Колыбельная для взрослой Девочки - Талант Таня
«Ты с ума сошел? А я-то тут при чем? — Друг выронил от удивления глаза на хот-дог, а потом подобрал обратно, промокнув салфеткой от майонеза и горчицы. — Я же не детектив, хоть и уважаю Эркюля Пуаро. Да, у меня есть собака. Но вряд ли мой корги, которому давно пора завязывать с плюшками, возьмет след и выведет твою жену на чистую воду. Но мы попробуем. Только ради тебя и трех пончиков. Идет».
Однажды утром вышла Девочка из подъезда, озираясь по сторонам, немного помедлила, хотя ей очень хотелось скакать вприпрыжку по лужам в новых желтых сандаликах с тоненькими пряжками, как в детстве. Ловким движением она нахлобучила на нос солнечные очки в пол-лица. «Видимо, для маскировки!» — подумал странного вида мужчина с толстеньким корги, который зачем-то сидел в кустах.
Скрываясь от старушек, которые поедали третий пакет семечек у подъезда, Девочка скомкала и засунула в сумочку кухонный передник с рюшами по нижнему краю, который хранил следы борща, Наполеона, салатной заправки, кофе и детских жирных ладошек. В последний раз посмотрела на свои четыре окна на третьем этаже, убедилась, что никто не провожает ее взглядом из-за занавески, вздохнула и легкой походкой от бедра зашагала в неизвестном направлении.
«Ну, все понятно», — подумал человек, одетый в плащ не по погоде. Хотя понятно ему было далеко не все. Даже наоборот, пока совсем ничего понятно не было. Но он считал, что через пять минут наблюдений уже должно быть хоть что-то да ясно, и не хотел падать в грязь лицом перед старушками с черными шкурками от семечек в зубных протезах.
Так они и шли — Девочка в очках, босоножках и сарафане в цветочек и потеющий мужчина в плаще, свитере под горло и шляпе, надвинутой на глаза. Не останавливаясь, на бегу, Девочка привычным движением достала простой карандаш из небрежно повязанного на голове пучка, и каштановые кудри рассыпались по плечам.
«Вот теперь точно все понятно!» — подумал на этот раз очумевший от забега корги. В свободное от еды и сонных процедур в кресле время он любил смотреть сериалы про любовь, преступления и наказания. И точно знал, в каком виде люди ходят на свидания и что потом из этого не выходит ничего хорошего.
Проходя мимо бабушки с цветами, Девочка остановилась и купила огромный, как кучевое облако, букет домашних пионов. «Бабушка, я вам на карточку переведу, ладно? Кошелек дома оставила, вот растяпа. Продиктуйте, пожалуйста, номер. Записываю». Девочка достала телефон и с загадочной улыбкой напечатала кому-то сообщение. Так записал сыщик, выглядывая всеми частями тела из-за фонарного столба, хотя должен был, по идее, поместиться за ним целиком.
Теперь по тротуару в неизвестном направлении шла такая компания: огромный облачный букет пионов на человеческих ножках, мужчина в клетчатых брюках, который читал газету на ходу, периодически спотыкаясь, падая и натыкаясь на людей, и толстый корги с языком на плече, которому уже давно надоела вся эта авантюра. Но вот корги зазевался и налетел на клетчатого с газетой, газета наткнулась на мусорный бак, а клетчатый зашикал сам на себя и сделал вид, что он вообще здесь ни при чем. Причиной сыр-бора стало внезапное исчезновение Девочки.
«Ага! Вот оно что! Так я и думал!» — прошелестел газетой человек, который был ни при чем. Посмотрел направо — нет. Слева — тоже нет. Он даже поискал Девочку на дереве и на балконах второго этажа. Но и там ее, вполне закономерно, не оказалось. Зато над головой оказался большущий пончик и надпись «Булочная». «Попалась!» — подумал приободрившийся корги и заковылял на запах ванили, корицы и вареной сгущенки.
Девочка выбрала один миндальный круассан, три макаруна и один французский багет. И отправилась дальше, довольно помахивая сдобным пакетом и явно предвкушая что-то очень приятное. Так и записал, бубня, человек, который только что вспомнил, что у него в потайном кармане маскировочного плаща есть диктофон.
«Ну, вот и все! — подумал наполненный багетом корги. — Наконец-то этот марафон завершен». Через два квартала для кого-то шага, для кого-то бега по весеннему городу их путь завершился возле ничем не примечательного трехэтажного дома.
Девочка целую вечность копалась в сумке, искала ключи, долго отпирала, пытаясь пристроить под мышкой пакет с круассаном, цветы и свое неподъемное счастье. Наконец на кухне первого этажа заколыхались занавески. Облачный букет прыгнул в вазу на подоконнике, створки распахнулись и впустили весну в тесное пространство между плитой и холодильником, усадили ее на табуретки, собрались поить чаем. Вот уже запыхтел старомодный пузатый чайник на газовой плитке, круассан, разбрасывая крошки по вязанной крючком салфетке, забрался в вазочку на столе. За ним прошлепали макаруны и составили компанию бабушкиной чайной паре из прозрачного фарфора, который светился, если посмотреть сквозь него на солнце.
Девочка уселась в кресло-качалку, старенькое радио запело какой-то мелодичный романс. Она завернулась в вязаную шаль и блаженно закрыла глаза. Приняла ванну с лепестками прошлых пионов, которые не дождались ее возвращения. Напилась от души чаю с бергамотом и прочитала несколько страниц из «Мастера и Маргариты».
«И это всё? А что же дальше? Следующей серии не будет?» Мужчина с корги уныло свесили ноги и лапы со скамейки и ждали развязки, доедая третье ведро попкорна.
Через пару часов из дома вышла счастливая и блаженная Девочка: «О, привет, Андрюш! Ты собаку завел? Я так сразу тебя и не узнала. Богатым будешь! А мне вот бабушка квартиру в наследство оставила. Я сюда иногда прихожу, чтобы выдохнуть и, честно говоря, спрятаться от своего семейства. Делаю добрую маму, так сказать. Только ты им, пожалуйста, не говори. Узнают про мое убежище, и всё — набегут и свои вещички натащат. А мне так нужно хотя бы иногда выдыхать. Чтобы и дальше делать поделки из втулок и желудей, готовить борщи с пампушками и писать восемнадцать статей про унитазы и смесители. Ладно, а, Андрюш?»
Человек и корги забрали четверых детей из детского сада, школы, футбола и художественной гимнастики, выгрузили три тележки продуктов и приготовили ужин из полутора блюд, потому что мама сегодня на смене в больнице. И подумали, что им тоже не помешает такое убежище, в котором можно спрятаться от вездесущего синего трактора, который каждый день едет к нам и когда-нибудь обязательно приедет.
И они, конечно же, никому ничего не сказали…
1. Ваша Девочка разрешает себе выдыхать? Есть ли у нее место, где можно просто быть?
2. Куда и как она пропадает, чтобы выдохнуть?
3. Что она оставляет за дверью, когда уходит? Кто или что ищет ее, когда ее нет?
4. Что она чувствует, когда возвращается?
5. Как выглядит для вас безопасное место, где вы можете побыть наедине с собой?
Глава 11. Про Девочку, которая делала генеральную уборку
Крыша дома заметно ходила ходуном и уже начинала медленно съезжать. Нешуточно шатались несущие конструкции. Казалось, еще чуть-чуть — и фундамент не выдержит.
— Что ты вытворяешь?! — прокричала в дверной проем входной двери подруга Женька, на всякий случай надев строительную каску. — Ты что здесь устроила?! Все же скоро рухнет! Как жить будешь?!
— Прекрасно жить буду. Слышишь? Пре-крас-но. В тысячу раз лучше, чем жила. Может, на Бали уеду. А может, в СНТ «Казачок» картошку копать. Я не знаю! Я теперь ничего не знаю! — Размазывая по щекам пыль, копоть, откуда-то взявшийся мазут и детские несбывшиеся мечты, Девочка стояла ровно посередине хаоса и бардака из маминых страшных снов. Вокруг — разобранные коробки с некогда важным хламом, из-за которого не спала ночами вся семья, а бабушка пила вонючие капли. На люстре — папины надежды. На подоконнике — стопка невыполнимых обещаний.
— Не видишь?! Я же ревизию делаю. Столько нужных вещей нашла. Я их все сейчас списочком зафиксирую, пронумерую, разделю по группам. И буду пользоваться. А то они зря без дела болтаются. Хочешь, подожди, я тебе все ненужное отгружу. Может, тебе пригодится. Нет — выбросишь. Вон, смотри, гордыня валяется, полшкафа занимает. Нужна? Говорят, полезная штука. Но я инструкцию по эксплуатации сто лет назад потеряла. Если разберешься — бери.
