Даниел Бергнер - Чего хотят женщины? Наука о природе женской сексуальности

Ознакомительный фрагмент

Лысый, с серповидным носом и огромными ушами, которые, казалось, служили ему хитроумными детекторами, Фройнд, чехословацкий психиатр, был нанят за полвека до этого чешской армией, чтобы выявлять призывников, пытавшихся избежать службы в армии путем симулирования гомосексуализма. Фройнд разработал мужскую версию плетизмографа задолго до того, как появился женский эквивалент этого прибора. На пенис надевалась стеклянная трубка с воздухонепроницаемым кожухом, охватывающим основание члена. Затем испытуемому показывали различные картинки и измеряли давление воздуха и набухание органа. Если у чешского призывника не повышалось давление в то время, когда Фройнд демонстрировал ему провокационные картинки с изображением молодых людей, призывник отправлялся в армию.

Фройнд не стал делать охоту на гомосексуалистов основой своей карьеры. Поначалу он попытался лечить геев при помощи психоанализа, но в конечном счете обзвонил своих пациентов и вернул им деньги. Фройнд утверждал, что гомосексуализм является результатом пренатального развития, а не воспитания, и настаивал, что это нельзя излечить. Он боролся с чешскими правопорядками, согласно которым гомосексуальные отношения были объявлены вне закона. Сбежав из коммунистической Чехословакии, Фройнд поселился в Торонто. Его взгляд на мужскую сексуальную ориентацию как на нечто свойственное человеку и неизменное (быть геем совсем не означает быть душевнобольным) помог в 1973 году убедить Американскую психиатрическую ассоциацию исключить гомосексуализм из списка психических расстройств.

Как и все остальные исследователи в лаборатории Торонто, Фройнд подчеркивал врожденный характер проявления страстности. Воспитание, безусловно, всегда влияло на природу, но это не было равноправным взаимодействием. Отвечая на вопрос Чиверс, он задал ей свой собственный: «Откуда я могу знать, каково это – быть женщиной? Как я могу изучать женщин, если я мужчина?» Его слова поставили ее по другую сторону баррикад. Она увидела заключенный в них научный вызов. Необходимо было провести ряд экспериментов, собрать массив данных, сделать на их основе выводы и прийти к определенным результатам. Чиверс представила себе, что в один прекрасный день она нарисует карту территории женского эроса. «Я чувствовала себя первопроходцем, стоящим на краю гигантского леса, – рассказывала она во время нашего первого разговора. – В глубь этого леса почти не вели протоптанные тропинки».

По пути исследований ее вело эхо слов Зигмунда Фрейда, сказанных им почти сто лет назад Марии Бонапарт – правнучатой племяннице Наполеона, его ученице на ниве психоанализа. «Есть один крайне важный вопрос, на который никогда не давали ответа, – сказал он ей, – и на который я еще не в состоянии ответить, несмотря на тридцать лет изучения женской души: чего хочет женщина?»

«Откуда я могу знать, каково это – быть женщиной? Как я могу изучать женщин, если я мужчина?»

Пока участницы эксперимента Чиверс просматривали эротические клипы, они не только пользовались плетизмографом, но и держали в руках клавиатуру, с помощью которой оценивали степень своего возбуждения. Таким образом, Чиверс получала как физиологические данные, так и оценку самой испытуемой, то есть объективные и субъективные параметры. Они почти полностью не совпадали, были совершенно не состыкованы, и это разногласие отчетливо резонировало с результатами других исследователей.

Женщины с женщинами, мужчины с мужчинами, мужчины с женщинами, одинокие мужчины или женщины, занимающиеся мастурбацией, – объективные данные, полученные Чиверс с помощью приборов, которые технически можно назвать амплитудой вагинального пульса, взлетали независимо от того, кого показывали на экране, и что они делали друг с другом или с самими собой. Желание разгоралось, кровоток усиливался, капилляры бешено пульсировали. Сила пульсирования немного варьировалась по степени, демонстрируя любопытное отличие: совокупляющиеся обезьяны не вызывали того же усиления кровотока, как порно с участием людей. Было лишь одно, довольно странное, исключение: реакция всех женщин, как гетеросексуальных, так и лесбиянок, на идеальное тело мужчины, в одиночестве идущего по пляжу, – Адониса, никак не меньше, – уступала реакции на прелюбодействующих обезьян. Как же понимать эту странность?

Наблюдалось еще определенное отклонение в поведении лесбиянок. Оно немного отличалось от общей массы: амплитуда взлетала выше в тех случаях, когда в видео главную роль играли женщины. Тем не менее у лесбиянок усиливался кровоток и в тех случаях, когда им показывали порно с участием мужчин-гомосексуалистов. Чиверс выполнила целую серию исследований, чтобы быть уверенной, что полученные ею сведения не были случайными. Когда она проанализировала полученные данные, переданные с вагинальных мембран на датчик, ввела их в программу, расположила информацию в вертикальные столбцы таблиц, стало понятно, что женское либидо всеядно.

Данные, полученные с помощью клавиатуры, полностью противоречили информации, добытой с помощью плетизмографа. Ум отрицал тело. Введенные оценки заявляли о безразличии к бонобо. Но это было только начало. Когда на экране показывали женщин, трогающих себя или сливающихся в объятиях друг с другом, то вводимые испытуемыми оценки показывали намного меньшее возбуждение, чем то, о котором свидетельствовали их гениталии. В то время, когда показывали эпизоды с участием мужчин-гомосексуалистов, оценки гетеросексуальных женщин были еще более низкими и менее связанными с тем, что происходило у них между ног. Чиверс также обратила внимание на различие объективных и субъективных данных у лесбиянок: на клавиатуре выставлялась низкая оценка всякий раз, когда мужчины на экране занимались сексом или мастурбацией.

Данные, полученные с помощью клавиатуры, полностью противоречили информации, добытой с помощью плетизмографа. Ум отрицал тело.

Чиверс провела аналогичные эксперименты с гетеросексуальными и гомосексуальными мужчинами. Соответствующий их типу физиологии плетизмограф, присоединенный к гениталиям, давал совершенно иное распределение данных, чем у женщин. Они реагировали вполне предсказуемым образом, который Чиверс обозначила как «характерная категория». Когда гетеросексуальные мужчины смотрели на других мужчин, занимающихся мастурбацией, их пенисы немного увеличивались в объеме. То же самое происходило, когда они видели занимающихся сексом мужчин, но эти данные с лихвой перекрывались их физиологическим возбуждением в тех случаях, когда на экране показывали только женщин, женщин с мужчинами и прежде всего женщин с женщинами. Еще более выразительно эта «характерная категория» проявлялась у гомосексуальных мужчин. Их возбуждение резко подскакивало, когда на экране мужчины занимались мастурбацией, взлетало на запредельную высоту, когда мужчины занимались сексом с мужчинами, и поднималось, хотя и не так резко, когда показывали клип, где мужчины занимались сексом с женщинами. И плетизмограф почти не регистрировал возбуждения, когда на экране присутствовали одни женщины.

Что касается видео с бонобо, то идея, что примитивные реакции мужской сексуальности могут быть вызваны видом совокупляющихся животных, оказалась неверной. Гениталии как гомосексуальных, так и гетеросексуальных мужчин реагировали на приматов точно так же, как на пейзажи, панорамы гор и равнин. У мужчин объективные и субъективные данные были синхронизированы. Тело и мозг рассказывали одну и ту же историю.

Как же объяснить конфликт между тем, на что указывали женщины, и тем, что сообщали их гениталии? Обсуждались различные вероятные причины. Чиверс считала, что здесь определенную роль может играть анатомия. Пенисы выступают наружу и прижимаются к одежде. Они заметно сжимаются и съеживаются. Мальчики вырастают, постоянно осознавая это: мужской ум привык получать информацию от паха. Возникает и крепнет сексуальная связь между телом и сознанием, причем как тело влияет на сознание, так и сознание влияет на тело, это происходит достаточно быстро и плавно. Более скрытная физиология женщин могла сделать сообщения сознанию от тела менее явными, и их было бы легче пропустить.

Но почему же при этом женщины или намеренно преуменьшали, или подсознательно блокировали осознание того факта, что очень многое подталкивало их, причем постоянно и настойчиво, к страсти?

Несогласованность данных Чиверс сходилась с результатами исследования, выполненного Терри Фишер, психологом из Университета штата Огайо, которая попросила 200 студентов мужского и женского пола ответить на вопросы анкеты, касающиеся мастурбации и просмотра порно. Испытуемые были разбиты на группы и писали ответы при трех различных условиях: в первом случае им приказали передать ответы на вопросы анкеты такому же студенту колледжа, который ждал у открытой двери и мог наблюдать, как работают испытуемые. Во втором случае им дали гарантии, что их ответы останутся анонимными, а в третьем они были оснащены поддельным полиграфом с электродами, якобы прикрепленными к их рукам, предплечьям и шее.