Евгений Шанихин - Глубоководные аппараты (вехи глубоководной тематики)

Ю.М.Коновалов – конструктор АПЛ для освоения океана

П. И. Андреев – ведущий конструктор – корпусник

Для этого бюро держало на заводе- строителе оперативную группу конструкторского сопровождения, возглавляемую одним из заместителей главного конструктора проекта. Эта же группа технической помощи заводу-строителю вместе с проектным отделом бюро вела весовой контроль по каждому строящемуся на заводе объекту и ежеквартально представляла главному конструктору проекта сводку' изменений весовой нагрузки.

Изменения приводили к необходимости неоднократного перевыпуска трудоемких чертежей установки оборудования, прокладки кабеля и связанных с ними расчетов.

Замена чертежей и выпуск новых, естественно, отрицательно сказывались на темпах постройки, особенно когда изменения касались уже выполненных заводом работ. Но такова судьба опытных объектов! Заводские строители это понимали и, в конечном счете, после препирательств и нервотрепки на еженедельных диспетчерских совещаниях у директора завода, переделки принимали к исполнению.

Но главным бичом строительства были затяжки в поставках комплектующего оборудования. Ведь практически все делалось новое, "опытное" и поставлялось на завод по договорам с ЦПБ "Волна", а научно-исследовательское оборудование – по договорам с ГУНИО, после проведения междуведомственных испытаний. Испытания эти не всегда проходили гладко. Зачастую междуведомственная комиссия возвращала на доработку опытные образцы, и заводу- строителю приходилось простаивать. В результате "крайним" оказывался главный конструктор проекта. Сроки строительства опытных "Поиска-2" и "Поиска-6" контролировались оперативной группой ВПК, и за их срыв виновникам доставалось немало.

Если "рыбацкие" заказы – "Север-2” – были обеспечены штатными судами- носителями, то военные заказы – "Поиск-2" и "Поиск-6" – к началу 70-х гг., находясь в стадии строительства, еще не имели даже технических проектов таких судов. Точнее, по штатному судну-носителю ГА "Поиск-2" – спасательному судну "Осьминог” проекта 537 – Западное ПКБ разрабатывало только эскизный проект, а штатное судно-носитель ГА "Поиск-6” – экспедиционное судно "Лангуст" проекта 545 – еще не имело утвержденного ТТЗ. Это не могло не беспокоить главного конструктора проекта ГА и главных наблюдающих от ВМФ.

В связи с отставанием проектирования и строительства судов-носителей заказчиком принимались робкие меры по обеспечению хотя бы сдачи и опытной эксплуатации "Поиска-2" и "Поиска-6".

В конце 1969 г. было принято решение о модернизации судоподъемного судна (СПС) "Коммуна" постройки еще 1915 г. под судно-носитель опытного "Поиска-2" на Севастопольском морском заводе по тактико-техническому заданию ГУК ВМФ.

В середине следующего года, по директиве ГШ ВМФ, в Севастополе работала комиссия из представителей флота и промышленности, которая рассмотрела условия базирования "Поисков" на Черноморском флоте и представила рекомендации по составу временных средств и сил обеспечения сдачи и опытной эксплуатации этих ГА. В них же комиссия дала обоснование целесообразности проведения испытаний этих ГА на Черном море. А в начале 1971 г. аналогичная комиссия, работавшая на Тихоокеанском флоте, рассмотрела условия базирования "Поиска-6" в Петропавловске-Камчатском и представила рекомендации по составу временных средств и сил базирования и обеспечения опытной эксплуатации батискафа в бассейне Тихого океана.

Рекомендации комиссий стали основанием ряда совместных решений ВМФ и Минсудпрома по строительству и переоборудованию временных судов-носителей и плавучих средств обеспечения испытаний и опытной эксплуатации ГА "Поиск-2" и "Поиск- 6" на Черноморском и Тихоокеанском флотах, а также по береговым средствам обеспечения их базирования. Вот во что вылилось отсутствие единого главного конструктора комплекса "ГА + судно-носитель" и промедление заказчика с созданием последних.

Но это еще не все. Этими решениями была признана необходимость улучшения мореходных качеств "Поиска-6" для его буксировки в открытом море к месту погружения, что вызвало переделку ряда систем и устройств. Это привело в 1971 г. к корректировке технического проекта 1906 и рабочей конструкторской документации уже находящегося в постройке ГА "Поиск-6".

Выполненные проработки по временным судам обеспечения сдачи и опытной эксплуатации показали, что мореходные качества комплекса "ГА "Поиск-2" + СПС "Коммуна" недостаточны, поскольку спускоподъемные операции на нем возможны только при волнении до двух баллов, а прием на борт и спуск на воду ГА "Поиск-6" временными плавсредствами в открытом море невозможен, необходима его буксировка к месту погружения и обратно в базу, что значительно ограничивает возможности его оперативного использования.

К началу 1974 г., благодаря усилиям "творческой мастерской", в специализациях бюро и базовых институтах отрасли появились специалисты-глубоководники, освоившие специфику тематики, способные развивать теорию и практически внедрять ее в новые проекты. В бюро возрождалась школа глубоководного проектирования, и носителями ее стали "опорные пункты" глубоководной тематики – специализированные сектора и отделы производственных специализаций, их конструкторы, проводившие под руководством главных конструкторов специализаций работы с контрагентами и заводом-строителем.

Большой объем работы проводился "творческой мастерской" не только на предприятиях-поставшиках комплектующего оборудования, но и в их министерствах по своевременной поставке этого оборудования.

Все работы в бюро, на заводе-строителе и у контрагентов проводились в тесном контакте с наблюдением и приемкой ВМФ. Все начинания "творческой мастерской" по совершенствованию эксплуатационно-технических элементов ГА, как правило, находили поддержку командования институтов ВМФ и военной приемки на местах. С другой стороны, все без исключения дополнительные требования заказчика по обеспечению надежности и безопасности принимались "творческой мастерской" к неукоснительному исполнению. Следует отметить, что к этому времени уже были назначены экипажи опытных аппаратов "Поиск-2" и "Поиск-6”, с которыми "творческая мастерская" также нашла общий язык и взаимопонимание, чутко прислушиваясь к их предложениям и замечаниям по размещению комплектующего оборудования на ГА.

Глубоководная тематика подводного кораблестроения набирала силы. В бюро уже разворачивались работы по проектированию глубоководных обитаемых технических средств освоения океана 2-го поколения, однако их сдерживало отсутствие собственной экспериментальной испытательной базы. Постановлением Правительства в октябре 1972 г. была подтверждена необходимость ее создания. Бюро были выделены земельные участки в Ленинграде (на Московском шоссе) и в районе Приморска (Ленинградская область) и необходимые фонды для строительства этих баз. К концу 1973 г. была разработана и согласована необходимая проектная и архитектурная документация для их строительства.

К началу 1974 г. в бюро развернулись работы по глубоководным техническим средствам 2-го поколения. В рамках тем "Жемчуг" и "Глубина" под руководством И.Б.Михайлова был разработан эскизный проект 952 глубоководной лодки с корпусом из стеклопластика, а под руководством Ю.К.Сапожкова -эскизные проекты 1847 и 1848 глубоководных обитаемых аппаратов с корпусами из стеклопластика и эскизный проект 1841 глубоководного обитаемого аппарата с корпусом из титанового сплава.

По 1-му поколению подводных обитаемых технических средств освоения океана продолжались работы по обеспечению строительства на Ново- Адмиралтейском заводе опытных ГА "Поиск-2", "Поиск-6” и модернизации опытного ГА "Север-2” главного конструктора Ю.К.Сапожкова, подводных аппаратов "Тетис", "Тинро-2" и ПБЛ "Бентос" главного конструктора И.Б.Михайлова, ПБЛ проекта 1840 и серии сверхмалых подводных лодок – носителей легководолазов "Тритон- 1М" и "Тритон-2" главного конструктора Е.С.Корсукова.

К работам по этой тематике привлекалось все больше конструкторов, и ее объем составил около 70 % от общего объема работ бюро. Традиционная тематика бюро постепенно замещалась глубоководной, но над последней сгущались грозовые облака.

Минсудпром, отдавая дань моде, принялся за укрупнение своих предприятий. Создавались мощные объединения, в которые зачастую сводились предприятия с разным уровнем производства, выпускающие разнородную продукцию. Эта компания в стране не всегда давала положительные результаты. Под эту "метлу" попала и глубоководная тематика, а у руководства бюро не хватило решительности противостоять волюнтаризму министерства.

"Отцы-командиры" Минсудпрома, опять "келейным" способом, без учета мнения основных руководителей работ – главных конструкторов проектов, решили объединить ЦПБ "Волна" с СПМБМ, по-видимому, из-за общего здания, где те размещались. Другую причину найти трудно – они же сами ориентировали ЦПБ "Волна" на проектирование глубоководных обитаемых технических средств освоения океана, а СПМБМ – на проектирование боевых многоцелевых атомных подводных лодок (АПЛ). Уж если объединять в интересах дела, так надо было объединять проектантов со строителями, как это было сделано в авиакосмической отрасли. К примеру, ЦПБ "Волна" с Ново-Адмиралтейским заводом!