Ты извращенец, Гарри! (СИ) - Вишневский Сергей Викторович

Гарри тяжело вздохнул.

— Это падение нравов! Вы, сударь, аристократ! Кстати, куда он машину? Выхлопную?

— Нет, в решетку радиатора. У эстонцев есть машинки маленькие. И вот у них решетки с ячейкой, размером с мой кулак. Вот туда лось и пристроился.

— Радиатор пробил?

— Пф-ф-ф-ф! Конечно!

— Фу, какая мерзость, — сморщился Гарри и достал телефон. — Ссылку дашь?

* * *

Мда.

Занятный казус получился.

Шведские послы верещали об уроне свободной Эстонии, всячески обвиняя Российскую Империю в угрозе и попытке захвата страны.

Наши послы объясняли, что это проделки одного неуемного некроманта, эксперимент которого вышел из-под контроля. При этом ещё элегантно подмигивали и всячески намекали, что такой выстрел из Санкт-Петербурга может и до их столицы достать.

Пару недель таких препираний, и шведы включили новую пластинку, обвиняя меня в безалаберности, глупости и опасности. Нашлись умники, что попытались подать на меня в шведский аристократический суд.

Ага, как же.

Я бы туда, конечно, явился.

Хе-хе-хе.

Хотя вряд ли кто меня пустил бы туда с нежитью.

Да и прихлопнули скорее всего ещё до того, как я бы там оказался.

Что же касается Амстердама, то...

Ну, начнём с того, что Ляшев нами плотненько так занялся.

Наше орудие он забраковал.

Началось то самое, от чего мы тщательно пытались откреститься.

Контуры «от дурака», контуры «от перегрузки», контуры «просчитанного усиления», а также управляющие модули, способные изменить траекторию снаряда.

Зубодробительные, я вам скажу, там контуры получились.

Мало того, что их на одно орудие выходило по восемнадцать штук, так еще и места не хватало! Дошло до того, что у нас руны пришлось выносить даже на прицельные механизмы.

И нет, они не имели отношения к прицеливанию.

Мда.

Задал нам Ляшев задачку.

Как бы там ни было, но к фестивалю «Крепких объятий» мы успели.

Успели подготовить орудие, просчитать так, чтобы взрыв был над городом, чтобы не разносить там ничего. Затем успели перетащить наше экспериментальное орудие на границу с Финляндией, и даже сделать пробный залп пустой болванкой, рассчитав полет так, чтобы она упала точно на пустырь в пригороде Амстердама.

А пока мы всем этим занимались, Романовы вместе с нидерландским принцем договаривались на полёт спецбоеприпаса над территорией третих стран.

Почему просто не притащили наше орудие к ним или не поставили на корабль?

Ну, в связи с элементарной безопасностью.

Так вышло, что шпионы и лазутчики шведов как с цепи сорвались, пытаясь выяснить конструкцию и принцип. Всё же не каждая артиллерия сможет ударить на такое расстояние.

И я в этом плане шведов понимаю.

Они выдвигают армию, устраивают бойню у наших границ, а наши батареи орудий в глубоком тылу разносят их столицу, и ничего ты с этим не сделаешь.

Тысячу километров магическими щитами не прикроешь, а если и прикроешь, то ненадолго.

Вот и началась свистопляска.

А мы что?

Мы просто бахнули туда, куда и просили.

Знаете, что было самым обидным?

Из-за придирок Ляшева и титанического труда у меня просто физически не осталось времени на нежить, которая должна была зафиксировать весь тот блудняк, что начался в Амстердаме.

Нет, конечно, были и другие источники.

Хватало камер внешнего наблюдения. Были и энтузиасты с телефонами, да и простых операторов, решивших заснять самый распутный праздник, хватало.

Но мне было немного обидно.

Всё же хотелось попробовать своих разведчиков в деле.

Что за разведчики?

Ну...

Помните, я как-то делал прототип летающей нежити из гениталий?

Нет, полноценных половых органов с крыльями я не делал.

Это не имело смысла.

Простите за прямоту, но если вы мужского пола и загляните в трусы, то сразу поймёте — у вашего «большого брата» или «Маленького, но удаленького друга» нет глаз.

А вот лепить глаза на головку члена — уж простите, но я не настолько извращенец.

Пришлось перерабатывать идею.

Костная основа с максимальным упором на хрящевую ткань. Кожа, понятное дело, с мошонки. Сюда же достаточно тонкий скелет и большая голова для трёх глаз.

Да, есть нюансы в восприятии, и лучше всего иметь три типа глаз: обычный, ночной и самое важный — маговоспринимающий. Своего рода «тепловизор на магию».

В итоге у меня получилась довольно своеобразная летучая мышь с лёгким оволосением на крыльях. Забавненькие уродцы.

Нет, а что?

Вы думали, я буду мертвецам, простите за выражение, яйца брить?

Как бы там ни было, но эти мыши сыграли свою очень важную роль, но об этом чуть позже.

Надо упомянуть о Дарье.

Даша...

Даша увлеклась.

По-настоящему.

И понял я это, когда ко мне пришли от Демидовых и хорошенько так наехали.

А почему это у нас аристократка простолюдинов за бесплатно в обычной больнице лечит?

А как так вышло, что с ней простолюдины на «ты» общаются и ещё что-то требовать с неё могут?

Пф-ф-ф-ф!

А кто-нибудь считал тех, кому она не помогла? А что бы про неё говорили, если бы она столько же аристократов не вытянула?

Тоже мне, чистоплюи...

Медицина никогда не была благодарным делом!

По себе знаю.

Глава 8

— Евгений Александрович? — заглянула к главному врачу приятная женщина. — К вам посетитель.

Лысый старичок поднял взгляд от документов и взглянул на посетительницу.

— Страховщики? — недовольно спросил он.

Женщина растерянно оглянулась в сторону коридора, а затем одними губами произнесла:

— Аристократ.

— Лучше бы страховщики, — недовольно произнёс главный врач, а затем махнул рукой. — Пригласи.

Старичок не успел убрать документы, как в кабинет вошёл мужчина в дорогом костюме.

— Добронравов Евгений Александрович, — произнес старичок, поднявшись, и протянул руку. — С кем имею честь?

— Семён Аркадьевич Демидов, — произнёс мужчина и пожал руку.

— Демидовы? — вскинул брови старичок. — Весьма польщен вниманием столь влиятельного рода, но... Чем могу быть полезен?

— Ваша больница занимается лечением простолюдинов, я не ошибся? — спросил мужчина, пройдя в кабинет и усевшись напротив старичка.

— Не совсем так. Да, основной контингент у нас простолюдины, но в экстренных случаях к нам доставляют и людей благородного происхождения.

— И у вас работает моя дочь — Дарья Демидова.

Старичок на секунду нахмурился, а затем качнул головой.

— Нет. Демидовой у нас нет. Дарья Мрак, являющаяся вашей биологической дочерью — есть. А вот Демидовой — нет, — глядя в глаза аристократу, ответил старичок.

Глава рода Демидовых тяжело вздохнул и кивнул.

— Пусть будет так. Дарья Мрак. Она работает у вас.

— Да. Способная девочка. Работает в отделении экстренной хирургии и периодически захаживает в реанимацию.

— Вот по поводу неё я и заглянул к вам, — кивнул Семен Аркадьевич. — Я хочу, чтобы вы её уволили.

Старичок по-доброму улыбнулся.

— Вы выглядите разумным человеком, — тем временем продолжил Демидов. — И прекрасно понимаете, что аристократическое общество сковано рамками, правилами и тонами приличий. И выполнение приказов от простолюдина для аристократа может оказаться довольно серьёзным пятном на репутации.

— Понимаю, — закивал главный врач. — Прекрасно вас понимаю, но... Вы ведь тоже должны меня понять. Дарья — незаменимый человек в нашей больнице. Это единственный целитель, что работает не по вызову и только с аристократами, но и состоит в нашем штате.

— У вас нет целителей-простолюдинов?

— Целитель, способный затянуть ссадину, не пойдёт в нашу больницу. Даже в салоне красоты, где сводят шрамы и выводят прыщи с угрями, платят на порядок больше. Нам нечего им предложить, Семён Аркадьевич. Она действительно единственный диагност в нашей больнице, к тому же она великолепно справляется с простыми операциями. Из неё выйдет замечательный экстренный хирург.