Александр Машошин - Сны о республике

Повтор первого куплета Осока уже подпевала фрейлине в голос, отбивая ритм пальцами по колену.

— Спасибо тебе, Дорме, — сказала она. — Встряхнула меня твоя песня. Теперь, кажется, я знаю, как поступить.

— И как же? — тут же спросила Рийо.

— Есть у меня одно интересное предложение. И лететь надо будет, и с пользой. Не бежать от всех, не прятаться под одеялом. Пожалуй, соглашусь…

Старый док в стороне от центров военной и гражданской жизни Корусанта был не примечателен ничем. Официально он давно не использовался по назначению и был превращён в склад. Со стороны входа именно так и казалось: насколько хватал глаз, цех был заставлен штабелями контейнеров и ящиков. Но стоило нырнуть в проход и сделать зигзаг, становилось видно, что штабеля – всего лишь тонкая стена, скрывающая пространство дока. Часть его занимали машины и механизмы для обслуживания кораблей, в гораздо меньшем количестве, чем в доках, где ремонтировались разрушители. С другой стороны у стены стояло несколько тяжёлых истребителей. Середина оставалась свободной, и через эту пустую площадку был прекрасно виден лежащий под сдвижной крышей центральной части исследовательский звездолёт. Он принадлежал к одной из недавних серий лёгких республиканских крейсеров, треугольный, как разрушитель, но гораздо меньше по размеру, и снабжённый сзади вынесенными на кронштейне тремя двигателями от быстроходного посольского фрегата. Сторонний наблюдатель, увидев небольшую группу существ возле переходника, должно быть, решил бы, что провожают дипломата или духовного лидера какой-нибудь отдалённой планеты, не входящей в Республику. Взвод солдат в качестве почётного караула, в числе провожающих – трое сенаторов и хранительница Великой Библиотеки Джокаста Ню. Впрочем, приглядевшись внимательнее, наблюдатель весьма удивился бы. В почётный караул обычно назначают рослых импозантных комендачей, а не этих приземистых ребят в мундирах без знаков различия, но с офицерскими кокардами на кепи. Спецназ флота занимается совсем другой работой, особенно в период войны. А присутствие магистра Йоды удивило бы наблюдателя ещё больше. Если бы сюда пускали посторонних.

Сенатор Бэйл Органа произнёс несколько напутственных фраз, что-то короткое, но ёмкое и мудрое сказал Йода, и участники экспедиции мимо короткого строя почётного караула двинулись к переходнику.

— Я буду очень скучать, — сказал я Осоке.

— И я. Но, ты же знаешь, мне нужно… хм, чуть не сказала "развеяться". Привести в порядок мысли и планы. Ты университет закончить не успеешь, а я уже вернусь.

— Всё равно, мне за тебя тревожно.

— Перестань. Не на войну летим.

— То-то, что не на войну, а неизвестно куда. Что там ожидает, одним звёздам ведомо.

— В любом случае, Гривуса и Дуку там не будет. И потом, Сила со мной, слышал, что сказал Йода? А уж он-то знает.

— Ладно. Ты только возвращайся.

— Наш корабль называется "Бумеранг", а бумеранг всегда возвращается туда, откуда запущен.

Я притянул её к себе, поцеловал. И не отрывался так долго, как только мог. А потом створки переходника сомкнулись, отрезая её от меня. Вздрогнул воздух от неслышной работы репульсоров, и "Бумеранг" плавно воспарил через раскрывшиеся створки крыши к рассветному небу.

Этюд третий. Предательство

Над Храмом джедаев поднимался столб дыма. Сейчас, в сумерках, с высоты башни Сенатских Апартаментов был виден не только дым, но и зарево пожара. Уже второй раз! А ведь с момента диверсии Летты Тармонд прошло меньше года. Во время нападения на столичную планету Храм не пострадал, и вот снова… Падме стояла у окна на южной стороне гостиной и молча смотрела на Храм. Я буквально печёнкой чувствовал исходящую от неё тоску и боль, но помочь сейчас не мог ничем. Мыслями кузина вся была где-то там, а не здесь, и слабо поддавалась на уговоры.

Дройд-секретарь Си Трипио появился в дверях гостиной, проковылял своей мелкой механической походкой через гостиную, приблизился к ней.

— От канцлера сообщение, что господин Анакин вернулся в Храм джедаев, — скрипуче произнёс он. И добавил, увидев своими круглыми жёлтыми зрительными сенсорами, как вздрогнула хозяйка: — Не волнуйтесь, с ним будет всё в порядке.

Я махнул ему рукой: уйди, мол, утешальщик золочёный. И услышал всхлипывания: Падме снова плакала.

— Сестра… — тихо сказал я. Подошёл, положил руки на плечи. — Ну, что ты опять двадцать пять! Ничего же ещё не известно. Сейчас он там проведёт расследование, как тогда, с Осокой…

— Вот именно!!! — вскричала она, оборачиваясь ко мне. — Напомнить, чем это кончилось для Осоки??

— Обошлось же, тем не менее. Именно благодаря ему. Ну, слушай, ну, давай, я возьму спидер, слетаю туда да погля…

Падме не дала мне договорить. Плаксивое выражение на её лице сменилась паническим ужасом, она вцепилась в мою рубашку:

— Нет! Я не хочу, чтобы ещё и с тобой что-нибудь случилось!

— Да я осторожненько, с воздуха гляну, круг сделаю, да и всё. Кто остановит сенатский спидер?

— Ракета! Террористы могут быть вооружены чем угодно! Сказала, нет, значит, нет!

— Хорошо, хорошо, не полечу, — щека к щеке, так лучше всего её успокоить. — Ну? Ну… Полегче?

— Капельку.

— В твоём положении нельзя себя так изводить, это может отразиться на ребёнке.

— Знаю. Я пытаюсь сдерживаться, но… В последнее время всё будто нарочно выводит меня из равновесия.

— И это тоже следствие твоего положения, так говорит доктор Риг Нима. Потерпи, совсем немного осталось.

— Да, уже немного. Спасибо, братишка. Пойду, наверное, я на веранду, воздухом подышу.

— Конечно, иди, — кивнул я. Добавив про себя: "А я в Сеть залезу, посмотрю, что народ говорит, который возле Храма бывает".

Но выполнить свою задумку мне толком не дали. Во-первых, несколько поисковиков на ключевую фразу намертво зависли, один – выдал окошко, что я "нарушаю ограничения, введённые распоряжением Верховной Канцелярии Республики". Когда же я залез на "Теневой порт Тройной Ноль", меня попросили подождать, поскольку "сервер дьявольски перегружен запросами страждущих". Дьявольски – это не "жутко" и не "дико", это предпоследняя степень перед "галактически", что означает полное зависание сервера. Ждать предстояло минут пять-десять. И тут стеклянными осколками зазвенел комлинк, личная линия моей кузины. Судя по звонку, абонент не определялся. Кто бы это мог быть? Я нажал сенсор приёма.

— Падме? — спросила голографическая фигурка худенькой черноволосой женщины в белом платье, пытаясь увидеть того, кто ответил на вызов. Я прекрасно её знал. Шелтай Ретрак, главная помощница сенатора Бэйла Престора Органы.

— Нет, Шелли, это я, — произнёс я, придвигаясь в фокус передающей камеры, и машинально добавил: — Добрый вечер.

— Добрый? — лицо помощницы было бледным, губы болезненно кривились. — Я бы так не сказала. А где твоя кузина?

— Вышла на веранду. Сейчас позову.

— Нет времени, — качнула головой Ретрак. — Мы стартуем. Слушай и передай Падме. Мой босс летал в Храм. Там полно клонов. Судя по меткам – 501-й легион. Они ищут и убивают всех обитателей Храма.

— Что??? Шелли, у тебя опять токсикоз?? — от изумления я даже забыл о приличиях. Насчёт токсикоза была чистая правда: в прошлом году, когда Шелтай была беременна, она часто от него страдала. Впрочем, Ретрак не стала обращать внимание на мою резкость и продолжала печально:

— Лучше бы так. Сенатор сам видел, как клоны застрелили мальчика-падавана. А, улетая, заметил обломки нескольких спидеров. Гражданских, в том числе, один с медицинской эмблемой. Они пытались улететь, но их сбили. Ему чудом удалось спастись. Передай это Падме. И будьте осторожны! Всё, пошла команда "земля-борт", сейчас отключат сеть.

Изображение дрогнуло и рассыпалось фонтаном цветных точек. Я вскочил. Надо срочно рассказать Падме! Через кабинет и по лестнице вниз, на веранду. Но, выскочив на лестницу, я затормозил так, что чуть было не полетел вниз кувырком. Потому что услышал голоса.

— Как ты? — говорила сестра. — Я слышала о нападении на Храм джедаев, даже отсюда виден дым.

— Всё нормально, — отвечал мужской голос, Анакина Скайуокера, — я зашёл узнать, нет ли угрозы для тебя и ребёнка.

— Что происходит?

Я услышал, как Анакин вздохнул.

— Джедаи пытались свергнуть правительство, — сказал он.

— Я тебе не верю.

— Я сам видел, как магистр Винду покушался на убийство канцлера.

— Что же ты будешь делать? — спросила Падме. Она была настолько растеряна, что не придала значения очевидным странностям в ответах мужа. Впрочем, она ведь ещё не знала… Я решил вмешаться.

— Вопрос пока не в том, что делать дальше, а в том, что произошло, — произнёс я, входя. — Привет, Анакин. Ты говоришь, канцлер убит?