Владимир Леви - Не только депрессия: охота за настроением

Иван Афанасьевич между тем развил петушиную тему в разрезе общей и мужской психологии.

– Петровича я сюда взял по двум причинам. Одна: десятки поколений моих предков по петухам сутки строили, жизненный ритм держали, а я что же? Русскому человеку без петуха жить неправильно.

Другая: петух – образец мужественного дерзания и немеркнущего самоуважения. Петька мой вот на что меня вдохновил, верней, вот что изрекает вседневно, а я перевел с петушиного на людской.

Кодекс оценочной независимости

Отныне я перестаюдрожать за стоимость свою.И всех, кто ставит мне оценки,собственноручно ставлю к стенке –пускай поджилками трясут! –теперь я сам свой высший суд.Того, кто мне назначит таксу,немедленно пошлю по факсуи, музу возблагодарив,припомню собственный тариф.

Ну что, попрятались с испугу?Эй, критик, где же ты, козел?…Я возлюбил самообслугукак наименьшее из зол,и лишь в полете к горным высям,где ослепительно светло,тому, кто так же независим,жму лапу, а верней, крыло.Да здравствует отвага птичьяи мир в сохранности и целости!Ударим манией величияпо комплексу неполноценности!

– Браво, Иван Афанасич! – зааплодировали мы с ДС. – Это по-нашему! По-мужски! Уверенность должна быть беспричинной! Оценки – по факсу!

– Петушиный колорит, и правда, отчетлив, – заметила Оля с контрастной прохладцей. – «Отвага птичья», «жму лапу, а верней, крыло»… А вот «полет к горным высям» – по-моему, уже некоторое преувеличение петушиных возможностей, отрыв от реальности. Вправду, на манию величия тянет.

– Так оно ж так и есть, – охотно согласился ИАХ, – о том и толкуем. Каждый петух себя орлом числит, не меньше, и прав глубоко. Практический результат – полное признание таковым и женскою половиной, имею в виду кур, что и требовалось доказать.

– Оценочная зависимость от кур, значит, не возбраняется? – продолжала подтрунивать Оля.

– Какая же это зависимость? Зависимость – это когда то, в чем ты нуждаешься, будь это еда или любовь, выпивка или чье-то признание, может менять свое количество и качество, может то быть, то не быть, и тебе от этого либо хорошо, либо плохо. А признание петуха орлом со стороны кур – величина постоянная, все тут, как говорится, схвачено, обеспечена полная оценочная уверенность и стабильность самооценки на высшем уровне.

– Далась вам эта самооценка… А без нее – никак?

– Совсем без самооценки жить всего лучше, это я и проповедую, исходя из принципа всеотносительности и сверхпревосходства духа над превосходством тела. Но прийти к безоценочности, живя в рыночном мире сравнений и зависти, не так-то легко, требуются усилия и души, и ума.

У всякого коня длинней,чем у меня.Не стану я конем,но еду я на нем.

Прошу извинения у почтенных господ и дам за некоторый натурализм вышепрозвучавшего стихоида, но, согласитесь, образчик торжества духа над телом более чем наглядный.

Путь к безоценочности есть путь наверх по спирали самоутверждений и самоотвержений. Один из первых этапов моего пути – вот.

Неакселерат

песнемарш для избавления от мужских и всех прочих комплексов под барабаны, тарелки, блюдца и другие ударные

Просто нет житьястолько лет подрядот того, что яне акселерат!Так и норовит,вставши над душой,ногу отдавитькто-нибудь большой!Мальчик для битья,вечный детский сад,потому что яне акселерат!

Одна удача душу радует, радует:чем больше шкаф,тем громче падает, падает.Приглашает вид,а решает нрав.Победит Давид,а не Голиаф.

И вот какая мелочь радует, радует:чем шкаф длинней,тем дальше падает, падает.Не вышел ростом – выше дух! –выше дух! –бу-бу-бубуххх!!!

Сколько суеты,сколько лишних тратоттого что тыне акселерат!Десять каблуковв каждом башмаке,пятьдесят вершковшапка на башке!Девушка моя даритмне домкрат,потому что яне акселерат!

Одна удача душу радует, радует:чем выше шкаф,тем ниже падает, падает.Эй, величество! Эй, выпячество!Ты количество, а я качество!Большой успех! Веселый смех!Громкий смех! – бе-бе-бебеххх!!!

Роста ИАХ действительно невысокого: «метр с кепкой». В юности это причиняло ему понятные неудобства, что и отражено в песнемарше и с его же помощью и с применением боевых искусств (бокс, самбо и айкидо) успешно преодолено.

О себе и о мухах творчества

Музей имени мене тоже идея неплохая, но преждевременная, – продолжил ИАХ свою прерванную кукареканьем мысль. – Материал не добран еще. Жизнь человеческая что есть такое?… К себе дорога. Не к внешнему какому-то там лицу, ему каюк обеспечен, а к сущности сокровенной, к душе – чтобы отождествиться с нею и совершиться… Каждый ищет себя впотьмах в этом вот загадочном смысле, и я поэтому здесь на острове очутился…

Позвольте же представить еще некоторые, как бы сказать поплотней, столбики на пути к себе.

Самоопределявина Ивана Халявина

Бредет по узким улочкам культура,проспект утюжит массовая дура.А я, поскольку сам себя блюду,ларька пивного дальше не иду.

Я не мудрец и не дурак,Я нечто среднее: мудрак.В отличие от мудрецаЯ в мух стреляю без конца.

В отличие ж от дуракаЯ – Бога левая рука.А где же правая? Бог весть.У Бога рук ваще не счесть.

Что за мухи такие, желаете знать? Мухи творчества. У кого-то там муки творчества: на стенки лезут, в запои ухаются, в депресии, чуть не стреляются, – ну а меня, слава те Господи, миновало такое, у меня только мухи, не более.

Но ведь тоже – поди попади в нее, в муху-то!..

Настырное, между прочим, животное! Покоя душевного не дает! До того доходит, что иной раз и себя с ней сравнишь ненароком…

О широте мира и узости сознания

Какой мне прок, что мир широк?Ужасно узок мой сапог!Я в этом узком сапогезастрял, как муха в пироге:«Ох, тяжело!.. Ох, не взлечу!..Да и взлетать-то не хочу…»

Отчасти знакомое состояние, да?…

Всяк содержит в себе зверинец, всяк в сущности – смесь подсущностей: зверосущностей. Некоторые глубоко скрыты, другие не глубоко, а иные прямо и выпирают. Я подсущности свои любознательно изучаю и вам того же желаю, гости мои хорошие.

Нежелание вылезать из своего сапога-пирога при всяческих на него жалобах – состояние, характерное и для многих других наших потаенных зверюшек.

Вот, например:

Синдром

Сыч сидит на ветке,кушает таблетки.Из-за мракобесияу него депрессия.Ощущает всем нутромсвой огромнейший синдром.

Подлетела совушка:– Я, бедняжка, вдовушка,не возьмешь ли замуж?Я тебе воздам уж!Мы с тобой красивые,перышки торчат…Сделаем усилие –выведем сычат.

Сыч разинул оба глаза:– Убирайся прочь, зараза!Брысь, летучая змеяс лупоглазой рожей!Мне моя депрессийВ тыщщщу раз дороже!

– Это вы о себе, Иван Афанасич? – с беспокойством спросила Оля.

– Об одном приятеле, ну и о себе тоже отчасти, в определенные, тсзть, полосы существования.

Приходится иногда, знаете ли, выбирать мордус живенди: иной раз между депрессией и паранойей, иной – между трудоголизмом и алкоголизмом.

– Знакомо, Иван Афанасич, – подтвердил я. – Одно другим не вылечивается, но возмещается.

Трудовые будни

Я ленился целый день.Мне лениться стало лень.Повлекла меня работа,да беда вот – неохота…

Я лениться снова стали от лени вновь устал.Поработать бы опять,да гляжу – пора уж спать.

О себе и о лени: развитие темы

Верно ли я поняла, что лень – одна из ваших проблем, личных и творческих? – вопросила Оля. – Что есть проблема? – встречно спросил ИАХ. – Всюду слышу: «проблема, моя проблема, ваши проблемы» – значение термина не постигаю. Вижу только, кругом все какие-то запроблемпсованные.

А лень уважаю, как ее не уважать. Родная сестрица сна, царица душ и умов. В трехсловье «вставать нельзя лежать» запятую кисельной ручкой ставит после второго слова. Бывало, как одолеет – валяешься и валяешься, спишь и спишь. А когда и не спится при лени, то уже депреснится что-то, и навязчивая мыслишка свербит, что, мол, если бы Бог был вполне здоров, ему не пришло бы в голову создавать человека.

Встанешь по надобности, пройдешь мимо зеркала, отвернув, сколько можешь, в сторону переднюю часть головы, по недоразумению называемую лицом. Искренне улыбнуться самому себе очень сложно, а доктор советует…