Рожденный в Сейретей (1-92 главы) - Алексей Мойса

мне понять, что мне на самом деле важно и что я выберу, если встанет тяжелый выбор передо мной в будущем. И как Генширо понял, я буду на его стороне. Малейший шанс и сомнение, что это будет не так, были развеяны и облегчение на это счет я ощущал от деда. Он даже идти стал чуть легче, пружинистей.

Такие вещи иногда просто необходимы, чтобы уничтожить сомнения между людьми и родить еще большее доверие.

Если бы я не смог простить такую малость, как легкая проверка, то какие вообще могут быть вопросы? Мы бы были не дед и внук, а чужаки, связанные не более чем кровью. Чтобы понимать такие вещи нужно обладать лишь маленькой толикой жизненной мудрости. Слава Королю Душ, у меня как раз такая малость есть.

Даже готов признать, что в прошлом я мог затаить обиду, как идиот и испортить отношения из-за «предательского недоверия». Какое счастье, что я на самом деле не импульсивный подросток. Хотя возраст на самом деле не показатель настоящей мудрости и понимания.

Я почти остановился в маленьком шоке озарения. О! В голове прокрутились пара сцен из аниме.

Так много размышляя об истории Ичиго, не мудрено, что даже в такой момент мне вспомнилась сцена оттуда.

Я задумчиво поглаживал подбородок, шагая в полутьме Дангая и размышляя о еще несбывшемся будущем.

Возвращение из Общества Душ после спасения Рукии. Тогда рыжеволосый подросток встретил своего учителя, Урахару Киске.

И за все недомолвки, послание вслепую в Общество Душ, даже без знаний об Айзене, о Хоугиоку, о том, что он был внутри Рукии… За все это Ичиго всего лишь слегка дал в нос Урахаре.

Киске тогда извинился на коленях, но Ичиго с улыбкой сказал, что уже простил и извиняться ему надо перед Рукией. Он даже сам дал ему немного лица и причину, в виде вопроса: «Ты же ничего не сказал, потому что думал, что я струшу и не пойду?». Тот сделал дурацкое лицо и весело согласился… За что и получил с локтя в нос.

Серьезный настрой был сбит на подшучивание, атмосфера стала теплой. И на этом все закончилось.

Я был тогда вне себя от возмущения, как ты, черт возьми, мог простить такое?! Я вообще думал, что Куросаки его убьет за такое. Достанет Зангецу и с криком «сдохни, сраный ты манипулятор!» пошинкует панамочника на кубики.

Но вместо этого все просто замирились. Какая глупая сцена, кричал я тогда при просмотре, будучи подростком.

Но сейчас. Сейчас я понял. Такая простая сцена… Показала то огромное доверие между Учеником и Учителем. Теперь я уже не так удивлялся бы, почему оба были так уважительны друг к другу в будущем.

Особенно Урахара, который неизменно серьезно, без скрытой иронии, как всех остальных, потом называл Ичиго – Куросаки-сан. Он оценил мудрость и большое сердце подростка в полной мере.

Урахара Киске увидел в нем личность, достойную уважения, а не просто мальчишку с тесаком. В отличие от многих других. Что уж тут, и меня тоже.

Был ли я несправедлив в своей оценке раньше к главному герою этого мира? Да и к Урахаре? Дурачок подросток с большой силой и ученый интриган с низкой моралью…

Я не верил до конца в это раньше, а уж сейчас окончательно изменил мнение. Разве люди бывают такими однобокими? Нужно учиться смотреть глубже. В прошлой жизни я не то чтобы был знаток социальных взаимоотношений или душ людей. Особенно другой культуры.

Но в этой у меня еще есть время взглянуть на все с другой стороны и исправиться. Постоянно размышляя о людях моей новой реальности, я нахожу с каждым разом все новое понимание.

Не просто какие у кого способности в бою. Какие они люди, что ведет их вперед и заставляет тикать? Это определенно пригодится мне в будущем.

Знай друга, знай себя и знай врага. Уже банальное определение будущей победы. Банальное, но все еще верное. Но сейчас не время об этом задумываться.

- Всегда следи за бабочкой, Судзин, - между делом напомнил дед.

- Как за самим собой.

Обе Адские Бабочки мирно машут крылышками над нашими головами, испуская фиолетовый свет и редкие икорки пыльцы. Дорога немного изменилась, стала шире, а далеко впереди забрезжил свет конечного перехода.

Мы шагаем дальше, а я стараюсь не обращать внимания на хруст тонкий костей и камешков под ногами, старательно не думая, откуда они вообще в Дангае взялись и почему каждый метр земли красуется древними и трухлявыми косточками.

Теперь мы вышли из более узкой зоны, где надо был следить за тем, чтобы случайно не зацепиться рукавом об Потоки Корю, в широкий проход. Выход близко.

Я посчитал, что это тот самый момент, чтобы продолжить разговор и разобраться, наконец, в сути дела.

- Так в чем же истина, дедушка? У меня в голове столько теорий, что я уже совсем запутался.

Глава восемнадцатая. Истина и кровь.

- Истина в том, что Содзе был доверчивым идиотом, который не любил правила и ненавидел необходимость подчиняться вышестоящим. Но из-за своей слабости ничего не мог с этим поделать.

Дедушка грустно усмехнулся.

- На самом деле все так глупо вышло… Все дело в Совете Сорока Шести. Несколько коллег твоего отца решили провернуть свои схемы и подняли пыль парочкой действий и шепота в глупые уши. Шинигами в Готей 13 бывают разные, дураков у нас тоже хватает. Они легко повелись на идею того, что шинигами не нужны Совет и его законы. Мол, каждый шинигами обладает силой и способностями, превосходящими обычных людей, нам нужно самим решать и действовать, не оглядываясь на устаревшие законы. Каждый сам себе голова, закон и палач.

- Это опасные идеи, - осторожно поддакнул я. – Но привлекательные для рядовых шинигами.

- Да, это «немного», - поджал губы дед. – Вышло из-под контроля. То, что должно было лишь немного пошуметь и отвлечь Готей 13 для интриг пары Советников превратилось в настоящее опасное движение. Имао Содзе был одним из тех глупцов, что искренне поверили в это и начали подбивать других. Десятки шинигами уже дезертировали из Отрядов. Дошло до того, что Совет и Главнокомандующий решили поручить Шестому Отряду и Великому Дому Кучики на корню решить вопрос Восстания.

Меня как током прошибло. Кучики и подавление Восстания! Разве это не намеки на предысторию Кучики Коги?! Еще и Советники замешаны, все сходится. Это история оказалась настоящей. Вот дерьмо…

А