Деннис Пишкевич - Вернер фон Браун: человек, который продал Луну

Фон Браун, написав статью, несколько раз перерабатывал ее в начале октября 1969 года после полета «Аполлона-11». Он определил широкую и далеко идущую программу, включавшую завершение исследования Луны с помощью корабля «Аполлон», посылку роботов для взятия проб на планетах, запуск спутников для связи и для наблюдения за земной поверхностью, космический корабль многократного использования, станции на околоземной орбите и экспедицию человека на Марс. Фон Браун благоразумно не указывал временных сроков или затрат, необходимых для выполнения этих программ. Он закончил статью, проведя параллель между НАСА и португальским принцем Генрихом Мореплавателем (1394–1460). Генрих обессмертил свое имя, создав обсерваторию и первую школу навигаторов в Европе. Он также внес вклад в развитие кораблестроения и исследование западного побережья Африки. После его смерти исследования были продолжены и привели к открытию мыса Доброй Надежды, Индийского океана и нового торгового пути на восток.

Фон Браун завершил рукопись своей статьи словами:

Генриху Мореплавателю пришлось бы туго, если бы его попросили дать рациональное объяснение своим действиям или предсказать, как окупится его программа исследований. Он совершил акт веры, и мир стал богаче и краше благодаря ему. Исследование космоса — это вызов нашего времени. Если мы поверим в него и продолжим его, мы будем вознаграждены.

Похоже, что фон Браун видел себя современным Генрихом Мореплавателем, хотя публично он отдал эту роль НАСА.

В конце 1970 года у Райана был окончательный вариант рукописи, который он представил для одобрения редактору. Прочитав рукопись, главный редактор принял решение не печатать статью, почувствовав, что она не соответствует настроению и интересам читателей. Райан ответил запиской, которая показывала его собственные опасения. Он писал: «Как ни цинично это может выглядеть, но общее настроение в нашей стране не очень благоприятствует большим расходам на космическую программу. Фон Браун, что бы он ни говорил, хотел бы продолжать тратить деньги, как пьяный моряк, ведь, в конце концов, космос и его исследование — это то, чему он посвятил жизнь». Райан заканчивал записку своему боссу обещанием пригласить фон Брауна в один из лучших ресторанов Нью-Йорка, «заглянуть в его голубые тевтонские глаза, вложить в его руку стакан с выпивкой» и как можно мягче объяснить, что «Ридерс дайджест» не напечатает его новый космический план.

Тринадцатого февраля 1969 года одним из первых действий Ричарда Никсона в качестве президента стало учреждение Специальной комиссии по космосу, которая должна была определить долговременные цели в исследовании космоса и одобрить последовательную долгосрочную космическую программу. Следуя традиции, хотя и недавно установленной, он назначил вице-президента Спиро Агню главой группы, в которую вошли новый администратор НАСА Томас Пейн, советник президента по науке Ли Дюбридж и министр ВВС Роберт Симанс. От комиссии нельзя было ожидать слишком много, поскольку, по словам Томаса Пейна об Агню, «его интерес к программе заключался в основном в игре в гольф с астронавтами». Тем не менее под руководством Агню комиссия выполнила свою задачу. В день, когда «Аполлон-11» отправился к Луне, Агню, говоря от имени комиссии, определил в качестве новой цели страны высадку человека на Марс до 2000 года. Предложение Агню было эхом призыва Кеннеди совершить посадку на Луну до конца десятилетия. В сентябре 1969 года Специальная комиссия по космосу предложила три возможных варианта будущей космической программы Соединенных Штатов:

• Программа с затратами 8–10 миллиардов долларов в год, включающая экспедицию людей на Марс, космическую станцию на селеноцентрической орбите и станцию на околоземной орбите с персоналом 50 человек, обслуживаемую паромом многоразового использования, или космическим челноком.

• Промежуточная программа, обходящаяся меньше чем в 8 миллиардов долларов в год, включающая экспедицию на Марс.

• Относительно скромная программа с бюджетом от 4 до 5,7 миллиарда долларов в год, в которую входят космическая станция на околоземной орбите и космический челнок, связывающий ее с Землей.

Для сравнения следует напомнить, что давняя программа «Меркурий» обошлась в 392 миллиона долларов, последующая программа «Джемини» стоила 1,6 миллиарда долларов, а весь бюджет программы «Аполлон» составил 24 миллиарда долларов. Самый дорогой вариант программы обошелся бы в 8–10 миллиардов в год, что было не намного больше 6,8 миллиарда, которые НАСА и другие ведомства расходовали на космические программы в 1964 году, когда работы по программе «Аполлон» велись наиболее активно. (Критики, однако, подчеркивали, что «Аполлон» обошелся в 120 долларов каждому жителю Соединенных Штатов, включая детей, хотя затраты и были растянуты на десятилетия.)

Вернер фон Браун должен был быть доволен: Специальная комиссия по космосу рекомендовала следовать программе исследования космоса, которую он впервые изложил в статьях, напечатанных в журнале «Кольерс». После объявления этих рекомендаций будущее космических исследований стало выглядеть более светлым. Программа была представлена президенту его собственным вице-президентом. Что могло помешать?

Ракетно-космический центр Алабамы, позднее переименованный в Ракетно-космический центр Соединенных Штатов, открылся в 1970 году в значительной степени благодаря пропаганде фон Брауна и его помощи в приобретении экспонатов для выставки. Ракеты, которые уже находились в Центре космических полетов имени Дж. Маршалла и в Редстоунском арсенале, были просто перевезены на соседний участок, ставший Ракетно-космическим центром. Фон Браун хотел, чтобы центральным экспонатом выставки стал корабль «Сатурн-5/Аполлон». Различные компоненты и ступени корабля были рассеяны по стране, и фон Браун придумал, как собрать их вместе. Он объявил, что компоненты необходимы для обучения персонала их транспортировке по суше. Учебный маршрут составлял дистанцию в 3 км от Центра космических полетов имени Дж. Маршалла до Ракетно-космического центра. Тренировочная программа была завершена, как только компоненты корабля «Сатурн-5/Аполлон» были доставлены в Ракетно-космический центр, который согласился хранить их, не взимая за это плату с НАСА.

После открытия Ракетно-космического центра к нему добавился Космический лагерь стоимостью в 4,5 миллиона долларов, место, где студенты, учителя и любители приключений испытывали ощущения, подобные тем, какие испытывают астронавты в космосе. Оборудование лагеря включает центрифугу, которая подвергает 46 пассажиров утроенной силе тяжести, совершая вращение под куполом планетария, и «Выстрел в космос», запускающий 12 пассажиров в ракете вверх по башне высотой 55 м, подвергая их четырехкратной силе тяжести. Понятно, что Ракетно-космический центр претендует на роль главного центра туризма в Алабаме. Многое из того, что предлагается туристам в Ракетно-космическом центре и Космическом лагере, имеет своим истоком концепции, впервые опробованные Вернером фон Брауном и Уолтом Диснеем в Диснейленде в середине 1950-х годов.

Есть немалая доля иронии в том, что Уолт Дисней создал второй свой парк развлечений менее чем в 96 км от космического центра имени Джона Кеннеди во Флориде — места старта всех пилотируемых полетов американской космической программы. Во время открытия «Мира Уолта Диснея» в октябре 1971 года главным разделом был «Туморроуленд» («Страна будущего»). Поскольку в то время полеты ракет на Луну были почти рутинным делом, Дисней совершил прыжок в будущее с помощью аттракциона «Полет на Марс». Через три года «Полет на Марс» заменил «Ракету к Луне» в Диснейленде, расположенном в Анахайме, штат Калифорния. «Страна будущего» Диснея стала музеем фантазии, подобно Ракетно-космическому центру фон Брауна.

Ко времени, когда «Аполлон-11» в 1969 году отправился к Луне, стало ясно, что Центр космических полетов имени Дж. Маршалла выполнил свою миссию и не имеет значительных проектов на будущее. Администратор НАСА Томас Пейн понимал это и видел, что директор Центра фон Браун мог либо остаться без значительного дела в Хантсвилле, либо помочь ему выработать будущий курс НАСА в штаб-квартире в Вашингтоне.

Предшественник Пейна Джеймс Уэбб сознательно старался, чтобы фон Брауна поменьше видели в Вашингтоне. Он беспокоился, что возникнут серьезные возражения против участия бывшего нациста в выработке политики НАСА со стороны лиц, пострадавших во время войны.

Пейн не разделял его беспокойства. Он говорил:

Я полагаю, большинство людей чувствуют, что у него было чертовски неудачное прошлое, и никто не любит нацистов, но он по-своему расплатился с долгами. Он на самом деле помог нам добраться до Луны, создав «Сатурн-5», и показал себя достойным гражданином нашей страны. Если мы не можем простить и забыть, то вежливость не позволяет нам устраивать постыдные разборки.