Iris Black - Отрезок пути

– Что ж, ваша осведомленность многое упрощает, – удовлетворенно замечает он. – В противном случае мне пришлось бы… а, впрочем, это неважно.

– Сэр, я…

– Лонгботтом, мне абсолютно неинтересно, откуда вы узнали содержание Пророчества, – перебивает Снейп. – И какое отношение к этому имеет ваша бабушка, также глубоко безразлично. И я догадываюсь, что вы ни с кем это не обсуждали. Я только хочу, чтобы вы кое-что прочли.

Он поднимается с кресла подходит к стеллажу с книгами, копается там примерно с минуту и протягивает мне увесистый фолиант, которому на вид не меньше нескольких сотен лет, с гордым названием «Пророчества истинные и ложные».

– Откройте там, где закладка, и прочтите абзац, который я отметил, – командует Снейп, снова устраиваясь в кресле, и видя, что я медлю, раздраженно добавляет: – Да не тряситесь так, я не Трелони, а вы – не Поттер.

Да я и не думал ни о чем таком. Просто не по себе почему-то. Я нерешительно открываю книгу. Отмеченный восклицательным знаком абзац в глаза бросается сразу:

«А ежели Пророчеством двое али более отмечены, да будут связаны они крепчайшими узами, покуда не свершится то, что дόлжно. И ежели Избранному Пророчеством какая беда грозит, препоны на пути встречаются али кто покушается на покой разума его, да узнают сие поборники его в тот же миг, дабы приспети на помощь к нему».

– Нуждаетесь в переводе на современный язык? – осведомляется Снейп, увидев, что я не читаю, а тупо смотрю перед собой.

– Нет, сэр, – я качаю головой, пытаясь хоть немного переварить прочитанное.

– В таком случае, переверните четыре страницы и прочтите еще один абзац, – велит он.

Как скажете, сэр. Я послушно листаю книгу, не слишком соображая, что именно делаю, пока не натыкаюсь на очередной восклицательный знак:

«Коли помощь Избранному нужна, жизнь его бедственной сделалась али бремя какое на плечах его, да закрутит Фортуна колесо свое, повернувшись лицом к нему, забыв о прочих, покуда не исполнит Избранный свое предназначение или же поборникам немедля не потребуется участие ее».

Снейп протягивает руку, я закрываю книгу и молча возвращаю ему. Больше всего мне хочется остаться одному и обдумать все это, и я мысленно умоляю его указать мне на дверь. Ничего подобного Снейп не делает.

– Что вы поняли, Лонгботтом? – спрашивает он.

– Ну… – по правде говоря, я ни в чем не уверен, – кажется, я понял, почему мне постоянно не везет…

– А еще что вы поняли?

– Так будет продолжаться, пока Пророчество не исполнится, – медленно говорю я. Чего он вообще хочет? Все же понятно написано. Ну, то есть не то, чтобы очень понятно, но читабельно. Нет, ему от меня что-то нужно. Лучше бы отпустил и дал подумать спокойно. Я бы сейчас с удовольствием…

– Лонгботтом, да проснитесь вы! – Снейп тянется через стол и неожиданно щелкает пальцами у меня перед носом. Я вздрагиваю. Ощущение такое, словно я и в самом деле только что проснулся. – Сидите тут! – командует он и скрывается в соседней комнате. Интересно, что там находится? Судя по тому, что он приносит оттуда чай и кофе, должна быть кухня. Но зачем преподавателям кухня? Едят они в Большом зале, да и эльфы наверняка могут все, что угодно, доставить. Что же тогда в этой комнате?

Вскоре Снейп возвращается с двумя чашками кофе. Одну из них он буквально впихивает мне в руки. Я не хочу кофе, но делаю большой глоток, чтобы его не обижать. Ха, как будто он может обидеться! А кофе потрясающе вкусный… кажется, я все-таки его хочу…

– Ну что, Лонгботтом, пришли в себя? – насмешливо спрашивает Снейп.

– Вроде бы, сэр, – неуверенно отвечаю я, сжимая чашку обеими руками. – Что со мной было?

– Небольшой шок, – он слегка пожимает плечами. – В зельях нет необходимости, вы и без того пьете их, как тыквенный сок.

– Ясно, сэр, – я глубоко вздыхаю, пытаясь привести мысли в относительный порядок.

– Теперь вы в состоянии нормально разговаривать?

– Пожалуй, да, – говорю я по-прежнему не слишком уверенно.

– И? – поднимая бровь, иронично спрашивает Снейп.

– Ну… – я изо всех сил надеюсь, что не скажу сейчас какую-нибудь глупость, – пока Пророчество не будет исполнено, моя удача будет на стороне Гарри. А еще я узнáю, если с ним что-то случится.

– Верно, – кивает он. – Как вам кажется, были уже прецеденты?

– Ну, с удачей понятно. Мне всегда казалось, что она меня избегает. В детстве со мной чего только не случалось. А в остальном… Эти головные боли, сэр… – медленно говорю я. – В ту ночь, когда напали на мистера Уизли, у меня была жуткая мигрень. И на истории магии тоже. Но ведь непосредственно Гарри опасность не угрожала…

– И какие же выводы вы можете из этого сделать? – Снейп явно хочет, чтобы я додумался сам – он-то наверняка уже разобрался.

– Ну… – до конца я не уверен, но надо же хоть что-то сказать, – мне кажется, у Гарри из-за шрама какая-то мысленная связь с Вы-Знаете-Кем, поэтому он иногда видит, что тот делает. А, так как Вы-Знаете-Кто его враг, то Пророчество воспринимает это как угрозу и предупреждает меня.

– Не совсем, – он слегка морщится. – Вы говорите так, словно Пророчество – это какое-то живое существо, что в корне неверно. Пророчество лишь спровоцировало появление между вами и мистером Поттером почти незаметной, но прочной связи, которая, хоть и действует постоянно, становится ясно ощутимой для вас лишь в тех случаях, когда Поттеру угрожает опасность или требуется помощь.

– Но я же чувствовал боль, сэр! – возражаю я. – Значит, угроза была.

– Непосредственной угрозы, как вы верно заметили изначально, не было, – с нажимом говорит Снейп, – поскольку это Поттер проникал в сознание Темного Лорда, а не наоборот. Вот если бы кто-то пытался проникнуть в сознание Поттера – это была бы угроза.

– «Покушается на покой разума его», – припоминаю я то, что прочитал.

– Верно, – кивает он.

– Почему же у меня так болела голова, сэр?

– А вы не догадываетесь? – насмешливо спрашивает он и тут же объясняет: – У вас ментальная связь с Поттером, у Поттера ментальная связь с Темным Лордом. Но у вас с Темным Лордом никакой связи нет. Проникая в его сознание, Поттер невольно «тянет» за собой и вас. Ну, а вам там явно нечего делать.

– Понимаю, сэр, – задумчиво говорю я и тут же понимаю еще кое-что. Не успев как следует все обдумать, я выпаливаю: – Так вот чему вы пытались научить Гарри! Не зельям, а как избавиться от этой связи с Вы-Знаете-Кем!

– Не избавиться, а закрыться, – поправляет Снейп, глядя на меня с явным любопытством. – Признаюсь, я удивлен. Как вы догадались?

– Ну, мне еще тогда казалось странным, что дополнительные занятия не приносят Гарри никакой пользы, – отвечаю я, смутившись. – У меня, например, довольно быстро все наладилось. Вот мне и пришло в голову, что зелья – это просто прикрытие, и дело в чем-то другом. А сейчас понял. Гарри с этих занятий возвращался ужасно вымотанным и уставшим. И у меня каждый раз ужасно болела голова. Вам ведь наверняка приходилось проникать в его сознание, чтобы научить закрываться. А это считается угрозой.

– Вы неплохо соображаете, Лонгботтом, – замечает Снейп с едва заметным оттенком одобрения. – Все абсолютно верно.

– Но Гарри так ничему и не научился, – рассуждаю я вслух. – И после пасхальных каникул вы перестали с ним заниматься. А почему вы перестали, сэр?

– А вот это уже не ваше дело! – отвечает он так резко, что я чуть не подпрыгиваю в кресле.

– Извините, сэр, не мое, конечно, – поспешно соглашаюсь я.

– Что же касается неспособности Поттера к обучению, – говорит Снейп, немного смягчаясь, – то это, к сожалению, клинический случай.

– Мне кажется, что дело не в этом, сэр, – осторожно замечаю я, надеясь, что он не прикончит меня на месте за попытку возразить. – Я думаю, что, после того, как Гарри спас жизнь мистеру Уизли, ему казалось, что если он закроется от этой связи, то кто-нибудь может погибнуть.

– Поразительная самонадеянность вполне в духе Поттера, – он брезгливо морщится. – Уверенность в собственной исключительности. Учитывая то, что ничьих жизней он не спасал, это звучит особенно впечатляюще.

– Но, сэр, а как же…

– Не говорите о том, о чем не знаете, Лонгботтом, – раздраженно перебивает Снейп, взмахнув рукой. – В доме Уизли, к вашему сведению, есть весьма забавные часы. Стрелки обозначают членов семьи, а вместо цифр – указатели их местонахождения. «Дома», «на работе», «в школе» и так далее. Также есть указатель «смертельная опасность». Молли Уизли наблюдает за этими часами пристальней, чем Филч за студентами. Особенно в те дни и ночи, когда ее супруг занимается чем-то потенциально опасным. Его местонахождение в ту ночь было ей прекрасно известно. Думаю, дальше объяснять нет нужды. И я предупреждал, – раздражение в его голосе переходит в настоящую злость, – что не стóит внушать Поттеру уверенность в том, что он совершил подвиг!

– Я все понял, сэр, – киваю я. – Вы, конечно, правы.