Свой выбор (СИ) - Зеленая Рина Васильевна

— Вечер добрый, Вал, — сказал он ровно, и руки не дрожали, пока мужчина быстрыми экономными взмахами запускал диагностические.

Гарри невольно засмотрелся на то, как над леди Блэк вспыхивают и раскрываются сферы из магических нитей. Почти всегда рисунок был нитевидным и бледным, а кое-где — еще и прерывистым. Поттер лишь читал о подобных чарах, но даже ему было ясно, что здоровье волшебницы подорвано настолько, что в ней чудом держится жизнь.

Гиппократ Сметвик справился с оценкой состояния за считанные минуты и тут же приступил к лечению. И снова Гарри засмотрелся, даже выбрался из кресла и подошел ближе, чтобы лучше видеть, как мастер творит настоящую магию. Поттер мог лишь позавидовать скорости движения палочкой, знаниям, позволяющим целителю выплетать каркас кокона, а на нем — сложное кружево самых разных заклинаний, соединенных так, чтобы не конфликтовали.

Это было красиво. Изящно. И совсем не вязалось с внешне грубоватым магом.

Лишь после этого Сметвик вытащил из чемоданчика скатку с десятком флакончиков зелий в удобных кожаных кармашках и принялся замешивать из них безумный коктейль прямо в поильнике.

— Давать по глотку каждые четверть часа, — велел Гиппократ Сметвик, глядя на домовика, и тот быстро закивал, не попытавшись возразить.

Гарри покосился на леди Блэк, но та выглядела спящей: то ли провалилась в беспамятство, то ли просто лежала с закрытыми глазами.

— А теперь ты, малец, — окинув Поттера пристальным взглядом, целитель извлек из кармашка что-то вроде конфеты в простой обертке из желтой бумаги. — Это слабенькое восстанавливающее. Держи.

Гарри удивленно принял довольно увесистый сверточек, задумчиво повертел в пальцах, но потом пожал плечами, развернул и сунул в рот. Сметвик тем временем отошел к камину, взмахом палочки придвинул второе кресло.

— А теперь рассказывай, — опускаясь в кресло и взглядом приглашая мальчика сделать то же самое, сказал волшебник.

Гарри секунду помедлил, а потом подошел и сел. Отправляясь сегодня в Блэк-хаус, Поттер не ожидал ничего из того, что в итоге произошло. И уж тем более не ожидал встретить в доме волшебницу, которая вроде как должна быть мертва. Теперь ему за пару секунд предстояло решить, как быть в новых обстоятельствах. А ведь совсем недавно он планировал никому не выдавать слишком много правды о себе, но без хоть какой-то правды не объяснить происходящее.

«Не могу же я заявить, что просто шел мимо и случайно попал в дом», — невесело подумал мальчик. Прямо сейчас лишь гоблины знали обо всем, что произошло с Гарри Поттером за последний месяц лета, обо всех его изысканиях, обо всех навыках. И очень не хотелось, чтобы кто-то лишний узнал, что мальчик вот уже несколько месяцев лорд Поттер и лишь чуть меньше — лорд Певерелл.

— Для начала можно представиться, — предложил целитель. — Я не кусаюсь, малец! Ты из Блэков?

— Здравствуйте, целитель Сметвик, — решился Гарри. — Меня зовут Гарольд Поттер и я… не совсем Блэк.

Юный волшебник утаил все, что только мог утаить. Но скрыть проживание в Поттер-мэноре и общение с портретами предков опустить не удалось. Но Сметвику, похоже, не было никакого дела до чужих тайн, хотя он проницательно сверкал глазами на некоторых моментах рассказа Гарри.

— Это хорошо, — похвалил целитель, когда мальчик закончил свой скупой рассказ о том, как и зачем пришел в дом Блэков, — что ты надумал сюда заглянуть, малец. Леди Блэк очень слаба, но жива. Ты спас ей жизнь.

Гарри немного смутился и покатал во рту целебный леденец, у которого был довольно странный вкус — хвои и молока, а пах он и вовсе ромашкой. Но восстановление шло полным ходом, и мальчик не спешил избавляться от конфеты.

— Я ведь знал твоих родителей, — задумчиво произнес Сметвик, пятерней пройдясь по коротким волосам. — Весьма необычная была парочка.

Гарри вопросительно приподнял брови, и целитель пояснил:

— Если бы не знал, что женаты, то никогда бы не подумал, что такие могут быть вместе. Твой отец еще в школе вечно отлеживался в Больничном крыле, а уж во время учебы в академии мракоборцев хоть раз в неделю, но попадал в Мунго. И ничему этот опыт его не учил, вечно во что-нибудь вляпывался, но верил, что он… заговоренный. А матушка твоя, наоборот, девица была серьезная, хотя упорства у нее было больше, чем таланта.

Гарри уже читал отчеты, а потому не был удивлен словам целителя. Почему-то во всех статьях в «Пророке» и в книгах, посвященных противостоянию с Тем-Кого-Нельзя-Называть, Джеймса и Лили называли аврорами, хотя это было весьма далеко от истины. Джеймс лишь весной 1981 года завершил свое трехлетнее обучение в академии и был принят в Аврорат осенью, так что настоящим аврором его после трех месяцев работы назвать было затруднительно. А Лили, и вовсе, с перерывами посещала курсы то по колдомедицине, то по зельям в колдомедицине, так и не получив диплома. И если из книжек выходило, что чета Поттеров — настоящие борцы за всеобщее благо, за правду и свет, то на деле они оказывались почти подростками, которых директор Хогвартса втянул в противостояние с противником, которому эти вчерашние выпускники были на один зуб.

«Мир и правда», — произнес Гарри про себя девиз Поттеров, пусть и не без горечи, но уже давно принявший факт того, что история его родителей красива только на пергаменте и бумаге.

— А ты, малец… — Сметвик окинул Гарри пристальным взглядом. — Тебе ведь уже одиннадцать?

Поттер даже порадовался, что с момента поступления в школу уже прошел целый семестр. Витаминные зелья, которые он продолжал пить, делали свое дело. Как и трехразовое питание. Мальчик все еще был ниже своих сверстников, но за несколько месяцев вытянулся больше, чем за весь предыдущий год. Да и выглядел теперь не таким тощим и бледным.

— Я учусь на первом курсе, — пояснил мальчик, до этого обходивший в своем рассказе школу. — Рейвенкло.

— Вот это правильно, — одобрительно усмехнулся целитель. — Отличный выбор.

Они немного помолчали, а потом Сметвик, глянув на кровать, посерьезнел.

— Прямо сейчас ей нужен отдых и много-много внимания, — со вздохом сказал целитель. — Зная Вальбургу, она не пожелает отправляться в Мунго. Да и скандал ведь разгорится с ее возвращением из мира мертвых, а она не готова прямо сейчас встретить его с высоко поднятой головой. Но и тут ей оставаться нельзя. Уж не знаю, что произошло… и ты, малец, не говоришь толком… Но оставаться ей здесь никак нельзя. Блэк-хаус давит переизбытком темной энергии. Никогда я не чувствовал себя здесь настолько тяжело. Будь я послабее волей, дом бы меня просто вышвырнул. И на Вал, пусть она и хозяйка, дом продолжит воздействовать, вытягивать силы. Блэк-хаус… одичал.

Поттер хмыкнул. Сметвик весьма точно подобрал слово. Дом на самом деле похож на одичавшего и голодного пса, готового сожрать, стоит только зазеваться.

— Я могу перенести леди Блэк в свой дом, — предложил Гарри.

— Это неплохой вариант, — кивнул Сметвик. — Но еще одна проблема заключается в том, что ей необходима подпитка родового камня, а в чужом поместье дело пойдет хуже.

Гарри на это лишь пожал плечами и ответил:

— Все можно решить одним-двумя артефактами.

Целитель весело покачал головой и сказал:

— И где его взять? Это ведь не безделица. А приличные артефакты все по личным сейфам лежат.

— Я найду, — пообещал Гарри, хотя ничего искать не собирался. Нужно лишь вынуть расчеты для подарка леди Малфой, подобрать удобную оболочку и потратить несколько часов на изготовление.

«А может и меньше», — призадумался Гарри, вспомнив, что в Поттер-мэноре у него целая мастерская и не надо творить артефакт практически на коленке, как в школе.

— А еще нужны зелья, — продолжил Сметвик. — Много и очень хороших и редких зелий, иначе Вал и к лету не встанет.

— Это дорого? — спросил Гарри.

— Я знаю мастера, способного изготовить требуемое, — пояснил волшебник.

— Я заплачу, — спокойно кивнул Поттер.