Вадим Оришин - Сокрытый в Тени Крыла

— И что это значит? — спросила уже Миина, — вам кто-то вежливо предложил поединок?

— Не им, — поправил я, — мне.

Игнорируя вопросительные взгляды, я подошел к Гину и тоже осмотрел косу. Меня интересовало, нет ли на ней каких-то следов, за которые я мог бы зацепиться.

— Поясни, Тофу-сан.

— Поединок, — коротко ответил я, — разве что не честный. Да и не совсем поединок. Скорее уж противостояние. Кроме косы ничего не было?

Гин пожал плечами, протянув мне тряпку, в которой, видимо, ее и принесли.

— Может, все же пояснишь? — попросил Хидан.

— Он имеет в виду: противостояние с тем, кто настраивает против вас селян. Этот человек решил таким красивым жестом ответить на наши действия, — пояснила моя напарница, поняв, куда я клоню.

— Хочешь сказать, что этот кто-то хочет превратить нашу деревню в… — Гин подбирал сравнение.

— Доску для шеги, — подтвердил я, — партию между лично мной и лично им. А посылку прислал, чтобы вас позлить. Я думаю, вам совсем не по душе такое положение дел, верно?

Шиоре кивнул, соглашаясь с моими словами:

— И что дальше?

— У меня есть несколько предложений, как не дать этому шутнику захватить инициативу. Нужно, для начала…

Меня нагло прервала ворвавшаяся в зал девушка:

— Шиоре-сан! Там! Гозу! Он очнулся! Шиоре-сан! Он не в себе! — это были лишь то, что я сумел разобрать в лепете девушки.

Ко мне тут же потеряли интерес. Как говорится, пришлый может и подождать, а вот член семьи нуждается во внимании. Хотя я действительно мог не торопиться, а вот как на парня подействует сыворотка бессмертия, мне было самому интересно.

Всей нестройной толпой спустились в… не знаю. Это, наверное, была тюрьма. Когда-то давно. Потому что сейчас камеры были переделаны в палаты, а некоторые в комнаты, где кто-то над чем-то усердно работал. Ну и решетки на местах остались, видимо, потому что лень было вынимать. Не хотел бы я после ранения очнутся в такой вот палате. Но все это лирика. Присутствовавших интересовал всего лишь один пациент. И, когда я увидел две руки, тянущиеся сквозь решетку, сомнений уже практически не оставалось.

— Пить хочу! — громко протянул пациент, пытаясь протолкнуть лицо через стержни решетки.

— Гозу? — первым к нему подошел Шиоре.

— А! Старикан! Меня заперли! А я хочу пить. И писать. И есть тоже хочу.

— Как ты себя чувствуешь, Гозу? — спросил Хидан.

— За**ато! — улыбнулся парень, — только в му**х чешется.

Ленгму опешили, я с Мииной ухмыльнулись. Не пересекался бы с ним раньше, и не сказал бы, что он такой уж чокнутый. Странный — да.

— Гозу! — вышла вперед девушка.

— Привет сестричка! — улыбнулся пацан, — так, старикан. Открой клетку, впусте ее внутрь и закрой на**й, до утра.

Девушка едва не разрыдалась, но все же сдержалась. А вот соклановцы хмурились, и с каждой репликой парня хмурились все больше.

— Неожиданный результат, — высказалась Миина.

Парень перевел взгляд на нее.

— Вау! Сестренка, ты в пролете. Эй, красотка! Я тебя хочу!

— Перебьешься. Не дорос еще, — хмыкнула напарница.

Гозу мгновенно изменился. Только что глупо лыбился и кривлялся, а теперь смотрит с ненавистью. Рыкнув, он дернул клетку со всей силы. Метал чуть скрипну, но не поддался. Тогда парень начал со всей силы биться об прутья сначала руками, пока не сломал их, а затем головой. В какой-то момент он развил нос, да и пара открытых ран на лбу появилась, и оттуда брызнула кровь. Его, по видимому, сестра этого зрелища все же не выдержала и разрыдалась. Заметив ее рыдание. Парении замер, снова глупо улыбнувшись.

— Сестренка, иди сюда. Я тебя утешу. Маленький Гозу будет утешать тебя всю ночь напролет, — он смотрел на нее лицом, залитым собственной кровью, — иди ко мне.

— Значит, способа вывести минерал у вас все еще нет? — негромко спросил я.

Шиоре медленно кивнул.

— У вас пока есть время его придумать. Если минерал действует, как гендзюцу, то ничего непоправимого с парнем пока не случилось. Мико, идем. Мне нужно проработать план. Надо заканчивать дела с селянами, пока это не породило новых проблем.

Мы покинули понурых Ленгму, а я окончательно утвердился во мнении, что такое бессмертие мне не нужно и даром.

* * * * *

Хидан прошелся по затемненной комнате. Свет здесь обеспечивала одна единственная тусклая лампа, дающая света лишь на то, чтобы не натыкаться на предметы в темноте. Нагеки спала, и как всегда, неспокойно. Болезнь продолжала медленно убивать девушку, и лишь надежда на выздоровление заставляли ее бороться. Но известие о состоянии Гозу сломало ее окончательно. За прошедшую ночь ей дважды становилось хуже, и лишь под утро Нагеки смогла заснуть, точнее просто провалилась в беспамятство от потери сил. Хидан очень хотел помочь ей, но не знал, как. Думать о том, что ему еще нужно уничтожить все плоды трудов его и отца, он сейчас не мог.

Прибежал посыльный, из младших членов клана, и тихонько постучался. Нужно было идти, наверняка случилось что-то еще. Последние дни были слишком богатыми на события. Шиноби Листа исчезли вечером, и Хидан был уверен, что Тофу вновь изображал слегка безумного Демона с изуродованным шрамами лицом. Шиноби подошел к кровати своей возлюбленной, начавшей дышать прерывисто и тяжело, и погладил ее по голове, чуть поморщившись от повторившегося тихого стука.

— Что случилось? — спросил он, притворив за собой дверь.

— Селяне пришли, сейчас их намного больше, — пояснил молодой парнишка.

— Ладно, я иду. Позови Сиолу, кажется, Нагеки снова становиться хуже.

— Уже бегу.

Мальчишка исчез, а Хидан направился к выходу. Нужно было еще послать за Тофу и Мико, вдруг они уже вернулись. Тофу очень неплохо в прошлый раз построил толпу, может и сейчас удастся решить все мирно. Во всяком случае, Хидан на это очень надеялся.

Толпа, собравшаяся в клановом квартале, действительно была намного внушительней, чем в прошлый раз. Не меньше тысячи мужчин и женщин, а может и больше. Толпа галдела, гудела, и люди что-то выкрикивали, и все происходящее напоминало натуральное…

— Стадо, — из тени вышел Тофу, а за ним и Мико, — И что, ни кто не собирается их разгонять?

Парень был чем-то недоволен, или просто раздражен. Судя по всему, поспать ночью ему не удалось. Он держался в стороне, чтобы не попадать на глаза толпе.

— Как именно? — спросил Хидан, — я еще даже не узнал, что им нужно.

— Что может быть нужно толпе? — продолжил философствовать шиноби Листа, — Хлеба и зрелищ, это пряник, но он у них уже есть. Зрелище мы им устроили.

— Зачем?

— Чтобы напугать. Дай нам день, и мы приготовим представление, на котором вы сначала поймаете бандита со шрамами, а затем его казните.

— И кто будет изображать бандита? — побледнел Хидан.

Тофу улыбнулся ему:

— Иллюзия. А ты что подумал?

Это парень шиноби Ленгма нравился все меньше. Ну, наглость и злые шуточки его, возможно, даже красили. Нет, Хидана беспокоило другое. Временами Тофу походил на играющего с жертвой хищника. Шиноби Ленгму понимал, что Лист не прислал бы простых, рядовых ниндзя. И Тофу это неплохо демонстрировал, успешно используя террор против мирных жителей. Конечно, сам Хидан любви к подонкам, едва не убивших Гозу, не испытывал, но это были отдельные люди, а не все селяне. Тофу же заведомо ровнял всех под одну гребенку. Все, что он испытывал к людям — это презрение. Но с этим еще можно было мириться, а вот с тем, чего он хотел от Ленгму, мириться было никак нельзя. Тофу хотел, чтобы оставшиеся шиноби клана применили силу против селян. Тофу видел в происходящем простой бунт, и уже некоторое время упорно провоцировал Ленгму на встречные действия.

— Это не смешно.

— Ты не видел своего лица. Ну, что собираешься делать?

Хидан поморщился:

— Утихомирить их и распустить по домам.

— Хм, — насмешливо и презрительно хмыкнул Тофу, — попробуй. Только стаду нужен не оратор. Стаду нужны собаки и пастухи. Вот только пастух у них уже есть, жаль я его не вижу.

— Это люди! — едва сдерживаясь процедил Хидан.

Тофу не ответил, лишь усмехнулся еще больше. Мысленно выругавшись, Хидан вышел к толпе.

— Люди! Тише! Люди!!!

Никакой реакции. Нестройный гомон голосов и выкриков, разобрать в которых хоть что-то казалось делом почти невозможным. Тофу и Мико тихо стояли в тени, наблюдая за происходящим.

— Чего ты ждешь? — спросила девушка.

— Пока кто-нибудь из Ленгму не вытерпит, и начнет вершить правосудие. Это лишь вопрос времени.

— Уверен? Хидан что-то не торопиться применять силу.

— Ты его видела? Он едва сдерживается. Когда мы прибыли, он больше улыбался и вообще имел приподнятое настроение. А сейчас? Хмурый, замученный и всем недовольный. Сейчас, толпа его взбесит, и начнется.