Павел Ощепков - Жизнь и мечта

Трудности, с которыми встречается новатор, изобретатель, самостоятельно начинающий мыслить молодой человек, исследователь, общеизвестны. По этому поводу написано немало книг, статей, пьес, создано кинофильмов. Но это зло у нас еще есть. Оно пришло к нам вместе с остатками капиталистического общества, вместе со всеми теми пережитками в сознании людей, которые так трудно вытравить. Объясняется оно и психологически, о чем я еще скажу.

В нашем обществе нет конкурирующих частнокапиталистических фирм, заинтересованных в одних новшествах и совершенно- не заинтересованных в осуществлении других. В принципе у нас не может быть борьбы человека с человеком за право на труд, за обеспеченную старость и т. д. Уже одно это должно было бы погасить у нас чувства зависти, боязни за свое место. Если кто-то другой сделает хорошее дело, внесет лучшее предложение, окажется более способным и т. д., это должно бы порождать (и со временем будет порождать) только чувство гордости за свою страну; любое продвижение по пути технического прогресса и развития науки есть наше общее дело, оно составляет наше коллективное достояние.

Так должно быть. Но старое, отживающее, в том числе и пережитки в сознании людей, очень цепко. По бесчисленным и часто невидимым и неуловимым каналам оно подкрадывается к новому, мешает его победоносному шагу, а творцам нового наносит психологическую травму.

139

Надо терпеливо и бережно выращивать ростки нового, ухаживать за молодыми порослями, вовремя их поддерживать, удобрять почву, на которой они растут, и безжалостно выпалывать все сорняки, которые мешают расти новому, прогрессивному.

Бывает, что новатор в своей деятельности сталкивается с рутиной и косностью. И это происходит часто совсем не оттого, что работник, к которому он обращается, по природе своей враг всему новому. Нет, есть и другая, более глубокая причина. Вся беда в том, что человек, однажды усвоивший какую-нибудь новую или уже общепринятую истину, так сживается с ней, что с некоторого времени сам становится ее пленником.

Состояние таких людей можно характеризовать словами Маркса: «Идеи, которые овладевают нашей мыслью, подчиняют себе наши убеждения. Это узы, из которых нельзя вырваться, не разорвав своего сердца».

Но есть и такие руководители научных, конструкторских и производственных организаций, которые считают, что все вопросы технического прогресса могут быть решены силами штатных сотрудников в рамках структурных, внутри сложившихся уже организаций. Однако они забывают, что любая организация всегда отяжелена грузом предыдущей работы. Груз этот — накопленный опыт — помогает быстрее решать встретившиеся вопросы, но в то же время он мешает поиску принципиально нового. В этом сказывается как бы единство и противоположность этого понятия.

Сергей Иванович Вавилов очень хорошо понимал эту сторону вопроса, и именно поэтому он так много сил отдавал работе добровольных научно-технических обществ. Будучи уже президентом самой большой в мире академии наук — Академии наук СССР, стоя у руля официальной науки, он тем не менее в 1946 г. выступил инициатором создания у нас в СССР Научно-технического общества приборостроительной промышленности.

На заседании организационного комитета этого общества 20 декабря 1946 г. он говорил:

— Надо в общество вовлечь побольше людей, а эти люди есть у нас на заводах, в конструкторских бюро и в большом количестве в научно-исследовательских организациях. Есть крупные специалисты, есть талантливые люди, которых можно и нужно привлечь. Такое общество могло бы сделать очень многое.

В течение нескольких лет, вплоть до 1973 г., я возглавлял это общество и хорошо понимаю, как далеко видел Сергей Иванович, как глубока его прозорливость.

140

Научно-технические общества могут служить и служат действенной формой организации творческой инициативы и деятельности инженерных и научных сил в целях дальнейшего развития промышленности, в частности приборостроения.

Ценя личные заслуги Сергея Ивановича Вавилова в организации и последующей плодотворной работе этого общества, на его VI Всесоюзном съезде (в январе 1973 г.) обществу было присвоено имя Вавилова. Теперь оно носит название — Научно-техническое общество приборостроительной промышленности имени академика С. И. Вавилова.

С. И. Вавилов придавал огромное значение творческой инициативе масс. Он отлично понимал, что нельзя решить все вопросы технического прогресса в рамках официальной науки, что в стране выросли и накопились силы, способные более смело и широким фронтом решать сложные научно-технические проблемы.

Общественная форма привлечения творческой инициативы по сути своей более независима и более демократична. Возможно, настанет такое время, когда наши многочисленные научно-технические общества составят единую Общественную академию наук, работающую с небывалым массовым творческим порывом.

Порой даже весьма ответственные технические и научные руководители делают иронические замечания в адрес тех, чьи головы обуревают идеи: дескать, «в воздухе носится» очень много всяких идей и мыслей, и мы не успеваем их осуществлять, а тут еще и вы придумываете все новое и новое...

Может быть, они правы? Конечно, нет! Все в жизни течет и развивается — то, что сегодня ново, завтра станет старым, а новейшее будет лучше нового. Если по какому-либо конкретному техническому вопросу есть две, пять, даже десять новых идей, то надо суметь выбрать из них лучшую, а может быть, отыскать и одиннадцатую, еще более совершенную. Пределов в научном и техническом творчестве нет и быть не может.

141

Но как же все-таки в таком случае действовать молодому новатору, молодому изобретателю? Чем он должен руководствоваться? И можно ли найти такие критерии, которые позволили бы правильно оценить смысл и ценность, своего творчества и тем самым обеспечить выигрыш во времени и средствах? Я уверен, такие критерии можно найти. Приведенные выше пять принципов служат той же цели, они могут помочь некоторым нашим новаторам избежать многих трудностей на своем пути.

В предыдущих главах я рассказывал, как зародилась в нашей стране идея радиолокации и как успешно она претворялась в жизнь. Здесь я еще раз хочу остановиться на этом открытии, с тем чтобы показать, что идея радиолокации родилась у нас не в результате случайного вдохновения, не как стихийное усовершенствование, а как закономерный итог творческого применения марксистского диалектического метода к анализу задачи и возможных средств ее разрешения. История открытия техники этого рода может наглядно и убедительно проиллюстрировать практический смысл перечисленных выше пяти принципов.

Теперь уже со всей определенностью можно говорить о том, что постановка задачи об использовании электромагнитных волн для целей обнаружения самолетов была своевременной и определялась вполне конкретными потребностями.

Развитие этой проблемы было описано. Здесь можно только подчеркнуть, что новое средство обнаружения, основанное на применении электромагнитных волн, возникло как результат логического использования научной методологии в практике решения подобных задач.

Тогда еще не были конкретно сформулированы те пять принципов, о которых здесь говорится, но процесс нахождения нового решения этой задачи в точности соответствовал изложенным принципам. Сначала следовал анализ задачи с точки зрения ее своевременности и потребности в ней. И, как было показано, этот анализ однозначно приводил к тому, что задача и своевременна и необходима. Нужно было проанализировать ее с точки зрения правомерности на основе законов природы, в первую очередь законов физики. Так было определено, что электромагнитные волны могут оказаться в этом случае не только единственно возможными, но и наиболее эффективными. Дальше была проведена проверка возможностей технического осуществления на современном уровне развития науки и техники и выбран головной, или отправной, эксперимент. Эксперимент подтвердил основную идею и тем дал возможность развивать работу.

142

Теперь мы знаем, что идея радиолокации не только решила возложенную на нее задачу, но и оплодотворила многие другие разделы современной физики, радиоэлектроники и радиотехники.

Конечно, одним примером нельзя исчерпать многообразие творчества. Жизнь гораздо богаче любых, даже самых совершенных схем. И мне хочется привести еще один пример того, как продуманный анализ задачи привел к открытию принципиально нового метода в области производства тонких и сверхтонких металлических нитей. Я имею в виду микропроволоку, метод получения которой связан с именем профессора Алексея Васильевича Улитовского.

Конечно, и в этом случае можно было бы пойти к цели по пути дальнейшего усовершенствования обычных способов протяжки прутков в проволоку через последовательно уменьшающиеся отверстия — фильеры. Этот процесс хорошо известен, и он тоже дает возможность получать все более тонкие проволоки. За последние годы по этому процессу также получены неплохие результаты.