Александр Машошин - Сны о республике

— Всё, что только в моих силах! — ещё шире улыбнулся курчавый, так что, казалось, кончик его носа сейчас утонет в усах. Осока положила перед ним мини-проектор, включила:

— Этого типа хорошо знаешь?

— Знаю ли я его? О, весьма и весьма относительно. Мне известно, что он эмигрант, бывший политический деятель, а сейчас бизнесмен…

— Понятно, кто же ещё, раз был политиком.

— Любит поиграть в сабакк и на состязаниях. Я имею в виду бега, гонки и всё такое.

— Хорошо. А имя?

— Я не сказал? — курчавый удивился так искренне, что почти можно было поверить: он говорил, а мы прослушали. — Кстати, ты не представила своего спутника.

— Это командир нашего штабного корабля, — ответила Осока. — Мы почти женаты, можешь быть откровенным, как на допросе.

— Твой чёрный юмор неизменно меня восхищает! Фамилия этого человека Жужел, Петас Жужел. Надеюсь, ты не имеешь на него заказ?

— Хуже, гораздо хуже. Сегодня на рынке убита наша сотрудница, вторая похищена. Заказчик похищения – он.

— О-о! — лицо курчавого приобрело страдальческое выражение, глаза глядели скорбно, словно на похоронах. — Мои соболезнования. И, мне неприятно признаваться, но, возможно, именно я – невольно, конечно! — подтолкнул господина Жужела к этим варварским действиям.

— С этого места…

— …поподробнее, понимаю. Видишь ли, как тебе, должно быть, известно, я эстет. Это означает – ценитель прекрасного, питаю слабость ко всему…

— Прошу, обойдёмся без экскурсов в академическую терминологию. Что означает… — светским тоном произнесла Осока. И вдруг резко, с повышением тона, закончила: — …короче, Склифосовский!

— Да-да. Ваша сотрудница – должно быть, та твилека, что я видел у входа на рынок. У неё необычный цвет глаз, я прав? Так вот, обедая с господином Жужелом, я имел неосторожность сказать, что подобная редкая красота высоко ценится у определённой категории разумных, если можно их так назвать.

— И, конечно же, подсказал пару-тройку имён этих низких существ?

— Абсолютно случайно, поверь мне!

— Бесплатно, хотел ты сказать? В это – верю. Нам не шепнёшь?

— Дай деку, напишу. Здесь и у воздуха есть уши, не то что у мебели. Этот отсюда, его легко найдёшь, а этот живёт в пригороде, вот адрес.

— Больше никого не называл?

— Мало кто может позволить себе коллекцию экстремально красивых женщин, — развёл руками курчавый.

— Слово "уникально" подойдёт здесь больше, — поправила Осока. — У тебя такой обширный словарный запас, Кальриссиан, тебе бы книги писать! А ты губишь молодость за игорным столом.

— С фантазий и сюжетов можно быть сытым, но богатым не станешь, — улыбнулся курчавый в усы.

— Да, для этого есть другие, менее благородные профессии. Счастливо оставаться!

Отойдя на достаточное расстояние, чтобы курчавый не мог нас услышать – вдруг да понимает словиоски? — я сказал Осоке:

— Какой приторно-слащавый тип.

— Под этой слащавостью – монолит, — отозвалась подруга. — Когда он отбрасывает в сторону политесы, он становится страшен.

— Должно быть, его кумир – Онака.

— С детства, — кивнула Осока. — Правда, Кальриссиан всегда говорит, что Онака, как все пираты, необразован и склонен к дешёвой театральности.

— Ну, сам-то он прямо-таки упивается знанием мудрёных слов…

— А это следствие убогости базик стандарта. Всякий, кто выражается чуть посложнее, уже выглядит интеллигентом.

— Он назвал тебе покупателей?

— Да. Твилекский барон, а по сути – глава диаспоры планеты Дракенвелл, и богатый даг.

— А, помню, ты говорила, что этот вид падок на гуманоидную красоту. Думаешь, список исчерпывающий? Не может быть ещё кого-то?

— Нет, я бы почувствовала. Он знает, что лгать мне бессмысленно. Пробовал, — она усмехнулась, и я понял, что та попытка обмана для курчавого окончилась плачевно.

— А что подсказывает Сила? — спросил я. — Кто из двоих?

— Если б я могла так чётко видеть! Вероятность примерно одинаковая. Посетим сначала барона, до Дракенвелла тут рукой подать.

С планеты стартовали в неполном составе: Натуа Хисс решила остаться в системе Куларина. Как секретарь, она была в курсе всех текущих дел компании и могла какое-то время заменять Рийо, но для этого требовалась надёжная связь. Мы её сейчас гарантировать не могли. Кто знает, в какую систему придётся лететь, и какие там условия? В Галактике есть множество мест, где гравитационные аномалии мешают прохождению гиперволн настолько, что для сообщения с внешним миром приходится использовать курьерские корабли или беспилотники.

— О похищении, кроме Главного Штаба, знать никто не должен, — предупредила фоллинку Осока.

— Разумеется, — кивнула та. — Летите, и да пребудет с вами Сила.

Своими размерами баронские угодья клана Афа не уступали поместью сенатора Органы. Стена, окружающая имение, примыкала к крайней улице столичного города планеты. Внутри неё в одном из углов находились дворцовые службы размером с небольшой посёлок, сам же дворец был построен в глубине территории, ближе к противоположной стене. Площадку для спидеров поместья накрывал сиреневый купол силового поля, давая понять всем пролетающим, что внезапным визитёрам здесь не рады. Сканеры "Амидалы" обнаружили и ещё кое-что, скрытое от невооружённого глаза. На крыше одного из флигелей был установлен второй генератор поля, очевидно, затем, чтобы в случае нападения накрыть куполом всё здание. Выдвижные зенитные установки, спрятанные под дорожками парка, обозначали примерный периметр этого поля. Не случайной была и архитектура забора с массивными, якобы декоративными башнями в форме земной шахматной ладьи. В вершине каждой скрывалась лазерная счетверённая зенитка, во втором поясе – два автобластера ближней обороны. По стенам самого дворца также были распределены огневые точки.

— Дефлекторы – зарядить! — распорядилась Осока. — Алекс, пройди так, чтобы чиркнуть по углу территории, разворачивайся и садись на ту стоянку, что через улицу.

— А не заругают? — усмехнулся я. — Там только для спидеров.

— Падме им стволы покажет, они и успокоятся, — подруга прикрыла глаза, палец её лёг на клавишу включения щитов. Замысел Осоки я понял прекрасно. Оповестить о своём прибытии воем сирен воздушной тревоги, чтобы разглядели как следует. А вздумают палить – Сила подскажет об этом раньше первого выстрела и даст секундочку на включение защиты.

Стрелять по нам не стали, и я спокойно припарковал "Амидалу" прямо среди стоянки, где, должно быть, хранили свои "тачки" жители ближайших многоквартирных домов.

— Пока вы ходите с визитом, мы, пожалуй, слетаем на тот конец города, в промзону, — сказал Иан. — Здесь запчасти для вооружения дешёвые.

Мы с Осокой почти синхронно кивнули. Дракенвелл – резиденция корпорации "Бластек", изготовителя энергетического оружия и узлов для него. Такой OEM-производитель на галактический лад: бласт-каморы их производства обнаруживались в стреляющих устройствах самых разных фирм. Грех не воспользоваться оказией.

— Прут прямо с завода? — поинтересовался я, имея в виду запчасти.

— Фактически, — подтвердил Базили. — Часть годных деталей бракуют как дефектные и сдают барахольщикам, а те делятся с цеховыми.

Корабль стоял немного в стороне от помпезного главного входа в поместье, и мы с Осокой перешли улицу по диагонали, благо наземное движение на ней, как и везде в цивилизованных местах, было незначительным: основной поток спидеров пролетал на высоте четырёх-пяти метров и выше. Вход представлял из себя подобие мавзолея с восьмиколонным портиком, две центральные колонны представляли собой полые прозрачные трубы, внутри которых застыли дройды-охранники. При нашем приближении тот, что слева, пошевелился, поворачиваясь, и произнёс блёклым голосом дешёвого вокодера:

— Что вам угодно?

— Доложите барону, что мы хотели бы его видеть, — сказал я.

— Доложено. Извольте подождать.

Ожидание длилось примерно две минуты, после чего створка высоких ворот чуть отодвинулась в сторону, и в пространство между колонн шагнул твилек. Он был довольно пожилого возраста: от времени сиреневая кожа утратила яркий цвет, подёрнувшись сероватым налётом, и отвисла на щеках, лекки тоже выглядели дряблыми. На виске его я заметил небольшой прибор – простенький компьютерный интерфейс-имплант.

— Добрый день. Моё имя Джар'тракус, я управляющий… — он стрельнул глазами в сторону корабля и продолжал: — Господа представляют власти Империи?

— Нет, у нас акционерное общество, — ответил я.

— В таком случае, прошу изложить, какое дело у вас к Его Сиятельству, — повысив хозяина на целую ступень в иерархии дворянских титулов, сказал твилек.

— Самую суть, — шепнула Осока по-русски.