alexz105 - Гарри Поттер и темный блеск

— Похоже, он не скитается, — покачал головой Аластор, — на, Джинни, открывай — адресовано тебе.

Джинни развернула пергамент, торопливо прочитала сначала про себя, и затем вслух:

— «Здравствуй, Джинни!

Рад сообщить тебе, что я в полной безопасности. За прошедшие почти два месяца произошло много событий, участником которых я был. Болел, потом учился, потом сражался, потом опять учился. Я во многом разобрался, хоть и не до конца. Нам надо поговорить. Этот пергамент — портключ. Сработает он в течение ближайших суток, начиная с полуночи, если ты возьмешь его в руки и произнесешь: «Поттер–мэнор» (все, кто находился в комнате, негромко ахнули). С собой можешь взять еще двух человек — на твое усмотрение. Если мое приглашение не принято, то уничтожь письмо и забудь о нем как можно быстрее.

Гарри Джеймс Поттер».

Джинни закончила чтение. Все молчали обдумывая. Из–за плеча Билла выглядывал надутый и обиженный Рон. А с другой стороны от Билла изображала из себя соляной столб Молли.

— Ну–ка дочка, дай посмотреть, — протянул клешневатую руку Аластор. Джинни отдала пергамент, о чем–то напряженно размышляя.

— Так я и думал, — удовлетворенно сказал Хмури и показал пергамент остальным. Не считая адреса на лицевой стороне, лист пергамента был абсолютно чист.

— Наш Гарри стал совсем не прост. Послание может увидеть только Джинни, — догадался Билл, — это уже очень солидный уровень магии.

— Не то слово, Билл. Мое Открывающее Тайное заклятье не преодолело защиту письма. Правда, это светлая магия, но очень мощная. Что ж, это многое объясняет из событий в Пауч… — Хмури опомнился и посмотрел на присутствующих. Все жадно ловили каждое его слово.

— Джинни, а ты не будешь против, если я присоединюсь к тебе завтра? — спросил Аластор. — Во–первых, я подозреваю, что тебя иначе не отпустят. Во–вторых, мне очень нужно переговорить с Поттером.

Джинни помедлила и кивнула головой.

— Ты что, примешь приглашение? — взорвался Рон, — да ты не представляешь даже, что там тебя может ждать!

— Не пыли, — заткнул младшего брата Билл, — заботливый ты наш! Где ты был, когда Джинни с Гермионой без защиты ездили к Гарри в Литтл — Уиннинг?

— Они мне не сказали…

— А ты бы поехал? Или побежал бы докладывать родителям? — прищурился Ликвидатор Заклятий, оборачиваясь к Рону. Рон покраснел как рак и со злобой взглянул на брата.

— Билл, ну так нельзя! — укоризненно воскликнула Молли и посмотрела на Артура, но тот промолчал, виновато глядя в пол.

— Ладно, хватит митинговать, — прервал перепалку Хмури, — Молли, где тут у тебя можно вздремнуть до полуночи?

Лицо Молли выражало недовольство, но она все–таки покорно пошла стелить Аластору в гостиной на диване. Перед тем как уйти за ней, Хмури, обернулся и спросил:

— Кого еще возьмешь с собой, Уизли?

Джинни растерялась на мгновение, посмотрела на брата, на Гермиону и приняла решение: «Грейнджер».

Рон в бешенстве развернулся и выскочил из комнаты, хлопнув дверью. Букля подпрыгнула на столе (она уже успела заснуть) и стала недовольно щелкать клювом.

— Покормите и выпустите птичку, а я пойду подремлю. Вы–то молодые, все равно спать не будете, — проворчал Хмури, вышел из комнаты и застучал деревяшкой в гостиную. За ним двинулись Артур и Билл, который оглянулся на пороге и одобрительно подмигнул девушкам.

Спускаясь вниз, аврор понизил голос и обратился к Артуру и Биллу:

— Хотел я на птичку чары Слежения поставить, а они не держатся, сползают. Таких сов в природе не бывает. Значит, Гарри сделал ее такой. Да, с этим парнем надо будет держать ухо востро, уж больно он быстро заматерел.

Билл в восхищении покрутил головой, а Артур тяжело вздохнул.

— Да, Артур, принеси Дымолетного порошка. Я сообщу в аврорат через камин, что я на ночной операции.

В 00–15 Гермиона разбудила старого аврора. Хмури рывком сел и так стремительно выхватил палочку, что девушка в испуге отпрянула. Сонный взгляд Аластора прояснился:

— А, Грейнджер, что пора? Ну, пойдем. Куда?

— Джинни с портключом на улице перед домом, — пролепетала испуганная Гермиона.

Они вышли из дома, вслед за ними потянулись и все остальные обитатели «Норы». Даже недовольно насупившийся Рон прислонился к дверному косяку.

Джинни держала свернутый пергамент за середину. Справа и слева от нее встали Гермиона и Хмури, державший палочку на изготовку. Не теряя времени на прощание, Джинни отчетливо произнесла: «Поттер–мэнор». Вся троица исчезла бесшумно, лишь порыв ветра взлохматил рыжие шевелюры Уизли, оставшихся у порога «Норы».

Портключ перенес девушек и аврора к незнакомым массивным воротам. Инстинктивно все трое отдернули руки от пергамента — он вспыхнул в их руках ярким, но не обжигающим пламенем. Ворота распахнулись. Прямо за ними клубился плотный туман, а в него уходила мощеная дорожка. Лежащий на земле пергамент горел, ярко освещая пространство у ворот, но туман от этого казался только плотнее. Хмури обшаривал окрестности волшебным глазом, но шагнуть в туман не решался, Пергамент все горел.

— Интересный туман, — пробормотал он, — мой глаз сквозь него не видит. Но пока нет ничего подозрительного.

Хмури шагнул за ворота девушки последовали за ним. Створки захлопнулись за их спинами, отрезая дорогу к отступлению. Аврор выругался и пошел вперед по дорожке, держа палочку наготове. Джинни и Гермиона переглянулись и двинулись следом. Пергамент, оставшийся за воротами, последний раз ярко вспыхнул, погас и рассыпался пеплом.

Стена тумана оказалась на удивление тонкой. Три шага — и впереди забрезжил свет. Еще шаг — и они вынырнули из тумана, оказавшись перед великолепным замком, освещенным снаружи факелами и магическими огнями. Ночной тьмы как не бывало — от входа в замок на них лился поток яркого света.

На площадке у дверей стоял темноволосый юноша в парадной мантии. Девушки сразу поняли, что это Гарри, хотя выглядел их друг непривычно взросло и внушительно. Они в восторге бросились к нему, но тот стоял, не двигаясь, и девушки невольно перешли на шаг и приблизились уже с некоторой робостью. Гарри слегка поклонился:

— Здравствуй, Джинни, — Гарри взял руку девушки и галантно поцеловал ее.

— Здравствуй, Гермиона, — церемония повторилась.

— Здравствуйте, мистер Хмури, — Поттер протянул руку для рукопожатия подковылявшему аврору.

За безукоризненной вежливостью девушки почувствовали некоторую отстраненность друга, и легко было понять, с чем она связана.

— Прошу в замок, очень рад, что вы приняли мое приглашение.

— Вы, Аластор оказались в «Норе» из–за событий в Литтл — Уиннинге? — впуская гостей в двери, спросил Гарри.

— Откуда знаешь, парень? — удивился аврор.

— Кто–то организовал утечку информации из министерства. Об этом происшествии написали в сегодняшнем номере «Пророка», — пояснил юный маг.

Они поднялись по лестнице и оказались в просторном зале. Гарри и Аластор шли впереди, а девушки немного отстали, разглядывая убранство замка.

— Мистер Хмури, можно задать вам откровенный вопрос? Кому вы служите?

— Закону и совести, — недовольно ответил Хмури. Он не любил подобных вопросов.

— Законы пишут люди… Вам нравятся все законы министерства или есть исключения?

— Именно есть! Когда закон написан людьми, но не для людей, а против них — я действую, как подсказывает мне совесть! — начал сердиться аврор. — К чему этот допрос, Гарри?

— Это не допрос, мистер Хмури. Я спросил — вы ответили. Если вас не затруднит, пройдите через анфиладу в зал. Там сидит человек, с которым вам обязательно надо обсудить вопрос, который я вам задал. А я пока покажу нашим гостьям замок. Позже мы к вам присоединимся.

— Куда уж позже — скоро час ночи, — проворчал заинтригованный Аластор, — туда идти?

— Да, — Гарри указал рукой и повернулся к девушкам, — пройдемте к магическому подъемнику. Я впереди — покажу вам дорогу, — Гарри вежливо улыбнулся. Позади в анфиладе затихал стук деревянной ноги Хмури.

Подъемник вознесся к верхнему ярусу замка и застыл на площадке кругового балкона.

Гарри вышел на балкон и вежливым жестом пригласил за собой девушек. Джинни сразу подошла к балюстраде, а Гермиона, которая всю жизнь боялась высоты, осталась на площадке.

— Надо поговорить, — процитировала Джинни фразу из письма, лишь мельком полюбовавшись волшебным видом великолепного замка и его окрестностей, освещенных ночными огнями. Никакого тумана, кстати, не было и в помине.

— Надо, — подтвердил Гарри. — Не знаю только, будет ли разговор приятным, но он необходим. Сейчас рядом со мной могут быть только те, кому я доверяю, а с доверием этим летом стало туго….

— Гарри! Профессор Дамблдор затеял вокруг тебя какую–то игру. Я считаю, что игра нечестная, а Гермиона думает, что у директора план, о котором он просто пока не рассказывает.