Рожденный в Сейретей (1-92 главы) - Алексей Мойса

этого не успевал, но приятно видеть, что когда дед не старается, уже могу едва поспевать зрением. Тоже своего рода прогресс.

***

Следующий день тоже оказался днем визитов. Хотел мирно позаниматься каллиграфией, уже настроился, а тут слуга прибежал. Никакого спокойствия.

Третий день каникул, а я выходных вообще не чувствую. Хорошо хоть Кенсей с Маширо не напрягают, милые дети унеслись гулять по Сейретею с самого утра. Я им выдал на карманные расходы, видать, золото в руках горит, как хочется потратить.

Слуга объявил появление гостя. Юн Фон пожаловал.

Я вздохнул. Сказал слуге:

- Впусти его. Проводи в гостиную на первом этаже, я буду там.

- Слушаюсь.

Спустя минуту я уже там.

Нравится эта гостиная. Здесь по-европейски обставленная комната с резными из дерева диванами с тяжелой обивкой, на которых приятно развалиться и подремать.

Общие бежевые цвета успокаивают, а расположение в центре здания делает воздух всегда прохладным. Когда я был меньше, любил сопеть тут в обе дырки после обеда.

Расторопные слуги как всегда приятно удивили, на столике уже ждет блюдо с ягодами, закусками и сладостями, две чашки и парящий чайник. Запах зеленого чая, сладостей и фруктов наполняет комнату.

Я встретил гостя сидя, закинув ногу на ногу и раскинув руки на спинке дивана. Мой зампакто прислонен на подлокотник, на расстоянии вытянутой руки. Слуга за спиной Юн Фона поклонился, уходя и закрывая за собой дверь.

- Привет, Юн Фон, - дружелюбно улыбнувшись, махнул рукой на диван напротив. – Присаживайся, бери что хочешь.

- Приветствую вас, - поклонился он, держа руки по швам и глядя в землю. – Надеюсь, мой неожиданный визит не помешал вам, Окикиба-сан.

- Не надо быть таким официальным, мне неловко, - усмехнулся я, наполняя атмосферу теплой аурой неформальности. – Называй меня по имени.

Парень, одетый в темно-золотое мужское ципао, потерял официальную осанку. Лицо немного расслабилось. Он огляделся проникновенными черными глазами, невзначай глянув даже на потолок, только потом прошел и сел с идеально прямой спиной.

А когда я приподнял бровь, выражая непонимание этого, он смущенно улыбнулся.

- Скрытые кунаи будут колоть в бок, если сидеть не прямо, - неловко объяснился молодой ниндзя. – Извини за это, я без злого умысла.

- Ха, забавно. Просто вытащи их на время, - наплевательски относясь к вооружению гостя, советую я. – Брось на стол.

Я по дому хожу с мечом, на обед. Что тут еще говорить? Прекрасно понимаю потребность таскать оружие с собой в любое место. Хоть это и невежливо для гостя.

- О, - моргнул от такого китайский юноша. – Если позволите…

Звяк-звяк-звяк… Шестнадцать острых фиговин в виде кунаев, спиц и непонятной загогулины с цепочкой нашли место между блюдом с фруктами, пирожными и чайником.

- Ох, точно, - спохватился Юн Фон, засовывая пальцы в рот и вытаскивая прозрачную капсулу из-за щеки. – Лучше не есть с этим во рту. Пирожные выглядят чудесно.

- Наслаждайся, - скрывая веселье, киваю на стол.

Яд, серьезно? Омницукидо чокнутые. Но, как знак доверия показать мне это, я оценил.

Юн Фону не хватало только приглашения, спустя минуту половина съестного на столе уничтожена. Их там на базе травой кормят или что? Парень чуть ли не стонал от вкуса обычных сладостей.

- Редко выдается шанс вкусно поесть, - пояснил все же он, кусая новое пирожное. – У вас прекрасный повар.

- Хм, - я хлопнул в ладоши, кивнул слуге в дверях. – Повтори нам и еще что-нибудь.

- Слушаюсь.

Глаза Юн Фона заслезились, он гулко сглотнул и выдал:

- Окикиба-сан, вы мой благодетель!

Их точно травой кормят… И зарплату не платят. Пронеслось в голове. Вслух же я сказал:

- Мелочи. И сказал же, по имени.

- Простите, я так не могу, - склонил он голову. – Прошу понять.

- Ладно. Но не жди, что я буду таким же формальным. Вне приемов и важных встреч не люблю это.

Тот только кивает, да еду наворачивает. Это меня действительно удивляет. Может, он так играет с моим восприятием его личности? Чтобы я проникся. Хрен этих шиноби-ниндзя-шпионов знает.

Спустя некоторое время.

За пустым столом только две чашки и чай. Более серьезная атмосфера. Теперь Юн Фон выдает, зачем вообще пришел.

- Как один из первых, кто заметил ваш потенциал, от лица Дома Шихоин приглашаю вас вступить во Второй Отряд, Окикиба-сан.

- Думаешь, ты правда первый, кто спросил? – спокойно отвечаю, будто вообще не удивлен.

- Ч-что? Разве нет? – занервничал он.

Да, но тебе это знать не нужно. Даже с моим фоном за спиной лучше не обижать Шихоин прямым отказом.

- Нет. Но это не важно. На мой счет у дедушки уже есть договоренности.

- Мы можем предоставить вам больше, - уверенно обещает парень. – Обращение и привилегии от Дома Шихоин…

Он говорил и говорил, расписывая молочные реки и кисельные берега. Явно по запомненному тексту, как оператор холодных звонков продаж пылесосов, блин.

А я же слушал, смотрел в одухотворенные глаза с явно промытыми за ними мозгами и думал.

Как же отлично Шихоин воспитывает слуг, удивительно.

У Семьи Фон сейчас шесть поколений, если не ошибаюсь. И с каждым они отдают Омницукидо большую часть молодежи, которая мрет, как мухи. Их выживание как семьи уже чудо.

И погляди на них, все равно действуют как милые, верные щеночки, тащащие хозяину все, что показалось интересным.

Меня.

Тихий хлопок в ладоши сбил речь Юн Фона. С вежливой, насквозь формальной улыбкой, я сказал:

- Мое назначение в Отряд будет решаться самим Главнокомандующим. Тут нет выбора ни у меня, ни у вас.

- О, - с видимым разочарованием посмурнел лицом парень. – Все же желание самого шинигами тоже должно браться в расчет. Подумайте, как Второй Отряд…

- Хватит, Юн Фон, - с нажимом прерываю я. – Достаточно. Ты приятный человек. Верность Отряду и сюзерену тоже достойны уважения. Но сейчас ты меня больше раздражаешь, чем правильно агитируешь.

- Ох… Это значит нет?

- Верно.

- Понятно.

Живые черные глаза за секунду потеряли блеск, потускнели, став мертвыми и бездушными. Весь Юн Фон словно выморозил изнутри все эмоции, глядя на меня с выражением лица больше трупа, чем живого человека.

Внутри я передернулся, так неестественно это выглядело. Инструмент из плоти и крови, а не личность.

- …значит, я провалил свою миссию, - без тени былых эмоций говорит он.