Ю. Апальков - Подводные лодки советского флота 1945-1991 гг. Монография, том I.

Причиной гибели корабля, стала потеря продольной остойчивости в результате постепенного поступления забортной воды в кормовые отсеки. Удержать его в надводном положении также не удалось из-за отсутствия кингстонов ЦГБ. Через шпигаты цистерн постепенно стравливался находившийся в них воздух, и лодка, постепенно потеряв запас плавучести, затонула на глубине 4500 м. Вместе с ней погибло 52 человека.

Не прошло и двух лет, как на отечественных АПЛ первого поколения произошла очередная серьезная авария, связанная с человеческими жертвами. На этот раз вновь «отличилась» К-19, как бы подтверждая репутацию несчастливого корабля. 24 февраля 1972 г., когда она в подводном положении возвращалась с боевой службы в северной Атлантике, в трюме девятого отсека произошло воспламенение прибора дожига угарного газа. Из-за нерасторопности вахтенного, первым обнаружившего возгорание, огонь охватил большое пространство, и потушить его при помощи системы ВПЛ не удалось. Отсек быстро заполнился угарным газом. Спустя 15 минут от высокой температуры лопнула магистраль системы ВВД, и давление в нем стало нарастать. Личный состав, кроме тех, кто был расписан по боевой тревоге, покинул девятый отсек. Лодка всплыла в надводное положение и легла в дрейф.

Через систему общесудовой вентиляции пожар перекинулся в восьмой отсек и стал приближаться к выгородке пульта управления реакторами. Командир дивизиона движения и один из управленцев, несмотря на задымленность, смогли сбросить их аварийную защиту. Благодаря грамотно организованной борьбе за живучесть, пожар удалось локализовать и удержать лодку на плаву, несмотря на девятибальный шторм. В 10-м отсеке оказались отрезанными 12 человек. Они находились в полной темноте, без какой-либо связи с внешним миром, с ограниченными запасами провизии и воздуха.

Сразу после получения известия об аварии, командный пункт СФ отправил в район бедствия легкий крейсер Александр Невский с резервным экипажем и группой специалистов, а также спасательное судно СС-44. Однако оба корабля попали в жестокий шторм. Спасатель выбросило на берег, а крейсер, получив многочисленные повреждения, был вынужден возвратиться в базу. Только 3 марта 1972 г. к К-19 подошел ракетный крейсер Вице-адмирал Дрозд. Несмотря на сильный шторм вертолет крейсера в нескольких рейсах смог снять с борта лодки 32 человека. Вскоре к ней подошли спасательное судно Бештау, буксир- спасатель СБ-38 и плавбаза Магомет Гад- жиев. По канатной дороге на борт буксира перевели еще 52 подводника. С борта Бештауа на К-19 передали спасательное имущество и продули ее ЦГБ.

СБ-38 смог взять лодку на буксир и 2 апреля 1974 г. в сопровождении ВПК Стерегущий и спасательного судна Агажен привести ее в базу. Уже в процессе буксировки на К-19 проводилось активное вентилирование отсеков, и когда концентрация угарного газа снизилась до относительно безопасных величин, на нее высадили свежие аварийные партии. Они смогли пробиться к 10 отсеку и спасти находившихся в нем людей, которые пробыли в полной изоляции 24 суток. В результате аварии на лодке погибло 28 человек. С целью проверки возможностей промышленности по восстановлению поврежденных кораблей, К-19 поставили в восстановительный ремонт, который провели с 15 июня по 5 ноября 1972 г. на МП «Звездочка» в Северодвинске.

Следующая авария, приведшая к гибели людей, произошла на корабле пр. 659Т. В начале августа 1980 г. К-122 вышла в очередную боевую службу на подходах к о. Окинава, где должна была сменить однотипную К-151. Характерно то, что этот поход был внеплановым. Штатный экипаж находился в отпуске, а новый набрали в спешке. Лодку вообще отправили в море без надлежащей подготовки. 19 августа 1980 г. произошло возгорание в рубке акустиков, что привело к задымлению второго и третьего отсеков. Для защиты органов дыхания в них перенесли индивидуальные средства защиты из кормовых отсеков. Возгорание быстро ликвидировали, и чтобы не всплывать в надводное положение, решили провентилировать лодку при помощи устройства РКП.

21 августа 1980 г. в Филиппинском море, во время тренировок по борьбе за живучесть, при отработке режима перевода нагрузки с НТГ одного борта на другой в седьмом отсеке раздался хлопок и повалил дым. При попытке вскрыть щит НТГ правого борта из него вырвалось пламя, о чем немедленно было доложено в ЦП. Все попытки погасить огонь при помощи ВПЛ результатов не принесли. Седьмой отсек мгновенно заполнился дымом. Фреон в него не подавался восемь минут. Когда все же последовало разрешение эвакуировать личный состав седьмого отсека и пульта управления ГЭУ (он примыкал к аварийному отсеку), огонь дошел до патронов регенерации и цистерны топлива аварийного ДГ. Фреон, поданный с опозданием из третьего и девятого отсеков, также не смог остановить пожар. Мало того, началось стравливание ВВД в аварийный отсек ВВД и через трубопроводы стационарной корабельной дозиметрической установки, находившейся все в том же седьмом отсеке, произошло задымление четвертого, пятого, шестого, а также восьмого отсеков.

Вскоре лодка потеряла ход. Сработала аварийная защита реакторов, но из-за потери электропитания компенсирующая решетка не дошла до концевиков. Возникла угроза радиоактивной опасности. К-122 была вынуждена всплыть в надводное положение. Практически сразу попытались эвакуировать личный состав восьмого и девятого отсеков через кормовой входной люк. Однако избыточное давление в отсеке поджало кремальеру его верхней крышки, который так и не удалось отдраить. Для девяти человек не хватило индивидуальных средств защиты органов дыхания – после пожара 19 августа они находились в центральных отсеках. Тогда по предложению мичмана В. Белявцева лодке придали дифферент на нос, чтобы наружные крышки кормовых ТА вышли из воды. Затем В. Бе- лявцеву их удалось открыть, что позволило сравнять давление в девятом и восьмом отсеках с забортным давлением и открыть верхнюю крышку кормового входного люка. Сам В. Белявцев погиб от отравления угарным газом. Всего на палубу надстройки удалось вывести 48 человек и вынести девять тел погибших. Еще пять человек сочли пропавшими без вести.

К этому моменту все отсеки корабля (кроме носового) оказались загазованными, отсутствовало электропитание, и как следствие, освещение и радиосвязь. Пришлось воспользоваться сигнальными ракетами. Вскоре к К-122 подошел британский газовоз Garry, с которого на лодку доставили питьевую воду, продукты питания и медикаменты. Воспользовавшись радиостанцией британского судна, в Москву и Владивосток передали сообщение о случившемся.

55* Глубоководное погружение К-3 осуществлялось в Белом море в Кандалакшском заливе в районе полуострова Турий с глубинами моря 327 м. Во время их проведения лодка погрузилась на глубину 310 м.

56* 3аместитель Главкома Начальник подводного плавания ВМФ.

57* Первые две партии, составленные из добровольцев, не смогли проникнуть в аварийные отсеки из-за угрозы упасть в обморок при виде обезображенных огнем трупов. Пришлось посылать в них корабельного врача майора И.А. Мазюк, который самостоятельно, без какой-либо страховки, выполнил все необходимые мероприятия.

58* Пластины системы регенерации воздуха изготовляли из перекисных соединений щелочных ме- тАПЛов. Их размещали в специальных установках. Соприкасаясь с влажным воздухом, эти пластины активно выделяли кислород и поглощали углекислый газ. При попадании на пластины регенерации любой органики, в том числе и веретенного масла, они мгновенно воспламенялись.

59* По другим данным аварийная защита реакторов сработала из-за выхода из строя силовой сети.

60* Для всех собравшихся в восьмом отсеке не хватало аппаратов изолированного дыхания (ИДА-59 и ИП-46). Этот отсек задымлялся не только через общесудовую систему вентиляции, но и через выгоревшие стаканы кабельных трас и сальники линий валов. Понимая, что единственный путь к спасению был возможен через комовой входной люк, те, кто был включен в изолирующие аппараты, пытались снизу его открыть. Но по ошибке они стали вращать кремальеру не в ту сторону, что и предопределило столь долгое время, потребовавшееся на открытие кормового люка.

61* Корабельный врач A.M. Соловей, видя, что его пациент, прооперированный днем раньше, погибает от удушья, передал ему собственный ИДА-59 и после этого погиб.

Аварийная К-122 перед буксировкой в базу

Для приведения в безопасное состояние реакторов обоих бортов было решено отдраить специальный съемный лист шестого отсека и заглушить их вручную. С большим трудом удалось отдать гайки съемного листа и переместить его в сторону. После этого компенсирующие решетки вручную были опущены на нижние концевики, заглушив реакторы.