Путь живого огня: бушующее пламя (СИ) - Огнеплюй

- Но я в своём уме, - сквозь сжатые зубы выдала принцесса, грудь которой продолжали бесстыдно и болезненно мять.

- Это ненадолго, - ухмыльнулся Джао, прекращая свои действия. – Я пробыл в этой пустыне и ее окрестностях достаточно долго, чтобы узнать весьма интересные свойства некоторых растений. Как только «лекарство» для вас созреет, - он кивнул в сторону стоявшего на огне котелка с мутной зеленой жижей внутри. – То вы, принцесса Азула, отправитесь в мир красочных снов, оставив тут с нами только своё пускающее слюни тело. Так что ожидайте этого радостного мгновения, - и после этих слов направился к котелку, начав туда добавлять разные порошки из стоявших рядом сосудов.

От таких перспектив девушку всю передернуло, а в груди начали появляться быстро крепнувшие ростки страха. Она никак не могла себе помочь, только ожидать и молиться Агни.

***

Двое молодых дозорных стояли в холоде ночной пустыни и вглядывались во тьму за пределами своих факелов, намереваясь обнаружить любой намек на опасность. Но их мысли в этот момент были совсем в другом месте.

- Тьфу, как же не повезло, что сейчас именно моя смена, - сплюнул на песок один из них.

- Не ворчи, и до нас очередь дойдет, - ответил ему напарник.

- Ага, когда они будут не красивыми девушками, а живыми кусками мяса с ведрами между ног, - ответил первый. – В чем тогда отличия от обычных шлюх?

- Лучше бы подумал, на что мы все подписались, следуя за капитаном, - передернул плечами второй. – Нападение на принцессу Азулу грозит нам всем виселицей, если не чем похуже.

- О, ты словно не знаешь капитана Джао, - насмешливо фыркнул собеседник. – Наверняка у него припрятан какой-нибудь трюк в рукаве. Не удивлюсь, если к рассвету она будет у него с рук есть и гавкать по команде, как волкособака.

- Всё может бы… Эй, что это там? – говоривший указал рукой во тьму, на фоне которой стал виден более темный силуэт.

Руки воинов сразу легли на рукоятки мечей, будучи готовые достать их при первом признаке опасности. С напряжением они ожидали. И вот силуэт вступил в круг света от факелов.

- Это же Лю Пен! – опознал своего знакомого по форме один из стражников. Только вот приближаться к нему не спешил, ведь вся его одежда была в крови, лицо опущено, отчего ранее достающие до плеч волосы не давали увидеть лица, а движения казались ужасно неумелыми, словно у марионетки в руках неумелого кукловода.

- Он же не выбрался из башни, - добавил новый факт к подозрительности происходящего его напарник.

И вот «Лю Пен» поднимает голову, открывая лицо, испещренное множеством сияющих синих трещин, словно на старой посуде. Его глаза напоминают два сгустка огня, горящих синим пламенем.

- ТревАргааа! – вытащив меч, захотел поднять тревогу один из дозорных. Но в этот момент пламя его факела словно ожило и дикой змеей устремилось прямо в раскрытый рот, принося быструю и мучительную смерть. Как и его напарнику.

Не обратив на умерших никакого внимания, тело с находящимся внутри духом направилось дальше кривыми шагами. Агни считал истинным везением, что ему при своём развеивании удалось дотянуться одной из своих частичек до почти мёртвого воина, в котором ещё не исчезла жизненная энергия. Освоенных из свитков навыков хватило, чтобы вселить эту частицу в него. Из-за слабости той, что спряталась в жизненной энергии солдата, она осталась незамеченной могучим духом, а затем начала поглощать и преобразовывать её, когда помощницы духа выкинули тела людей в песках пустыни, разрастаясь и захватывая над ним контроль. Но новое тело было слабым, даже не принадлежащее покорителю огня, от чего оно не могло выдержать мощи духа и постепенно сгорало, или правильней сказать, плоть становилась новым огнём для духа. Тому казалось, словно его что-то сковывает, от чего и двигаться нормально нельзя было.

Он зашел в лагерь, если так можно назвать три большие палатки и место для костра. Дух, благодаря связи их пламени, ощущал Азулу в одной из них, судя по связи, той не грозила прямая опасность, а потому он направился к другой, откуда по округе разносился довольный смех и подбадривающие выкрики.

Зайдя внутрь, он увидел повернутую к нему спиной толпу полуголых солдат, что обступили что-то полукругом. Хотя почему «что-то», через просветы тел неплотно стоявших друг к другу мужиков он увидел знакомые женские ножки, как и услышал болезненные выкрики знакомым голосом. Всего мгновение, и подчинившийся воле духа огонь на осветительных факелах пришел в движение. Еще секунда, и пламя словно извилистым потоком проходит через солдат, оставляя за собой лишь обугленное по краям отверстие.

Наступила мгновенная тишина, а воздух наполнился запахом палёной плоти. И в ней Агни прошел вперед, смотря на открывшуюся ему картину. Мэй и Тай Ли лежали на постеленной на песке большой тряпке, прикованные руками к балочной опоре палатки, а разведенные в стороны полусогнутые ноги были привязаны к торчащим из песка кольям. Обе девушки были раздеты, за исключением наличия у них простеньких трусов, отчего можно было без всякого труда полюбоваться крупной грудью бывшей циркачки и несколько более скромной у метательницы кинжалов с темно-алыми сосками. На их покрасневшей во многих местах коже было много синяков, каких-то блестящих пятен и даже следы от зубов, большинство из которых покрывали грудь Тай Ли. Похоже, с ними решили «поиграться», не приступая пока к самому вкусному.

При его приближении смотревшие на внезапно упавшие тела солдат девушки подняли взгляд на единственного оставшегося стоять человека.

- А-агни? – дрогнувшим голосом спросила Тай Ли, в глазах которой стояли слезы. Глаза ее подруги, до этого излучавшие смертельный холод и презрение, тоже начали расширяться.

- Это я, - произнес непривычным для девушек человеческим голосом дух, опускаясь перед ними на колени. Секунда, и сдерживающие девушек путы сгорают от сорвавшегося у него с руки синего сгустка огня, не вредя при этом самим девушкам.

- Агни! – в следующий миг тело с духом внутри внезапно обхватывают за шею тонкие женские руки и тянут вперед. Он ощущает, как в грудь ему начала упираться большая и мягкая грудь обнявшей его Тай Ли. – Я-я так ис-спугалась! – чувство тяжести на плече, а затем и неприятной влаги, что сопровождалось дрожью юной девушки.

- Я ведь обещал, что защищу, - растерявшийся от подобного поведения всегда весёлой девушки дух решил сделать то же самое, что и тогда в ущелье. И, кажется, сработало, всхлипы стали тише. Правда, обниматься в человеческом теле было непривычно, ведь он ощущал мягкость и жар девичьей плоти, чего в состоянии духа был лишён.

- Она всё время упрямо повторяла, что ты жив, - раздался в стороне голос Мэй, на которую скосил свой взгляд всё еще обнимающий плачущую девушку дух. Та же даже не думала как-либо прикрывать свою открытую грудь. - И я рада этому, - выгнув спину, как породистая дикая кошка, принявшая сидящее положение девушка смотрела на него теплым и даже нежно-благодарным взглядом за спасение. - Но тебе надо спасти Азулу. Она вместе с Джао, и солдаты говорили, что он хочет с ней что-то сделать.