Критика психополитического разума. От самоотчуждения выгоревшего индивида к новым стилям жизни - Алексей Евгеньевич Соловьев

Mind worker, потребитель возможностей и риск-менеджер в качестве повседневных траекторий проживания с большей долей вероятности опрокидывают фигуру индивидуализированного предпринимателя самого себя в форму прекария-должника, с трудом сводящего концы с концами в режиме экономического выживания. Ощущение дефицита психического накладывается на вполне ощутимую нехватку материальных ресурсов и финансовых средств, дополнительно угнетаемую насилием позитивностью, от постоянных призывов жить лучше и реализовать экономически успешную жизнь как прибыльное предприятие.

Диспозитив саморазвития. Застрессованный растерянный индивид, поглощенный негативной нейропластичностью, проживает повседневное существование в режиме выживания. Его внутренняя жизнь – это ограниченный репертуар реакций «бей, беги, замри» для того, чтобы «день продержаться да ночь простоять». Активированные более древние части мозга блокируют работу неокортекса, отвечающего за стратегическое рациональное планирование и взвешенное принятие решений, в том числе и касающихся того, как дальше развиваться и к чему стремиться. Однако императив самореализации, ставший новым социальным предписанием в рыночном обществе достижений, радикализирует ощущение недостаточности в мире, где все ориентировано на избыточное потребление, напряженное усилие и эйфорию выносимой легкости бытия. Быть бедным и грустным грешно, а в логике приватизации стресса ты всегда виноват в этом сам, и никакие издержки и противоречия системы рыночной конкуренции, где только «один победитель забирает все», здесь ни при чем. Когда Андреас Реквиц говорит о том, что провал проекта самореализации становится равносильным полному провалу, поражением всего человека, то это отнюдь не гротеск или сочная метафора. Самореализация в условиях жесткой рыночной конкуренции развитых обществ означает, что у тебя просто нет выбора жить иначе и не участвовать в крысиных бегах без риска свалиться в ощущение того, что ты лузер и не смог раскрыть свой внутренний потенциал. Превращение своей жизни в постоянную гонку достижений и нормализация существования на пределе возможностей в попытках стать лучшей версией себя – замечательная возможность ощущать, что ты все еще недостаточно красивый, умный, успешный и можешь больше, просто попытайся еще раз, и потом еще раз, и так до бесконечности, потому как система рыночного общества призывает к постоянству мотивации, усилия и повышения потребительского статуса. «Остановившись, ты уже двигаешься назад», – нашептывают коучи личностного роста, выдавая очередную порцию стигматизации за подбадривающую мотивацию к развитию в поиске призвания и движения к идеальной жизни мечты.

Диспозитив перформативности. Жизнь в ежедневном нагромождении спектаклей с яркой картинкой непрерывной эйфории напоминает вечное катание на американских гонках, где ты участник какого-то фееричного реалити-шоу с обещанным выигрышем и вниманием толпы восхищенных зрителей. Но потом ты просыпаешься, и нужно ехать в пасмурный день на маршрутке на работу, потому как у тебя ипотека, расходы на детей и психотерапию, чтобы окончательно не поехать кукухой. Усиливающийся разрыв между ожиданием и реальностью укрепляет это гнетущее ощущение мрачных серых будней с туманными перспективами не то что карьерного роста и повышения финансового благосостояния, но хотя бы сносного существования с маленькими радостями на выходных. Перформативность усиливает разрыв между прозаичной повседневностью обычной жизни и гламурной жизнерадостностью цифровой реальности, словно взрывающаяся внутри сахарная бомба после поедания булки с корицей от Cinnabon, оставляющей послевкусие тошноты и усталости, вместе с которыми проваливаешься в дофаминовую бездну. Яркие картинки в калейдоскопе коротких видео, бесконечных демонстративных распаковок очередных покупок на маркетплейсах, потоке фотоотчетов о путешествиях, постоянно странствующих тревел-блогеров, скрывающих свой настоящий род деятельности, и другие способы представить свою жизнь красиво-идеальной опрокидывают обычных зрителей в состояние гнетущего дефицита. Их серые будни всегда проигрывают фильтрам в Instagram[140] и искусству монтажа в TikTok. Эмоции в подарок, как в той рекламе. Только не те позитивные, что пестует эмоциональный капитализм, продающий счастье, успех и роскошь.

Диспозитив креативности. Модный креативный продюсер рассказывает юным последователям о том, что отличие продуктов креативной индустрии от других в том, что они бесконечно растут в цене. Вон, смотрите, сколько стоят картины Пикассо и Ван Гога. И вы сможете так же. Вдохновенные лица верных амбассадоров креативных индустрий уже готовы пополнить армию гибких и энергичных творцов новой реальности с амбициозными целями, создающих музыку и иллюстрации с помощью нейросетей и гребущих деньги лопатой. Будь креативным, ищи новые ниши и нестандартные решения, открывайся новому, меняй сознание, и советы Стива Джобса и Рика Рубина[141] тебе в помощь. Ежедневный спрос на нечто новое и оригинальное укрепляет нужду в том, чтобы всякий мог и хотел проявить творческие способности, открыл в себе что-то совершенно особенное и нетривиальное. Требование креативности уже обесценивает все рутинное и обычное, будничное и неприглядное. Ты фотограф. Сними ролик, где ты из фотографии невзрачного дядьки-скуфа на даче в трусах, одевшего на себя лист большого лопуха, делаешь ч/б портрет, оставляя только половину лица и представляя нестандартный ракурс. И вот уже перед вами ретроснимок с налетом аристократизма французской новой волны. Это фото может украсить галерею музея современного искусства «Гараж», и о нем напишут модные критики в журналах для хипстеров. А если вы просто едете все в той же маршрутке на обычную работу в офис и никак не можете найти в себе смелости и таланта стать работником креативной индустрии – ну что ж, довольствуйтесь тем, что есть. И еще уколами совести, обличающими вашу нерасторопность и неумение жить в дивном новом мире, где кругом творческие люди, создатели новой реальности, где нет места ничему тривиальному и банальная пошлость изгнана отовсюду. Кроме спальных районов провинциальных городов, которые все больше напоминают застывшие в безвременье гетто вроде мрачной южной готики из сериала «Настоящий детектив».

Диспозитив спиритуализма. Когда психоаналитик Рената Салецл сравнивает умение слышать голоса рынка резидентов McKinsey & Company с умением слышать голоса свыше у древних шаманов или пророков, то эта аналогия уже не кажется такой уж экстраординарной в мире рыночной турбулентности, где любой экономический прогноз или попытка определить, что же ждет нас завтра, скорее заставляет вспомнить цитату Гераклита о ребенке, играющем в кости[142], чем об умении рационально предсказывать развитие событий. Рост спроса на духовные услуги отражает растерянность неизбежно регрессирующего в инфантильную стадию человека в ситуации, когда негативная пластичность укрепляет свои позиции во внутренней жизни и магическое мышление усиливает свою власть. Словно герои романов Пелевина или историй о Гарри Поттере, индивиды невольно становятся адептами магического реализма и учатся слышать голоса или находить тех, кто уверенно демонстрирует подобное умение. Спиритуализм – реакция на дефицитарность в готовности управлять своей жизнью и утрате надежды на то, что это действительно можно сделать самостоятельно. В социологии науки и техники есть тезис о том, что часто люди начинают использовать технологии совсем не