Мой избранник (СИ) - Дес Евгений

— Тогда из него выйдет отличная броня!

— Нет. Обсидиан это уникальное, чёрное... можно сказать, стекло. Оно достаточно хрупкое и тяжёлое, но скажу тебе по секрету, у гоблинов есть рукотворные обсидиановые клинки, созданные специально против существ с повышенной магической защитой. До того, как гоблинская сталь получила распространение, гоблины управлялись в основном обсидиановыми клинками, так как они, словно нож масло, могут разрезать шкуру дракона.

«Аид?»

«Что?»

«Я ничего не понял.»

«Хех.»

«Почему обсидиан используют в оружии, если он такой хрупкий?»

«Тебе же понятно сказали, что такое оружие используют исключительно против магических существ. Дело в том, что чешуя или покров таких тварей имеет не столько физическую, сколько магическую составляющую, делающую их невосприимчивыми, или туго восприимчивыми к магическим и физическим атакам. Обсидиан же, при контакте с подобной защитой, просто её не замечает, из-за чего самая прочная чешуя василиска перед ним превращается в тонкий слой бумаги. Но если таким оружием ударить по немагической защите, то клинок разобьётся. Понял?»

«Но тогда... как же ты работаешь?» — отвечать на этот вопрос я не спешил, уйдя в себя в рассуждениях.

С того момента, как я узнал о свойствах минерала, в котором нахожусь, этот вопрос не давал мне покоя. С одной стороны, они все правы, и я действительно не должен проводить магию, но с другой... складывается такое ощущение, что минерал подавляет мою силу. За примером ходить не надо, тот же Гарри. С ним мой потенциал раскрывается, а без — я словно оказываюсь в клетке. С другой же стороны, обсидиан — часть меня. Необычная, но часть, и я чувствую наружный слой более чем отлично, из чего следует логичный вывод — сила минерала приравнивается к толике моей личной энергии. Как итог, моя энергия равна чистоте энергии минерала, благодаря чему минерал работает, не как ограничитель, а как защитная оболочка. Вот интересно, кто же до этого допёр? Какой вундеркинд семейства Певерелл? И человек ли это был вообще? Старый вопрос про ядро так и вовсе остается открытым. Хм...

«Аид.»

«А? Да-да, я тут.»

«Ты вдруг замолчал.»

«Извиняюсь. Задумался. Насчёт моей работы... энергия обсидиана — моя энергия. Потому она мне не мешает.»

«Аааа.»

— Вижу, вы сильно озадачились, мистер Поттер. Тогда предлагаю на сегодня закончить, — Гарри кивнул.

— А ваши вопросы?

— Вряд ли вы сейчас на них ответите. Ничего. Но вы не будете против, если я посоветуюсь со своими товарищами — гоблинами? — и взгляд на меня.

«Да хоть с демонами, всё равно ничего не поймут.»

«Э?»

«Если уж у меня руны в узел завязываются в этом лабиринте, а я над ним думал девять сотен лет, то чего говорить об этих дилетантах?»

— Не против, советуйтесь. До встречи профессор.

— До встречи Гарри.

***

Да-а-а-а. Тогда Флитвик несколько дней ходил сам не свой, а после ещё неделю был вовсе пришибленным. Нам же пришло письмо из Гринготтса, с просьбой о посещении. Забавно, и чего этим коротышкам понадобилось от мелкого? Но да ладно, это мелочи.

А вот и Хэллоуин подкрался. И в то время, пока весь замок радостно и шумно готовился к празднику, мелкий тихонько пристроился на перилах деревянного моста, свесив ноги с наружной стороны, и просто смотрел на заходящее солнце. Завтра будет праздник. Завтра наступит тот день, когда он лишился всего. Всё же мои рассказы о его родителях дали новый побег. Гарри грустно смотрел на светило, прокручивая в голове мысли-образы своих родных, которых он смог с моей помощью вспомнить.

«Хей, не грусти. Лучше посмотри на мир с другой стороны.»

— Какой?

«У тебя есть отличная возможность отомстить.»

— Но разве месть может их вернуть?

«Нет, но она может облегчить твою ношу и поставить точку, после которой ты сможешь не оборачиваясь, начать жизнь с начала. В этой жизни ты создашь новую семью, и никто, слышишь, никто не посмеет тебе перейти дорогу.»

— Хех. Спасибо, Аид. Ты всегда знаешь, как меня утешить. Как же мне с тобой повезло... — Гарри заулыбался. Грустно так, но искренне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Да... повезло... задумавшись над словами мелкого, я ушел в себя. Не пойму я себя. Нет у меня той привязки к людям. Я четко понимаю, что мне нет дела до людей в принципе. И Гарри я приватизировал в корыстных целях. В центре событий, со знанием канона. Тогда почему я за него так переживаю?

— Гарри? — раздался знакомый голос. Хм... Гермиона?

— Привет, Гермиона, — не оборачиваясь, произнёс мелкий.

— Эм... Гарри, может лучше не будешь так сидеть? — а сколько тревоги в голосе. — И с кем ты говорил?

— Да ни с кем. Просто мысли вслух, — ответил Гарри, оборачиваясь.

— Да? — и глазки прищурились. Хе-хе-хе, до чего она умилительна, когда так смотрит. А ведь Герми довольно часто бросает на мелкого такие взгляды, особенно на уроках профессора Флитвика.

— Да. Ты что-то хотела?

— Да, я хотела попросить, — она вдруг резко замялась и потупила взгляд в пол.

— О чём?

— Ты не мог бы... мне... — Хм... в любви признаётся, что ли? Да не должна, по возрасту рановато, хотя чем черт не шутит.

— М?

— Ну... помочь. С магией. — Фу, ты ну ты. И чего так краснеть?

— Да запросто. — Гарри спрыгнул с перил и подошёл к девочке.

— Правда? — а глазками так и стреляет.

— Да. Но почему ты подошла ко мне?

— Ну... ты ведь... у всех... лучше всех... — она старалась подобрать слова, краснея ещё сильней. — ...а по учебникам... как то... не так...

— Хорошо-хорошо. Пойдём, — он берёт её за руку и ведёт за собой. Девочка краснеет ещё сильней, но не сопротивляется. А ведь я как в воду глядел, что перевоспитает. Видя разницу в уровне образования между тем, что у Гарри и тем, которое в учебнике, Гермиона уже неделю, как пыталась к нам подойти и что-то спросить. Каюсь, не удержался, разок проник в её разум, когда был в руках у мелкого. Что можно сказать? Внутренний мир девочки ходит ходуном под мощными ударами реальности.

Ведь у всех профессоров Гарри так или иначе, а вы*бнулся. У историка выиграл спор во время урока на тему чистокровных семей и их «грязнокровок» с «новой кровью», чем заслужил часть уважения всего факультета Слизерина. Сами змейки, кстати, после этого ходили немного не в себе. Злые, огрызались, по слухам поцапались с семьями, ведь большую часть студентов уже заочно поженили. А тут такая возможность соскочить.

У Макгонагалл провёл высшую трансфигурацию. Из брелка. Сделал кошачий ошейник и подарил профессору со словами: «Я видел здесь кошку и, чтобы не украли, вот для неё ошейник». Сыграл в дурачка и выиграл! Иногда я ему поражаюсь. А что самое интересное, он и сам не понял, что конкретно то, что он сделал, является высшей магией и отнёсся к своим трудам, как само собой разумеющемуся. Все-таки, брелок и ошейник, несколько непропорциональны в своих размерах, выше только уже из воздуха предметы доставать.

Со Снейпом постоянно спорит, доказывая или опровергая необходимые для закладки ингредиенты. Тут, чего греха таить, спорю в основном я, пусть и через мелкого. К удивлению многих, после третьего нервного срыва Снейп стал относиться к мелкому не как к идиоту, а как просто умному ученику. Разрыв шаблона настал, когда он на днях обратился к мелкому за советом. И даже тетрадку завёл для новых записей. Для самого Гарри это выглядит, как познавательный урок, во время которого он здоровой ложкой черпает всё подряд и при этом более-менее усваивает, хотя мне и приходится дополнительно пояснять что к чему.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

С Флитвиком понятно, а вот у Квирелла был особый случай. Заикающегося профессора мы с мелким троллили по полной, вплоть до того, пока он не написал петицию на имя Гарри Поттера. И это на втором месяце! Боюсь представить, что будет дальше. После того как мелкий покрутил у него перед носом Философским камнем, петиция была отозвана, а сам профессор выглядел подобно побитой собаке, с глазами полными обречённости.