Когда я закрываю глаза, я вижу тебя - Франке Урсула

Если клиент высоко держит голову и напрягает шею или затылок: «Немного наклоните голову вперед и опустите подбородок».

Это движение, к которому мы возвращаемся в процессе дальнейшей работы.

Если клиент стискивает зубы: «Приоткройте рот и сделайте глубокий выдох». Или: «Немного опустите челюсть и расслабьте язык».

Чтобы отработать выдыхание и чтобы постоянно напоминать об этом клиенту, каждое свое указание вы можете начинать со слов: «Делая сейчас глубокий выдох, еще немного уступите (почувствуйте... позвольте себе...)».

Если клиент все время забывает дышать, не воспринимает свое дыхание или не может его описать, помогите ему словами: «Положите руку на грудь» (или на сердце, в зависимости от того, какая формулировка вам больше нравится), «чтобы вы могли чувствовать движение, когда вы вдыхаете и выдыхаете».

Возможно, к этому жесту мы тоже будем возвращаться в процессе расстановки.

Пока клиент сосредоточен на своем расслаблении, нам, терапевтам, предоставляется хорошая возможность внимательней понаблюдать за выражением его тела, позой и моделью дыхания. Это дает нам информацию о его физических стратегиях преодоления и моделях напряжения, которые, являясь хронифицированными моделями реакции, стесняют клиента и могут накладывать отпечаток на те участки его тела, которые затронуты этим в первую очередь. Эта информация может послужить основой для наших дальнейших интервенций.

В начале сессии я собираю подробный анамнез, чтобы вопросами о произошедших в семье событиях не прерывать зачастую медитативное состояние клиента во время расстановки и не отвлекать его от внутреннего образа. Тогда в большинстве случаев я уже располагаю всей важной информацией и могу строить первые гипотезы, чтобы расстановка протекала в их русле. Полезно постоянно — на вербальном или невербальном уровне — находиться в контакте с клиентом. Клиент описывает свои внутренние образы, а терапевт в это время наблюдает, как клиент участвует в них физически, о чем говорит его поза, движения, импульсы, какие чувства он выражает.

Иногда клиент громко или тихо разговаривает с отцом, матерью, умершим братом, наклоняется в сторону, к кому-то прислоняясь, или он совершает те движения, которые в данный момент себе представляет. Некоторые клиенты осуществляют реальный поклон, даже если я предложила им просто себе это представить. Или они говорят: «Теперь я хочу попробовать сделать это по-настоящему» и встают, чтобы поклониться.

Если вам что-то помешало и вы вынуждены прервать сессию, это не значит, что вы ее обрываете, клиент может и дальше оставаться в своем процессе. Если он находится в хорошем внутреннем образе, вы можете сказать ему: «Оставайтесь в своем образе. Я сейчас вернусь». Если клиент занят процессом своего дыхания: «Продолжайте спокойно и глубоко выдыхать и наблюдайте за тем, как вы при этом физически себя чувствуете». Тогда внимание клиента остается сосредоточенным на его внутренних процессах.

Расстановки с фигурами

Индивидуальные расстановки при помощи фигурок «Playmobil» я наблюдала у Зиглинды Шнайдер, и эта работа произвела на меня большое впечатление. Терапевт сидит напротив

клиента, а между ними стоит низкий стол размером 60 х 60 см. Фигурки делятся на мужчин, женщин, детей и отличаются цветом волос и одеждой. Преимущество этого метода состоит в том, что на маленькой по площади поверхности можно очень конкретно изобразить сложную семейную ситуацию с большим количеством участников. Кроме того, на столике хватает места для нескольких семейных систем, т. е. для родительской и нынешней семьи, между которыми можно установить отношения.

Из множества фигурок клиент выбирает подходящие и расставляет их на столе также, как в расстановке с заместителями. Терапевт вместе с клиентом смотрит на расстановку и проговаривает с ним ситуации и динамики. Сидя напротив клиента, терапевт хорошо видит его реакцию и может учитывать эту информацию.

Переход от изображения к представлению здесь происходит плавно. Терапевт может называть динамики, предлагать фразы для отдельных персонажей и проверять их действие на клиента, чтобы на этой основе разработать следующие шаги.

Как описывается далее, переход от визуального восприятия к внутренним образам происходит легко, точно так же легко в процесс вплетается закрепление опыта на физическом уровне.

Пример:

Клиентка пришла на терапию в связи с проблемами в браке. По ее словам, муж перестал испытывать к ней интерес, и, в общем-то, он прав, поскольку ей очень трудно выказывать и давать ему ту любовь, которой он заслуживает. И все-таки она очень страдает из-за того, что он больше за ней не ухаживает и, по всей видимости, собирается расторгнуть отношения. Своего предыдущего друга, с которым они прожили вместе много лет, она потеряла точно так же, и теперь она чувствует себя беспомощной и не знает, что ей делать. Терапевт попросила клиентку выбрать две фигурки: одну для мужа и одну для нее самой. Клиентка поставила их напротив, но на большом расстоянии друг от друга. Фигурка жены стояла несколько отвернувшись и слегка наклонившись вперед, так что муж не попадал в ее поле зрения. Даже поза игрушечной фигурки точно совпадала с тем, о чем говорила клиентка. Терапевт высказала свою гипотезу: по этому образу можно предположить, что в родительской семье клиентки произошло нечто очень существенное. Так же, как в расстановках в группе, взгляд фигуры в пол означает, что кто-то слишком рано умер и забирает все внимание на себя. Клиентка заплакала и рассказала о ребенке — ее старшем брате или сестре — который родился недоношенным и умер.

Терапевт предложила сначала заняться этой динамикой в семье клиентки и отставила фигуру мужа подальше. Клиентка согласилась. Умершего ребенка положили туда, куда смотрела фигура клиентки, также в расстановку была включена их мать. Терапевт описала вероятные чувства матери при виде умершего ребенка (горе, боль, отчаяние) и чувства клиентки (страх быть покинутой или тоже умереть, горе). Клиентка согласно кивала. Она была очень взволнована и плакала. Но мать она по-прежнему практически не чувствовала, хотя видела ее фигуру рядом со своей. Тогда терапевт расспросила клиентку об истории семьи ее матери. Она включила в расстановку фигуры для ее погибших во время бомбардировки родителей и еще нескольких членов семьи и объяснила клиентке динамики связи, следования и перенятия. Она описала, как, наверное, чувствовала себя мать, когда осталась в живых: «Вы можете себе представить, как ваша мама тогда...» Она вложила в уста матери такие слова в адрес ее умерших родителей: «Я бы так хотела быть с вами, мне вас так не хватает. Часть меня ушла вместе с вами...», и затем в адрес дочери, клиентки: «Я бы хотела быть тебе хорошей матерью. Мое сердце не здесь...» Так пришло понимание причин, приведших к тому, что мать внутренне закрылась и потому не была доступна для дочери. Эта модель внутреннего ухода и желание большей близости соответствовали той структуре, которую клиентка реализует в отношениях с мужем: «Я бы хотела быть тебе хорошей женой. Мое сердце не здесь, оно с моей мамой и ее погибшими родными...»

При этих словах клиентка разрыдалась. Терапевт подошла к ней и обняла ее за плечи. «Сейчас я замещаю твою мать. Представь себе, что ты ребенок пяти-шести лет. Ты прислоняешься к ней, и она тебя держит». Здесь терапевт работает с двумя разными динамиками: через расстановку — с системным переплетением и через телесный контакт и регрессию клиентки — с прерванным движением любви.

Клиентка, рыдая, вцепилась в терапевта, потом на глазах успокоилась и, наконец, затихла. Терапевт снова села напротив,

повернула фигурку клиентки спиной к ее родителям и несколько отклонила ее назад. Когда затем терапевт поставила фигуру мужа напротив клиентки, та смогла четко и энергично повторить предложенные терапевтом фразы. Она была довольна и испытывала облегчение.

Эти разрешающие фразы, которые помогают подвести клиентов к их чувствам, дают позитивное описание симптоматики и динамик, а также расширяют перспективу, включая в нее предыдущее или еще более ранние поколения. Возможность видеть фигуры и визуализация процессов поддерживает внутренние образы.