Письма от женщин, которые любят слишком сильно - Робин Норвуд

чудом мне удалось найти правильные слова, чтобы не вызвать у Дэйва ни подозрений, ни гнева, и он согласился пойти один. Когда он ушел, я уложила Патрика спать и прилегла на диван, чтобы вздремнуть.

(Прежде чем продолжить, должна сказать, что я вовсе не религиозная фанатичка. Когда я была в реабилитационном центре, я вновь начала обращаться к Богу благодаря помощи чудесного священника, который там работал, однако тогда мое представление о Боге мало чем отличалось от представления о Нем у маленького ребенка. Каждый вечер я просто молилась о том, чтобы воля Его была исполнена в моей жизни, это и была вся моя религиозность.)

Когда я проснулась, предчувствие того, что вот-вот произойдет нечто важное, было настолько сильным, что мне стало страшно. Нечто подобное я переживала и раньше, и каждый раз такое предчувствие возникало у меня перед каким-нибудь плохим или неприятным событием, но еще ни разу оно не было таким сильным. Воздух в комнате был словно наэлектризован, и я сидела на диване, дрожа от страха. Я боялась, что так Господь предупреждает меня, что скоро моя жизнь закончится, что Дэйв узнает о моем намерении уйти и убьет меня. У меня не было ни малейших сомнений в том, что, узнай Дэйв о моих планах, он убил бы меня в приступе гнева.

И совершенно внезапно перед моими глазами предстала вся моя жизнь, словно это было кино. Я увидела все события моей жизни в строгой последовательности, но вся жизнь прошла передо мной сразу, одновременно, в одно мгновение. И вместе с этим ко мне пришло знание, которое я не могу ясно выразить. Вместо тех чувств, которые я обычно испытывала к каждому человеку, сыгравшему свою роль в моей жизни, пришло глубокое понимание и приятие всех этих людей. Я увидела, что мы все были пострадавшими, и никого нельзя было ни в чем винить.

Когда «кино» закончилось, я осознала, что оно оборвалось на самых последних событиях моей жизни, и я боялась, что это было знаком моей близкой и неминуемой смерти. Я спросила Бога: «Неужели Ты заставил меня пройти весь этот путь, чтобы все закончилось вот так?» И тут же мое внимание привлекла картина на стене.

Эту картину подарила мне подруга, с которой я работала несколько лет назад. Я увозила ее с собой каждый раз, когда переезжала, потому что картина мне нравилась, но каких-то особых эмоций по ее поводу не испытывала. Теперь же я смотрела на нее так, словно впервые ее увидела. И когда я смотрела на нее, я словно получила безмолвное подтверждение: «Вот как все закончится». Это было внезапное ощущение и внезапная уверенность.

На этой картине изображен осенний пейзаж: деревья с золотистыми листьями на живописных холмах. Светловолосая женщина с маленьким ребенком уходят от зрителя вдаль, по направлению к горизонту, по длинной узкой тропинке. С изумлением я узнала в них себя и Патрика, узнала те самые великолепные холмы, среди которых мы живем! Я получила эту картину в подарок за много лет до того, как у меня родился сын, и на тот момент всю жизнь прожила в равнинной местности без каких-либо намеков на холмы.

Я перестала бояться, но была поражена тем, что увидела. Я была счастлива, благодарна и ошеломлена! Это было настолько нереально, что я не могла поверить, что это происходит на самом деле.

А затем произошло самое странное. Мне словно сообщили кое-что, но опять же в безмолвии, и это была вовсе не последовательность возникающих в голове мыслей. Мне будто вложили в голову огромный объем знаний – мгновенно и все сразу. (Я понимаю, что мои слова могут показаться бредом сумасшедшего. Пожалуйста, поверьте, что я не сумасшедшая. Клянусь, что каждое мое слово – истинная правда.)

Мне сказали: «Ты должна показать другим то, что было показано тебе. Все, что произошло в твоей жизни, имело свои причины. Твои страдания были не напрасны, у них была своя цель. Делясь своим жизненным опытом, ты поможешь другим узнать самих себя в твоих страданиях, чтобы и они смогли изменить свой путь и искать Моего наставления. Ты должна сделать это со всей искренностью, состраданием и чистосердечным желанием помочь другим, а не ради какой-либо материальной выгоды. Если то, о чем Я прошу, будет сделано, ты будешь вознаграждена».

Я поверить не могла, что меня просят о таком! Я не настолько высокомерна, чтобы думать, будто моя жизнь сильно отличается от жизни любого другого человека, который вырос в аналогичных условиях. На самом деле, я уверена, что многим приходилось в жизни гораздо хуже и тяжелее, чем мне. И многие посчитали бы, что меня всю жизнь баловали, потому что у моих родителей всегда было достаточно денег. Когда я сказала об этом Господу, Он ответил: «Это еще одна причина, почему ты должна сделать то, о чем Я прошу. Деньги не помогли твоим родителям сделать тебя счастливой, когда ты была ребенком».

Сейчас я – та самая женщина с картины. Мы с Патриком ушли от Дэйва, оставив его судьбу в руках Господа и искренне желая ему счастья. Мы любим его и даже будем скучать по нему в каком-то смысле, но я знаю, что мы должны оставить его в прошлом ради того будущего, которое ждет нас за горизонтом.

Теперь я пытаюсь делать то, о чем меня попросили, хотя совершенно не представляю, с какой стороны взяться за это. Я люблю писать, но у меня нет ни таланта, ни способностей, чтобы написать книгу или статью, которая могла бы соответствовать той задаче, что передо мной стоит. Я совершенно ничего не знаю о средствах массовой информации, о том, как работать с ними, и даже не представляю, откуда можно почерпнуть эти знания. Единственное, что мне показалось верным, – это написать вам и рассказать свою историю в надежде, что у вас возникнет желание так или иначе поучаствовать в исполнении моей задачи. Возможно, вы захотите дать мне какой-нибудь совет или укажете направление, в котором следовало бы действовать.

Пожалуйста, поверьте, что я не сумасшедшая. В моей жизни было много такого, чем я вовсе не горжусь, и я натворила много бед, о которых предпочитаю не рассказывать. Я вообще довольно замкнутый человек, но я должна сделать то, о чем меня попросили, и мне кажется, это небольшая цена за здоровую жизнь для