Молочник - Владимир Алексеевич Абрамов

канавки на одной из половинок корпуса — это и было заклинание для Приори Инкантатем. Это заклинание было одинаковым для всех изделий. А вот фокусирующие цепочки были индивидуальными под каждый вид древесины и сердцевины. То есть если использовать нестандартную сердцевину, то придётся под неё рассчитывать индивидуальную рунную цепочку с учётом материалов. В книге были приведены формулы для нумерологических расчётов, с помощью которых по специальной таблице можно подобрать нужные руны и создать рунную цепочку.

Руны используются оттого, что они надёжные и не конфликтуют с творимыми заклинаниями, любые наложенные на палочку обычным образом чары, со временем слетели бы и мешали бы использовать концентратор.

После нанесения всех рун (вручную) предполагается, что мастер вложит сердцевину, зальёт её специальным желеобразным зельем, сложит две половинки корпуса и склеит их чарами Вечного приклеивания. Поэтому чтобы починить палочку, придётся нести её производителю, а не какому-то другому мастеру палочек. Если же изготовитель погиб, то банальная процедура по замене сердцевины окажется невыполнимой, проще будет купить новый концентратор. Есть высокая вероятность, что при разрезании корпуса повредятся руны. А мастер-изготовитель попросту отменит действие своего заклятья Вечного приклеивания, заменит сердцевину и потом опять склеит корпус.

Тренировался я на древесине из запасов Олливандера. Как оказалось, собранной древесине, за которой мы целый месяц лазили по лесам и буеракам, необходимо вылежаться год в помещении с определённой температурой. Нельзя просто свалить ветки, как дрова. Предварительно надо отделить кору и наложить чары для уничтожения насекомых и их личинок. Помещению желательно быть подвальным, на нём должны лежать заклинания для создания определённого микроклимата и для отпугивания насекомых, чтобы оные не повредили древесину.

В общем, у мастера палочек существует много хитростей, до которых сложно дойти своим умом. Тут поможет только большой профессиональный опыт, как в принципе в любой профессии сложнее дворника. Простому самоучке, который где-нибудь в Запретной секции нашёл инструкцию по изготовлению Волшебных палочек, без учёта многих нюансов не получится сделать качественный концентратор.

* * *

Приближение чемпионата мира по квиддичу ощущалось как никогда. Чем ближе к августу, тем больше мер для обеспечения безопасности принимало Министерство магии. Косой переулок патрулировали авроры, по улице ходило много иностранных волшебников. Министерские служащие мотались туда-сюда как наскипидаренные. Всё проверялось и перепроверялось, казалось, что работники министерства совсем рехнулись на своих мерах безопасности, — не дай бог маглы чего заметят.

— Мастер, ко мне вскоре в гости приедет подруга, я могу у вас заниматься до обеда, чтобы с ней проводить время? — обратился я к Олливандеру, как только он освободился от очередных клиентов.

— Конечно, Колин, — ответил Гаррик.

— А ещё мы собирались поехать на чемпионат по квиддичу. Ещё зимой мистер Лавгуд обещал нас туда свозить. Только там надо будет жить примерно неделю.

— Ох уж этот квиддич, — недовольно пробурчал Олливандер. — Вечно он на уме у молодёжи. — Старик печально вздохнул.

— Сэр, я не большой любитель квиддича, но это же чемпионат. Говорят, такое событие проводится крайне редко, а чтобы в Англии, и того реже.

— Что же, понимаю, — вновь вздохнул Олливандер. — У нас в стране чемпионат по квиддичу очень редкое событие. Этот год вообще богатый на спортивные мероприятия, вначале квиддич, потом Турнир Трёх Волшебников. А ты молодец, освоил этим летом много заклинаний и научился кое-чему полезному в нашем деле. К тому же перед турниром у меня будет большой поток клиентов, тут и иностранцы стали захаживать за палочками, и британские волшебники стараются купить детям палочку до чемпионата. Туда не пойдут или самые ленивые, или сотрудники министерства, которые в этот момент будут дежурными. Иди уж, сорванец!

— Мастер, что за турнир?

— Ох, не должен я был тебе говорить, — спохватился старик. — Но раз сказал. Ладно, слушай, всё равно в сентябре узнал бы. В этом году Министерство магии решило возродить старинное соревнование — Турнир Трёх Волшебников. В нём участвуют представители трёх Западно-Европейских школ магии: Хогвартса, Шармбатона и Дурмстранга. Чемпионов выбирает старинный артефакт.

— И где он будет проводиться? Интересное соревнование или опять что-то вроде квиддича?

— Проводиться турнир будет в Хогвартсе, — ответил Олливандер. — Меня уже пригласили осматривать палочки чемпионов после их выбора артефактом. А соревнование должно быть зрелищным и крайне опасным для участников. Чемпионы гибли почти на каждом турнире, а один раз погибли все три юных волшебника, после этого турнир перестали проводить. Было это лет двести назад.

— Если соревнование такое опасное, то зачем его проводить?

— Европейские министерства магии таким образом пытаются навести друг с другом мосты, — ответил Олливандер. — К тому же для Фаджа это очень важно, такое мероприятие позволит существенно пополнить бюджет Министерства и поднять престиж нашей страны на международной арене, особенно если наш чемпион одержит победу. Только ты, Колин, даже не вздумай участвовать в этом кошмаре!

— Конечно, сэр! — честно ответил я. — Даже в мыслях не было. С чего бы мне участвовать в этом мероприятии? Не самку единорога же там разыгрывают…

— Конечно, нет, — улыбнулся Олливандер. — Всего-то тысячу галеонов.

— Рисковать жизнью за пять тысяч фунтов? — презрительно фыркнул я. — Глупость!

— Турнир считается очень престижным мероприятием, а чемпионы становятся известными и весьма уважаемыми волшебниками, — произнёс мастер палочек.

— Назовите хоть одного чемпиона!

— Хм… — Олливандер нахмурил лоб, пытаясь припомнить имя «известного и уважаемого» чемпиона. Вскоре он прекратил бесплодные попытки и ухмыльнулся. — Ни одного не припомню. Всё же последний турнир был давно до моего рождения, палочек им продавать не довелось.

— Значит, не такие они известные.

* * *

Шестого августа рано утром меня разбудил не будильник, а непонятный стук. Сквозь полудрёму я не сразу сообразил, откуда доносится грохот, но когда продрал глаза, обнаружил за окном сову. К лапе её было привязано письмо, так что спутать почтовую птицу с дикой было невозможно. Пришлось запустить сову в комнату. Она тут же залетела внутрь и приземлилась на стол, перед этим взмахами крыльев разметала с него все тетрадки.

На письме аккуратным почерком синими чернилами было написано:

«Колину Криви»

Я тут же отвязал конверт от лапы почтальона и распечатал письмо.

Привет, мой хороший друг. Так скучаю по тебе сейчас. И всегда скучаю, когда ты так пропадаешь. Я знаю, что ты очень занят, учишься у мастера палочек, поэтому прекрасно понимаю, что может быть не