Вадим Оришин - Сокрытый в Тени Крыла

Но Анко все еще размышляла.

— Я, кажется, припоминаю.

— Да ну? — скептически протянул Като.

— Ага. Мне Куренай жаловалась, что у нее Хината втюрилась в рыжего дальше уже не куда. А он в упор не видит. А ты еще поддакнул, что так все и есть, сам собственными глазами видел.

Като кивнул:

— Ну… Возможно. А как они… В смысле мы с Хинатой здесь оказались?

— Спроси что попроще, — Анко поморщилась, похмелье мучило и ее.

— Это все замечательно, но надо что-то делать.

— Берешь девочку и быстро возвращаешь, откуда взял, — безапелляционно заявила Анко.

Като поморщился:

— Проникать в квартал Хьюг? С их принцессой на руках? После того как сам же, наверняка, ее оттуда вынес? Хочешь, чтобы я долго не мучился и сразу встретил свою судьбу?

Девушка взяла его за подбородок и притянула к себе.

— Если справишься, награжу повтором сегодняшней ночи… Приятной ее части… Но уже так, чтобы запомнилось.

Като ухмыльнулся:

— Ага, если выживу.

— Ты справишься, я в тебя верю. А я пока скрою все следы. Встретимся у меня. Все, бегом!

Проснулись они, в общем-то рано, только успело рассвести, так что время еще было, хоть и не много. Като в темпе оделся, на всякий случай дополнительно наложил на девочку гендзюцу сна. Подумал, что Хьюго, так-то, этим техникам должны быть подвержены слабо, и, для надежности, ввел немного снотворного. Накинув на нее иллюзию… мешка… голова болела, и ничего другого придумывать не хотелось… он покинул квартиру. Анко неспешно, и даже с некоторой ленцой убрала квартиру, заметив под столом, на котором лежали бутылки, фотографию. Девушка сначала удивилась, но потом оскалилась, радуясь возможности напакостить.

Вернулась домой. Часа через два появился и ученик… бывший.

— Ну, вот видишь, все получилось, — куноичи встретила Като улыбкой, даже сама удивилась.

— Ага, — как-то неуверенно кивнул чунин, — они так какие-то все пришибленные. Странно. Может, случилось что?

— Хм, вряд ли, — Анко тоже задумалась, — Как думаешь, мы этих двоих сильно напоили?

Като пожал плечами:

— Без понятия, я ничего не помню. Почти. То, что я помню мало похоже на правду.

— Да. А с чего все началось то?

Шиноби неуверенно протянул:

— С какого-то парня в баре…

— Точно! — подхватила Анко, — ты хотел над ним подшутить!

— Но сначала мы его споили.

— Да… А потом?

Като пожал плечами.

— Надеюсь, с ним все в порядке, — не очень уверенно протянула куноичи.

Като почувствовал неладное, но слишком поздно, сосредоточиться мешала боль в висках. Дверь квартиры Анко влетела внутрь, и на пороге возникла Хокаге собственной персоной.

— Вы!!! — прорычала Тсунаде.

— А ты боялся Хиаши, — с интонациями обреченной на смерть протянула Анко.

— Вы!!! — повторила Хокаге.

Подчиненные кивнули, синхронно:

— Мы.

И женщина впервые на глазах обоих разразилась такой триадой, что оба впечатленно заслушались.

— … - Тсунаде, выговорившись, тяжело выдохнула, пинком воткнула дверь на место и преувеличенно спокойно прошла и села на кресло, — прежде чем я решу, убить вас сразу или сдать Ибики для долгой и вдумчивой пытки, постарайтесь мне все объяснить. Конечно, никаких объяснений у двух шиноби, ночью шлявшихся по деревне в хлам пьяными, и быть не может. Но вы все же попытайтесь, я с удовольствием послушаю.

Виновники переглянулись, и снова уставились на начальницу.

— Ничего не помним, — уверенно заявили они.

У Тсунаде задрожало веко.

— Не помните? Хорошо. Пойдем по порядку. Кто сделал это с ликами Хокаге?

Оба провинившихся подошли к окну и присмотрелись к скале.

— Ого…

Первый Хокаге… был в маске. Рисунок создавал иллюзию надетой на лицо синей маски, оставляющей открытой только область вокруг рта, и большой белой буквой "А" на лбу. Второй был отчего-то перекрашен в зеленый свет и вид имел… яростный. Третьего перекрасили в блондина. А Четвертому сделали… шлем. Желтый. С отверстиями, иллюстрировавшими глаза и рот. Пятую так же перекрасили в ярко рыжий.

— Это не иллюзия? — с сомнением спросила Анко.

— Да вроде нет, — ответил Като.

От дивана послышался скрип зубов:

— Кто… Как… Что вы натворили? Зачем это?

Анко и Като переглянулись, догадываясь, что проснулись именно в квартире Наруто не спроста. Привычка разрисовывать лица водилась именно за ним. А здесь просто наложилось… больное воображение Като. Но Тсунаде об этом знать не стоит.

— Ну… — неуверенно протянул Като, — Так это… Исправим. Сделаем, как было.

У Хокаге дернулась бровь.

— Хорошо, это вы исправите. Шутка над Нара тоже ваших рук дело?

— Нара? — удивились оба.

Тсунаде вытащила из кармана небольшой кусок пергамента и положила на сто.

— Это Шикаку Нара обнаружил сегодня утром на своем прикроватном столике.

Като подошел и развернул свиток. На нем была черными чернилами отпечатана ладонь, ниже стояла надпись: "Мы знаем". Чунин взял ладонь Анко и приложил к отпечатку, сходилось идеально.

— Оу…

— Весь клан на ушах стоит, — цедила слова Тсунаде, — Пытаются понять, кто это "Мы". И что эти "Мы" такого знают…

Като, представив, как аналитики пытаются вскипятить собственный мозг разгадывая загадку, кивнул:

— Сходим… Принесем извинения…

— Вы проникли на территорию клана, — продолжала Тсунаде, — и как-то вышли обратно, не потревожив никого и не оставив следов. Но даже это еще как-то можно понять. Что вы учудили у Хьюг?

Оба виновника одновременно побледнели, ясно и очень остро ощущая седалищным нервом всю опасность своего положения.

— Сегодня утром уважаемый Хиаши Хьюго, бледный, будто видел смерть, пришел ко мне на прием. К нему, ночью, в дом главы клана, пришли все три мертвых Хокаге и принялись убеждать его породниться с кланом Узумаке. Первый был очень эмоционален, и почему-то порой отзывался о себе в женском роде, второй был самым убедительным, доводы приводил логичные, весомые, правильные, четвертый больше поддакивал и много махал руками. Хиаши, как мог, пытался развеять гендзюцу, напрягал бъякоган до рези в глазах, но Хокаге оказались вполне реальными. Пришлось дать согласие, после чего все трое сразу удалились. И никто! — Тсунаде вновь скрипнула зубами, — ни одна живая душа больше их не видела.

Като осторожно уточнил:

— И это все?

Хокаге бросила на него яростный взгляд:

— Так это еще не все???

— Ну… Там уже недоказуемо… — промямлила Анко.

— Я вам устрою недоказуемо! Кто был третьим!?

Като и Анко переглянулись.

— Третий? А кстати, где он?

* * * * *

Данзо хмуро перебирал листы на своем столе, бездумно глядя на бумагу.

— Он никогда здесь не был… Никто не мог рассказать, где входы… Никто ничего не заметил… — тихо бормотал он себе под нос.

В коридоре, прямо перед его дверью, спал один из чунинов АНБУ, обнаруженный патрулем, что пульсировал каждый час. Рядом с телом находилось несколько специалистом Корня, искавших ловушки, взрывчатку, все, что угодно. Но тело оставалось просто пьяным спящим телом.

* * * * *

Наруто проснулся, простонав от боли в голове. Воспоминания о прошедшем дне останавливались где-то вечером, когда он уже вернулся домой, а дальше была какая-то непонятная муть. И отчего так болит голова? Слышать, как нервно хохочет в своей клетке девятихвостый биджу, он не мог. Поднявшись с кровати, он обвел глазами комнату. Вроде, все как обычно, разве что фото какое-то на тумбочке.

— ЧТО??? — огласил окрестности выкрик.

На фотографии в его руках он сам и его напарница Хината обнявшись! целовались! в засос! И явно получали от этого удовольствие.

Глава 2/19

Камешек уверенно полетел вперед, подпрыгивая на водной глади. Рьюго проводил его взглядом, состроив кислую мину. Камушки, запущенные другом, уверенно пролетали на ту сторону озера, а те, что он запускал сам, отскакивали только три раза, и то не всегда. Футабе ходила по водной глади, пока не очень уверено, но вполне самостоятельно.

— Ну и где он? — в очередной раз недовольно пробурчал Инахо.

— Относись к сенсею уважительно, — упрекнула его девочка.

Инахо и Рьюго переглянулись и ухмыльнулись. Футабе в последнее время всегда вставала на сторону сенсея и яростно его защищала… особенно когда его самого не было рядом.

— Мы уже больше часа ждем, — поддержал друга Рьюго, — он раньше никогда не опаздывал.

— Или предупреждал, что придет немного позже, или присылал клона, — кивнул Инахо.

Футабе нахохлилась:

— Он — занятой шиноби, у него могут быть дела.

— Сейчас мы — самое важное его дело, — заявил Инахо.