцию вкуснейшего лакомства.

Как-то незаметно для нас рядом со столиком нарисовался мальчишка примерно десяти лет, у него в руках была стопка газет.

— Мистер, купите «Ежедневный пророк», — обратился он к отцу. — Всего три сикля.

— Почти фунт за газету?! — возмущённо протянул я.

— Да ладно, Колин, ты только что спустил в унитаз гораздо больше, я же молчу, — произнёс отец. — Интересно будет почитать.

Папа протянул газетчику три серебряных монеты, пацан тут же положил на стол газету и шустро удалился.

— Пап. Чую, мальчишка нас наколол. Слишком быстро драпает. Наверняка содрал две цены.

— Я догадался, просто парня жалко стало, — невозмутимо произнёс отец. — Людей вокруг нет, он с этой стопкой газет, которую непонятно куда девать. Да и фунт — не столь большая сумма.

Глава 13

После того, как отец мельком пролистал «Ежедневный пророк», я забрал у него газету и решил почитать новости. На третьей странице захрюкал от смеха.

— Что там? — спросил брат.

— Сейчас…

Я стал вслух зачитывать статью:

В окрестностях Эдинбурга (Шотландия) авроры осматривают местность после сообщения о том, что трое активистов борьбы за права волшебных животных пропали без вести, после того как они попытались выразить свой протест на слёте любителей-квиддичистов в этот уикенд. Двое других активистов, ранее тоже пропавшие без вести, были обнаружены работниками закусочной связанные заклинанием Инкарцеро в мусорных контейнерах.

«Что-то пошло не так, — говорит всё ещё потрясённый организатор акции. — Что-то пошло очень, ОЧЕНЬ не так».

Организатор рассказал, что, устав кидаться шариками с фальшивой кровью в пожилых волшебниц, одетых в меха, они решили выразить протест прямо на слёте клуба любителей квиддича, в надежде показать им, как защитники прав волшебных животных возмущены бессмысленным использованием кожи драконов для производства одежды и аксессуаров для квиддича.

«На самом деле банды квиддичистов злоупотребляют кожаной одеждой, и мы решили, что настало время дать им понять, что мы с ними не согласны, а значит, они должны остановиться!».

По словам очевидцев, активисты прибыли на слёт на винтажных мётлах Дубруч-79 и начали забрасывать квиддичистов шариками с подкрашенной водой, имитирующей кровь, и кричали: «Ты убийца», — в сторону проходящих мимо волшебников и ведьм. Тут же поднялся шум.

«Они нассали на меня! — говорит один из активистов. — Они схватили меня, сказали, что я выгляжу как француз, стали называть меня «Латрине»[5] и привязали меня с помощью Инкарцеро к дереву, чтобы можно было ссать на меня весь день!».

«Я пытался показать своё возмущение квиддичисту в тяжёлом кожаном жилете, а он даже не обратил на это внимания. Я назвал его убийцей, а он ответил, что я ничего не смогу доказать. Потом он заставил меня летать с ним на спортивной метле весь день и не отпускал меня, потому что его подруги не было в городе, а я, по его словам,