Как и ожидалось, когда я перестал врать себе, дела пошли в гору - Тим Офий

Иногда ему хотелось желать чего-то большего, чем ничего не делать и убивать время играми, аниме и чтением посредственных новелл. Вот только ничего конкретного и не хотелось, а моменты вышеозначенного безделья омрачались тем, что ему всё равно когда-нибудь потом понадобится зарабатывать деньги, да и учёбу сейчас никто не отменял. Тупик.

– Попробуй найти дело по душе, – Юкиношита как всегда знала ответ на любой относительно простой вопрос, но при этом не могла доносить его до собеседника в исчерпывающей форме, из-за чего звучала несколько банально.

– А если его нет? – Хачиман усмехнулся. Он мало в чём достаточно хорош, и его не тянет заниматься ничем конкретным.

– Значит, пробуй разные вещи, пока не найдёшь.

– Приму к сведению, – не примет, ведь на таком уровне он и сам может себе посоветовать.

Бороться и искать, найти и не сдаваться и пусть пламя Юности полыхает так, чтобы его было видно даже императору Японии и его внукам.

– В общем, смысла идти мне нет, – подытожил Хачиман.

– Ну да… а ведь это выглядело бы будто тебе не всё равно…– вздохнула Юи.

– И будто бы я исправляюсь, вовлекаюсь в общественную деятельность, и Хирацука может ослабить свой поводок… Хорошая идея! Я иду!

– Я не это имела ввиду! – Юигахама.

– Но всё равно спасибо.

– Хикигая, ты неисправим. Хотя теперь я начинаю понимать тебя немного лучше…

На следующий день они с Юкиношитой направились в учительскую. Там дежурила пара учителей, среди которых была и Хирацука:

– Не часто увидишь Вас двоих вместе просто так, – заметила она, туша сигарету.

Хачиман мысленно отметил, что при нём курить можно, и на его здоровье, в отличие от здоровья Юкиношиты, ей плевать с высокой колокольни. Или это не совсем так и он просто до сих пор обижен?..

– Мы к Вам по делу.

– Он опять что-то натворил? – спросила женщина, кивая на Хикигаю.

Хачиман глазами попытался показать Юкино, мол, «я же говорил». Та лишь закатила глаза.

– Он очень помогает, но его одного недостаточно.

– Правда? Я посмотрю ещё учеников, для вступления в клуб…

– Учитель, я не об этом, – где-то вдалеке послышался коллективный вздох облегчения бедолаг, избежавших насильного оволонтёривания.

– Да? А о чём тогда вы хотели поговорить?

– О фестивале. У оргкомитета проблемы с дисциплиной и посещаемостью.

– И вам нужен совет?..

Хачиман сжал кулаки, пытаясь сдержать гнев.

– Не совсем…. Хикигая, это была твоя идея, так что скажи уже что-нибудь, – повернулась к нему Юкиношита.

Услышав это, Хирацука удивлёно выгнула бровь.

Вот только Хачимана немного разозлило, что Хирацука, даже не думает работать. Впрочем, в его интересах донести свою точку зрения максимально корректно, поэтому он постарался сдержать гнев.

– Я считаю, что проблемы с дисциплиной должны решаться либо учителями, либо руководством фестиваля. Но так как госпожа председатель сама нарушает дисциплину и её не видно вот уже… сколько?

– Неделю, – уточнила Юкиношита.

– Неделю, а члены школьного совета не способны с этим справиться, и пытаются сами работать за весь комитет, только у учителей есть реальная власть, чтобы наладить дисциплину, – Хачиман чувствовал себя долбаным Цицероном, произнося такую длинную и серьёзную речь.

– Хикигая, фестиваль – это ответственность учеников, это их самодеятельность и часть обучения. Учителя не должны вмешиваться в процесс подготовки, чтобы ученики могли в полной мере задействовать свои организационные способности. Поэтому не думаю, что ваша просьба уместна.

– Значит, фестиваль провалится, – безразлично произнёс Хачиман.

– Да нет же! Вы должны воспылать и сделать всё возможное для победы! Разве Наруто сдался, когда был слабым и проигрывал битвы?! Нет!!! И вы не должны! – пылко произнесла она.

– Учитель, не стоит путать мангу и реальную жизнь, – резко произнесла Юкиношита, разом охладив пыл Хирацуки.

– Что ж, вижу учителя нам не помогут, значит, вся надежда на учеников, – сказал Хачиман Юкино.

– У тебя были ещё какие-то идеи? – не поняла Юкиношита.

– Нет, просто надежда есть всегда и всё такое, даже если вероятность провала фестиваля девяносто девять целых и девять десятых процента, всегда есть надежда.

– Иными словами ты уже похоронил фестиваль.

– Да, ты правильно поняла, – кивнул Хикигая. – Ученики отказываются работать, а раз всё в их руках, то исход очевиден.

– Эй, Вы двое тоже ученики!

– Два ученика, – отметил Хачиман. – На целый комитет.

– Ещё студсовет, – добавила Юкиношита. – Но этого всё равно мало. Процентов двадцать.

– Ну… вы всё равно постарайтесь…

– Обязательно, – саркастично произнёс Хачиман. – Ладно, мы донесли информацию, а делать ли что-нибудь или просто смотреть на то, как всё рушится – решать Вам.

Хикигая и Юкиношита направились в оргкомитет, оставив задумчивую Хирацуку в одиночестве… После их ухода, женщина вздохнула, зажгла сигарету и откинулась в кресле и тихо спросила саму себя:

– А не было ли ошибкой позволить Хикигае влиять на Юкиношиту?

Глава 13

– И что дальше? – спросила Юкиношита.

– А ничего, пусть события с фестивалем идут своим чередом, – ответил Хачиман.

– Просто сдаться и ничего не делать, какая жалкая тактика, – отметила девушка.

– Как по мне, тут не за что бороться, – пожал плечами парень. – Борьба ради борьбы?

– Ежжи.

– Что?

– Это на русском, не обращай внимания, – не стала распространяться на эту тему Юкино. – Я пересмотрела свои взгляды на этот фестиваль и считаю, что уже сделала достаточно.

Так, обсуждая разное, они дошли до оргкомитета и провели ещё один рабочий день, не особо напрягаясь. Видимо, фестивалю кирдык. Хотя, может быть, когда наступят последние дни фестиваля и все схватятся за головы, что ничего не готово, они найдут способ всё исправить? Они, в смысле, все – не он с Юкиношитой.

Как оказалось, до такого не дошло. Когда Хачиман пришёл в следующий раз, он заметил, что народу сегодня больше, чем обычно. Были буквально все, даже Сагами.

– Что с ними со всеми?.. – Хачиман нашёл Лесли и решил спросить её.

– Тебе не сообщили? Учителя собирают оргкомитет.

Хачиман удивился. Неужели Хирацука поняла, к чему всё идет и решила вмешаться? Взгляд парня выцепил в толпе краешек белого халата – помяни чёрта… впрочем, на этот раз эти силы