Через Миры - Юрий Корчагин

Загипнотизированные шедеврами замковых поваров, никто не стал мне перечить, и мы направились внутрь.

Внутри было… привычно, во всяком случае, недалеко от входа: спёртый воздух, слабое освещение и устойчивый запах пота. Мне полутьма не слишком сильно мешала из-за особенностей глаз, но вот как тут что-то могли рассмотреть обычные люди, я не понимал, впрочем, тут, возможно, дело привычки.

Войдя же в саму шахту и попросив духа земли оценить её состояние, я едва не взвыл благим матом. Да работающие здесь шахтёры, рубили породу, вообще не задумываясь ни о чём. Дух земли, едва закончил сканирование, чуть ли не прямым текстом потребовал, чтобы я отсюда убирался. Подойдя к краю шахты, я посмотрел вниз, где при слабом освещении сотен фонарей работали десятки шахтёров, продолжая ослаблять стены шахты.

— Красиво, да? — вывел меня из ступора голос Граймса, что встал рядом.

— Красиво⁉ — не выдержал я, — Вы хоть понимаете, что вся шахта может рухнуть в любой момент⁉ Великие Боги, да вы только чудом ещё живы!

— Эм, но всё же нормально, — сконфужено произнёс Ян, услышав мою экспрессию, — мы подпорки ставим, и…

— Да при чём здесь подпорки! Центральный ствол едва держится, вон там, — указал я на участок стены немного правее и на десять метров ниже, где работали трое шахтёров, — осталось всего с десяток метров до подземной реки! А вот он, — указал я на хлипкого парнишку, работающего рядом с входом, — вообще пробивается к полости с какой-то живностью!

— Живностью? — тут же встрепенулся Асгхан.

— Да, что-то с множеством ног и достаточно тяжёлое, — уточнил я.

— Значит ползуны, — экспертно заявил он.

— Да хоть жополазы! Так, пока оповестите всех шахтёров, чтобы заканчивали работу, а я посмотрю, что здесь можно сделать.

— Так это, если всё действительно так плохо, то что можно сделать то? Пока работается, будем копать, — с огромной долей фатализма в голосе констатировал Граймс.

— Копать вы будете, но только после моего разрешения, — отрезал я, — Асгхан, Ян, выполняйте.

Не найдя в себе сил перечить, призрак и стражник отошли в сторону и начали что-то говорить своим людям. Я же в это время пытался придумать, что делать. Продолжать работать так — значит при малейшем землетрясении получить кучу трупов и прекращение поставок руды.

Есть два варианта. Первый — вышвырнуть отсюда нафиг всех шахтёров и добывать руду самостоятельно, благо дух земли прекрасно чувствует её скопления. Второй, сделать что-то с самой шахтой.

Второй вариант мне нравился намного больше, но для его реализации придётся засесть за расчёты и провести несложный, но энергоёмкий ритуал, укрепив стены шахты. Заодно можно будет создать нормальное освещение, да и с вентиляцией нужно что-то делать. Наблюдая за тем, как шахтёры поднимаются из глубин, я с удивлением заметил, что среди них затесалась какая-то прямоходящая обезьяна. Худая, с потухшими глазами и покрытой шрамами спиной. Кажется — это местный орк, но сейчас не до него.

Вспоминая всё о шахтном деле и архитектуре, я пытался придумать, как хотя бы временно защитить шахту от обвалов, а ведь вокруг главного ствола протекало две подземные реки, а некоторых боковых штреках обитала явно враждебно настроенная живность. Несколько минут размышлений и у меня появился набросок плана.

В первую очередь надо было что-то сделать с потолком шахты, ведь именно он обвалится в первую очередь, случись что. Самым простым вариантом было создать толстую колонну в центре шахты и пустить от неё ветки-подпорки, причём материал лучше брать с самого потолка. Вторым пунктом было укрепить стены шахты, создав укреплённые полосы из гранита, оставив проходы дальше. Третьим шагом станет укрепление русел подземных рек, чтобы в случае чего они не затопили основной ствол.

— Так, — быстро прикинув план работ, я решил не тянуть с исполнением первого пункта, — пока можете праздновать, а я попробую позаботиться о вашей безопасности.

— Что, так быстро? — с лёгкой насмешкой спросил Асгхан.

— Да, так быстро, и, если не хочешь отправиться в одиночку зачищать заброшенные штреки, советую держать язык за зубами, — бросив на него короткий взгляд, я расправил крылья и спрыгнул вниз.

Недоумённые лица мелькнули передо мной и скрылись в темноте, мне же предстояла работа. Едва опустившись на дно шахты, я начал чертить основу будущего ритуала. Ничего сверхсложного, усиление магии, больший упор на работе с камнем и масштабирование чар. Плюнув на всё, я зачерпнул щепотку лириума и принялся за работу.

* * *

— Это что сейчас было⁉ — недоумённо спросил Асгхан, глядя на парящего вниз на птичьих крыльях человека ли, вроде как убившего Гомеза.

— Ярл, — важно заявил северянин, посмотрев на коллегу стражника, как на несмышлёного пацана.

— Но… откуда у него крылья и что он собирается делать? — обеспокоенно спросил Ян.

— Ярл сильный маг и умеет призывать каменные шипы, именно так он убил Шрама и Арно, — продолжил пояснять северянин, — а делать он собирается то, что и обещал. Так вы пойдёте праздновать или останетесь тут?

— Я точно останусь, — едва слышно прошептал Граймс, — камень будто подрагивает в предвкушении.

— Я, пожалуй, тоже останусь, — заворожённо ответил Ян, наблюдая за тем, как странный рисунок вокруг ярла начал светиться, — интересно узнать, что будет…

Договорить он не успел, ведь прямо на их глазах начала твориться магия. Потолок и пол пещеры потекли, стремясь соединиться друг с другом. Удерживаемые железной волей, потоки ставшего жидким камня соединились и начали формировать огромную колонну, соединившую верх и низ. Небольшая вспышка, и центральная колонна замерла, превратившись единый монолит. Однако стоящий на дне шахты человек и не собирался останавливаться, выписывая непонятно откуда взявшимся посохом причудливые узоры.

И вновь камень потёк подобно воде, сливаясь в прямые ветви. Каменное древо формировалось постепенно, веточка за веточкой, пока весь потолок шахты не стал кроной необычного растения. Но и это был не конец, ведь на «ветвях» древа, начали набухать плоды, что были наполовину утоплены в каменные колонны.

— Неужели маги и так могут? — поражённо спросил Ян, до конца не веря своим глазам.

— Не знаю, но наш Ярл может, — с некой долей гордости заявил северянин.

—