Рожденный в Сейретей (1-92 главы) - Алексей Мойса

(Падение Луны) лишь первая способность из восьми. Я открыл только две.

- …восемь? – неверяще шепчут розовые губы, палец опускается в унынии. – Знаешь, что? В жопу это. Показывай вторую.

Хотя Касуми и до этого не красовалась чистым языком, я забил на то, как часто она стала ругаться. Улыбнувшись тому, как быстро она пришла в норму, я наполнил зампакто реацу и прошептал:

- Цуки Усаги. (Лунный кролик)

С восхищенным выдохом я наслаждаюсь тем, как тело полегчало втрое. Ощущение такое, будто если я подпрыгну, то взлечу!

Касуми напрягается, увидев пакостную усмешку. Когда она моргает, я ловлю ее на этом. Сюнпо.

- Ай! – вскрикивает она, хватаясь за попу.

В шоке глядя на меня, стоящего на том же месте, будто и не шевелившегося, Касуми раздраженно выдает:

- Ты ударил меня по заднице!

- Ударил – громкое слово, - пошевелил лезвием меча, показывая плоскую сторону. – Так, погладил.

- Я тебе это припомню.

Молчаливая улыбка в ответ.

- Ладно, - выдыхает через нос, смиряясь с моим игривым настроением. – Как?

В бою, перед врагом, я бы губ не разомкнул. Но перед другом и девушкой. Конечно же, я начинаю беззастенчиво хвастаться. А кто бы не стал?

- Цуки Усаги (Лунный кролик) делает меня втрое легче. Это помогает двигаться намного быстрее. Но главное…

Выдерживаю паузу, пока она не начинает сжимать губы в раздражении.

– Это прячет все звуки моих действий. Шорох одежды, шаги, звук сюнпо, даже заклинания Кидо становятся беззвучны, если я пожелаю.

- Омницукидо бы убили за такое, - шепчет Касуми. – Ты такой обманщик.

Я отменяю Шикай, показывая, насколько на самом деле мало реацу осталось. Испарина на лбу вытирается рукавом.

Две способности Зампакто, задействованные одновременно, выпили меня так же быстро, как алкаш выпивает шот в баре. Хлоп и нету.

- Как видишь, за все приходится платить. Двойное усиление от Шикая лишь дает право на короткое сражение, не более. Хотя я очень доволен силой Цукигами, я бы не разочаровался, будь это что-то более слабое или обычное.

- Другие шинигами с тобой бы поспорили, - возражает девушка, зажигая руку зеленым Кайдо и прикладывая к ране на плече.

Позволив себе секунду зависти, у нее Путь Возвращения получается намного лучше, я пожал плечами.

- Все зампакто – боевые, так или иначе, - спокойно говорю я, возвращая меч на пояс. – И любая концепция или способность, доведенная до крайности, становится ужасающим оружием. Все зависит от силы самого шинигами. Так что, как и сказал, я был бы рад любой силе, но Цукигами подходит мне, как никто другой.

Довольно щурясь на восходящее солнце, говорю:

- Он дает мне инструменты и возможности сражаться так, как я, оказывается, люблю. Свободно, контролируя обстановку, имея силы выполнять почти любой план, который всплывет в голове во время сражения. По мне так это в сотни раз круче, чем рубящий что угодно меч или летающие десятками сюрикены.

Хотя я сказал это, но умолчал об одной мелочи. Способности Зампакто – это не волшебные игровые навыки, произнес и все заработало.

Это тяжелый труд.

Зампакто лишь предоставляет способность, на это уходит его сила, реацу для способности дает шинигами. Контролировать навык тоже должен шинигами. Это высасывает все силы, духовные, ментальные и даже отражается физически, если перегнуть палку.

Ну, наверное, поэтому Зандзюцу это отдельная дисциплина, не уступающая Кидо и другим в Занкенсоки… Это действительно сложно.

Хотя результаты радуют быстрее других, тут не поспоришь.

- Судзин, - серьезно говорит девушка. – Я твоя подруга и последователь. Так что скажу тебе честно… Заткнись к черту, а то даже мне уже хочется зарубить тебя в подворотне.

- Завидуешь? – прикрыл один глаз с усмешкой.

Касуми держалась пару секунд, прежде чем притворно всхлипнуть.

- Я тоже хочу свой Шикай! – похлопала по ножнам своего Асаучи. – Просыпайся скорее, дери тебя Они!

Ее зампакто, как и у всех моих одноклассников, все еще находится в безымянной форме Асаучи. Простые деревянные ножны, невзрачная гарда, темная обмотка рукояти. Лежи он на прилавке магазина, второй раз не взглянешь.

Я не знаю, откуда пошла традиция делать базовые мечи такими непритязательными, но в наше время только Оэцу находит яйца ее нарушать.

- Повежливее, - советую я. – Они такого не любят.

- Извинюсь, когда дух проснется, - фыркнула блондинка. – Закончим на этом? Я ужасно хочу в душ. Еще так рано.

- Это ты предложила, я бы вообще еще спал и спал. На урок только в полдень.

Ее любопытство вытащило меня из кровати посреди очень приятного сна. А лег я посреди ночи, зачитавшись.

Рано ложиться я и не стремился. У нас новое расписание – все уроки начинаются ровно в двенадцать и длятся по два часа. С таким новым графиком можно не париться о ранних побудках. Мои прекрасные дни совы возвращаются.

Так я думал, пока одна блондинка не вытащила из кровати ни свет ни заря.

- Да-да, извини, - ненатурально извиняясь, Касуми пошла на выход. – Я сделаю тебе массаж позже, хорошо?

- Ты прощена за мои убитые сны.

***

Мы шли от общаги с Касуми, предпочитая не замечать, как обособленно от нас держатся одноклассники.

Уважение и страх. Больше страха, чем уважения.

Слухи разошлись. Моя миссия не была секретной, а исчезновение стольких студентов не могло быть скрыто под ковром. Как и казнь директора Академии. Весь Сейретей судачил об этом целыми днями.

Окикиба Судзин в одиночку уничтожил клуб «Забытых мечей», включая главаря с Запретным Зампакто.

Убил двадцать три человека, за минуту, один.

Шепот слухов начал сопровождать меня повсюду, начиная со вчерашнего заселения. И ведь ни один не осмелился подойти, спросить что-нибудь. Хотя бы правда ли в слухах или нет.

Нет. Вместо того, чтобы найти в себе хребет и общаться со мной нормально, они предпочитают держать дистанцию. Прошлый год повторяется, едва стало лучше, как стало еще хуже.

- Не обращай внимания, - шепчет мне Касуми, понявшая меня без слов, идя за левым плечом. – У нас есть еще ребята из клуба. Они не такие придурки.

Да. Я успокоился, расслабив плечи. Она права.

И вообще, чего я ожидал? Что меня встретят как героя?

Я убийца других студентов, а директора из-за моих действий казнили на Соукиоку. Добавим к этому мою фамилию и устрашающую фигуру отца за спиной… Почему я должен удивляться, что меня встречают как настоящего