Рожденный в Сейретей (1-92 главы) - Алексей Мойса

выгнали из разума раздражение и опьянение. Я отрезвел и размышлял.

О жизни, о себе, о своих ошибках и будущем. Какой я хочу быть личностью? Такого ли будущего, которого хотят от меня окружающие, я хочу?

В ту ночь мое я, вся моя личность сублимировалось, переплавилось в нечто более взрослое, мудрое. Даже немного просвещенное.

Когда забрезжил рассвет, я знал, что буду делать. На озеро пришел мальчик, которого мотало по жизни с отношением «будь, что будет» и «авось пронесет». Ушел с него мужчина, желающий сам торить путь.

Я разорвал связи с ненадежными «друзьями», у которых был только ветер и желание выпить в головах. Решительно отказался от навязанных идей родителей. Это была моя жизнь и я знал, что хочу с ней сделать. Впервые в жизни.

Уж точно не гнить в топком болоте поселковой ежедневности. С бутылкой каждый выходной.

Спустя четыре дня я уже снял квартиру и начал работать в мегаполисе… Я больше никогда не возвращался. Я больше не видел ледяное озеро. Но запомнил навсегда.

И оно запомнило меня. Впечатавшись в душу самым глубоким воспоминанием. Таким сильным, что пришло в следующую жизнь и стало частью Внутреннего Мира.

Даже сейчас, просто стоя и глядя на ледяные просторы, я успокаивался, обретал трезвость в мышлении. Будто целый мир встал на паузу и сказал – у тебя вечность времени, парень, просто остановись и, черт возьми, отпусти все дела. Подумай.

Очнувшись от прошлого, я моргнул и задышал снова. Уже более спокойным взглядом обвел весь Внутренний Мир.

Только сейчас я замечаю неестественность, мистичность окружения. Такое яркое небо и такой холодный, темный лед. Лед почти зеркален в гладкости, но не отражает небо, как должен.

Как будто под ледяным зеркалом таится совсем другое, ночное небо. Контраст заставил неметь извилины в голове, в попытках осознать невозможность.

Итак, я уже доволен. Есть откровенно бредовые Внутренние Миры. Мой хотя бы имеет смысл и заложенное значение для меня самого.

Отражение моей силы в небесах. Моего прошлого, разума, кусок мира природы, где я обретаю спокойствие и мудрость, в земле.

Земля и Небо в тандеме, отражающие меня в самых простых, глубинных выражениях, без наносной шелухи, лишних красивостей и бреда подсознания.

- Это прекрасно, - улыбнувшись, даю вердикт окружению.

Слышу пару шагов за спиной, чужой голос:

- Действительно. У вас получился красивый Внутренний Мир, хозяин.

Голос, без сомнения, мужской.

Спокойный, глубокий, низкий басистый тембр проник в уши, отозвался мелкой вибрацией в костях. Такой голос хотят иметь все, потому что его приятно слушать, настолько, что люди млеют.

Что ж, мой зампакто определенно не пискля, с удовольствием отметив, обернулся.

Я разглядываю дух, он меня.

Первое впечатление… Кто-то Таинственный и Сильный.

Высокий, почти два метра. Определенно сложен как воин. Почти каждый сантиметр кожи скрыт под одеждой. Длинные, струящиеся ткани кипельно белых цветов скрыты под серебряной сталью элементов доспехов. Наручи, поножи, нагрудник и легкие накладки на плечах, все искусно украшено вязью непонятных языков.

В таком наряде дух выглядит чем-то святым, слишком чистым, чтобы быть запятнанным обычным миром или людьми. Возвышенным.

Его поза отражала это. Левая рука царственно лежит на рукояти меча на поясе, разумеется, копия того, что в реальности.

Даже лицо его скрыто, что мне не понравилось. Карнавальная маска из серебра, повторяющая человеческое лицо, с украшением гравировкой лоз. Выделяется рисунок полумесяца на лбу, такой же, как на гарде меча.

Волосы белые, с длинными прядями идеальной прямоты, почему-то напомнившие мне мифических эльфийских владык из сказок. Не про самодовольных истеричек, королях драмы, влюбляющихся в тупых попаданок, нет. Настоящих, самобытных и мудрых, из историй Толкиена.

Из-за маски ярко выделяются глаза, необычного цвета – спокойной лавандовой глубины, с четким черным зрачком. Эти глаза мирно оглядели меня и спокойно, принимающе встретили мой взгляд.

- Я очень надеюсь, что у тебя за маской не мое лицо… Или что-то такого уровня бреда.

- О, нет, - тихая усмешка слышна в голосе из-за маски, которую он погладил парой пальцев. – Там вполне себе мое лицо. Но я сниму маску, только когда мы достигнем Банкай. Всего лишь некоторая обязательная для каждого Зампакто толика символизма… Я не урод, если вы беспокоитесь, хозяин.

Несколько ошеломленный от новизны всего происходящего, я только теперь опомнился и вспомнил все инструкции учителя Шируба. О том, что делать при первой встрече, чтобы не налажать.

- Ни в коем случае не пытайся сказать мне свое имя, - быстро предупреждаю я духа. – Если не чувствуешь, что мы точно готовы.

Я знаю, что это у зампакто заложено чуть ли ни как основной инстинкт. Каждый меч желает и хочет тут же объявить хозяину свое имя.

За некоторыми исключениями, когда сами личности духа и шинигами друг другу не подходят.

- Пожалуйста, - по суженным глазам можно понять, что он немного оскорбился. – Я что, похож на этого тупицу, Хьёринмару? Не думайте, что я не понял ваших мыслей сравнения при первой встрече, хозяин.

Я заткнулся и просто моргал, не зная, что сказать. Мой зампакто только что обозвал другой, один из самых могущественных зампакто в истории, тупицей?

- Не смотрите так, - мягкая усмешка вернулась в голос. – Он цепляется к первым встречным положительным душам, а потом, даже не получив сосуд для воплощения, кричит им свое Имя. Людям, которые даже не пробудили собственное реацу. Это повреждает новую связь, разрушает душу. И он делает это снова и снова. Неудивительно, что мир видит нового хозяина дракона только раз в несколько столетий. Самого живучего.

Я нахмурился. Что-то такое и правда происходило с Тоширо?

- На такое способны только промерзшие, ледяные мозги, - продолжает насмехаться дух. – Он так же как можно быстрее пихает хозяину Шикай и Банкай, всегда отдавая силу на полную, все, что может и сразу. Беднягам приходится страдать от этого, запечатывать всеми правдами и неправдами полученную мощь, в надежде не умереть бесславно в муках.

Закончив витиеватую, оскорбительно вежливую речь, дух подытожил:

- При всей силе Хьёринмару, в итоге дуэт шинигами и зампакто выходит откровенно средним. Ну и кто он после этого, если не законченный тупица? Пожалуйста, больше никогда не сравнивайте меня с Хьёринмару, хозяин.

С таким голосом я едва не заслушался, черт, мне бы такой! Спохватившись, кивнул.

- Когда ты все так обосновал, то да, пожалуй, больше не буду.

Оэцу сам мне сказал – он кует оружие, чем мощнее, тем лучше. Неспособность совладать с ним не его